Я проснулся ночью от кошмара.
Снился день, людсткая череда.
Пламя беспощадного пожара
Пожирало залпом города.

Снились мне могильные оградки:
Квадратура тихого угла.
Не плодоносящие грядки,
Чья-то неудачная игра.

Снилась пропасть на краю равнины,
Ветер дальний, что толкал в нее.
Впереди ссутуленные спины
Выпрямляющие путь в небытиё.

Мой папа не трус,
Он просто Иисус.
Ударишь — он щеку подставит.
А если ругнешь, его обзовёшь
Он взглядом смиренным одарит.

Мне с ним хорошо. Он простой человек.
Мы с папой по водам гуляем.
Пьём вина из рек и лечим калек,
А шлюхам грехи отпускаем.

Не решай ничего
И живи, как живешь.
Видишь лето прошло?
И ты скоро пройдешь.

Ожиданье в окне.
Будущее — зеро.
Но по новой весне
Ставишь ты на него.

А что же март? А будет ли весна?
Когда сойдет весь снег как будто морок?
Когда падет промерзшая стена?
Не знаю я, а мне уже за сорок.

Зима такая, кажется она
Не кончится, хотя начало было.
И я впаду в окоченелость сна
Под белым слоем выпавшего ила.

Меня разыщут в белом янтаре
Меж верстовыми стертыми столбами,
Снег убирая, в новом январе,
Два великана посланных богами.