Где-то в безвременье стоял он — le pont (1.). Просто мост без имени над речкой безымянной. Никто не знал, кем и когда он был построен. Ни указателей, ни памятной доски. Никто не помнил. Но помнил он.
В глубоком l’isolement (2.) стоял мост, погружённый в долгую бессловесную печаль.

Когда то мост был просто досками. Шаткими, шершавыми, скрипучими, лишёнными перил, сколоченными на скорую руку… перекинутыми через пришепётывающий и побулькивающий водный поток досками. По ним проходил разношерстный люд: торговки и торговцы на рынок с товарами и обратно с покупками, мужики с вязанками дров, бабы с вёдрами на коромыслах, курьеры, чиновники, церковные служители, пробегала ребятня. Дождь смывал следы. Доски качались. Но держали.

Потом кто то перестроил его. Сделал деревянным, крепким, приладил перила. По нему шли влюблённые: обнявшись шептались о чём то у перил, смеялись, целовались. Мост впитывал тёплые, трепетные мгновения. Хранил в своих идеально подогнанных досках.

А позже он стал каменным. Тяжёлые глыбы легли в основу, перила обрели узор. Под арками продолжала журчать вода, но не так, как прежде, а по-новому, будто пересказывая старые истории.

Мост помнил. О, как он всё помнил!

В его камнях хранились шаги — торопливые и медленные, тяжёлые и лёгкие, припрыгивающие и шаркающие. Мост чувствовал дрожь подошв тех, кто шёл сюда, чтобы объясниться в любви. Шёпот «я тебя люблю» дрожал, оседая на опорах рассветной росой. Мост помнил и тех, кто пришёл проститься с жизнью: дрожь рук, последний взгляд вниз, нерешительность, а потом — шаг или назад, или вниз головой. Мост не осуждал. Он просто был. Он помнил.

Помнил и мешок, брошенный кем то в тёмную воду — едва слышный писк, всплеск, стыд, оставшийся на берегу. Мост не мог кричать, не мог плакать. Он лишь впитывал всё это в себя, слой за слоем, как дерево — годичные кольца.

А потом на одном его крае показалась девушка – светловолосая, в джинсах и лёгкой блузке, с книгами под мышкой. А на противоположном – лихой парень, чернявый, широкоплечий в футболке с надписью «AC/DC». На молодом человеке были наушники. Но когда двое случайных людей поравнялись на середине моста, и их взгляды встретились, то словно дрожь узнавания промелькнула между парой. И мост приветствовал эту дрожь. Девушка уронила книгу, парень поднял. Взгляд — неловкий, потом — тёплый. Юноша снимает наушники. Слово — ещё одно. Слово за слово перетекают в разговор. И вот уже они стоят у перил, смотрят на воду, которая вдруг перестала быть безымянной.

Они стали приходить на этот мост. Каждый год в день знакомства. Сначала — робко, потом — как к дому. Говорили, смеялись, иногда молчали. Мост чувствовал, как в его старых камнях что‑то оживает. Он больше не пребывал в l’isolement. Он стал le pont, где встречаются сердца. Местом связующим и важным.

Теперь, когда ветер шевелит травы у подножия, мост словно улыбается. Он помнит всё: и боль, и надежду, и любовь. И знает: пока кто‑то идёт к кому‑то, он будет стоять крепким, надёжным, живым.

1. le pont (фр.) — мост
2. l’isolement (фр.) — изоляция, уединение

Ты не способен не услышать пенье птиц,
Ты не способен не увидеть вечер синий,
Так значит ты хороший человек,
Так значит,ты живёшь в гармонии с собою.
А от других услышишь ненависть и злобу,
И чертыханье и кряхтенье через край,
А ты весёлый и всё смотришь на природу,
А ты весёлый и глаза твои горят.

Закрыты двери, и огни погасли,
Утихли бури и людские страсти.
Мы приняли исход своей судьбы,
Нас гавань тихая укрыла от борьбы.

Слиянье взоров посреди гостиной,
И дух свободен от тревог лавины.
Не нужно притворяться и шутить,
Мы место обрели, чтоб рядом жить.

Забыты крики, клятвы и обиды,
Теченье времени мы снова ощутили,
Кров наш надежный, а покой глубокий.
Ночь отзовется нежностью высокой.

1.

Улетели снежинки тоски и беды.
Скоро светом вишнёвым вновь вспыхнут сады,
И растопит замёрзшее сердце любовь!

Ледоходом расколет обломки обид.
Будет счастьем и радостью мир весь омыт —
Я пойму — у прощения нет берегов.

Я увидел глаза твои ночью во сне —
Знать, по талому льду возвращусь по весне…
Мне сердиться и дуться теперь не с руки.

Осторожно ступаю, чтоб не провалиться,
Чтобы взгляд твой слезами не смог замутиться,
Словно илом встревоженным русло реки.

2.

Ты стал моим убежищем от бед,
Спасая душу от холодной тьмы.
Оставив в прошлом равнодушья след,
Вдвоём опору обретаем мы.

Подобны существам особенной породы,
Познанья жажду нам не утолить.
Друг в друге ищем сочетанья красок, ноты,
Чтобы единую мелодию сложить.

И вопреки осеннему закону увяданья,
От глаз чужих схороним свой секрет.
Сквозь безмятежность или испытания
Мы пронесём чистейший вишни свет.

Было утро. Я сидел в кафе и ждал её. Нужно было непременно всё выяснить. Иначе что же я буду делать, понятия не имею. Полгода уже прошло, а всё еще ничего не понимаю в ней. Когда она пришла, по одному её взгляду было понятно, что я пропал, брошен в яму.
– Ну? – спросила она, даже не поздоровавшись. Начало хуже не придумаешь. Блин, что же хотел говорить.
– Здравствуйте, вы ничего не хотите заказать? – не знаю, зачем спросил я.
– Мне некогда. Вы о чём-то хотели поговорить, я вас слушаю, – произнесла она
– Да, хотел – растерялся я. – В общем мне хотелось бы узнать, как вы смогли добыть огонь, да еще в таком количестве?
– Простите?
– Огонь. Просто, честно говоря, я уже и не надеялся, что в доме когда-нибудь будет тепло. Думал, что буду мёрзнуть до скончания веков. То, что вы сделали, для меня непонятно.
– Я думала у вас что-то серьёзное ко мне, что-нибудь по работе, например
– А это, по-вашему, не серьёзно? Объясните, пожалуйста, как вы этого добились, очень вас прошу!
– Вы ведь не поверите, если я скажу, что не понимаю о чем вы?
– Нет, не поверю! А вы не поверите, как было трудно заговорить с вами на эту тему, так что, пожалуйста, не прикидывайтесь, будто ничего не понимаете.
– Откуда я могу это знать, просто так получилось. Вот и весь ответ.
– Прекрасно, именно вот этого ответа я и ждал от вас.
– А чего вы так возмущайтесь? Вам бы радоваться нужно.
– Я бы радовался, но тут есть еще одна вещь, которая меня мучает.
– И что же это? Говорите быстрее, у меня мало времени – сказала она, прекрасно понимая о чём я. Ей был не интересен этот разговор, это было ясно.
– Зачем вы постоянно выливайте на меня целыми вёдрами ледяную воду? Хочу, чтобы вам было известно, это мягко говоря, неприятно. Причём это происходит по любому поводу. На работе могу окликнуть вас, а это уже настоящий подвиг для меня, так вы повернётесь, посмотрите на меня и вот, пожалуйста, ты сырой с головы до ног. В первые дни вы так не делали. И я даже тогда подумал, хотя теперь эти мысли мне кажутся глупыми, но мне показалось, что в вашем доме также тепло, как и в моём.
После этих слов, она где-то минуту смотрела в сторону, и мне показалось, что на лице её промелькнуло что-то вроде улыбки. И в этот момент я решил, что наступило время сделать шаг вперёд.
– Мой последний вопрос: В вашем доме тепло, как и в моём?
– Мне нужно идти. Честно говоря, я не понимаю о чем вы.
Она встала и направилась к выходу. Я тоже встал и пошёл вслед за ней.
– Подождите – она обернулась – просто да или нет? Прикончите меня уже или спасите!
Полную тишину из уст и очередную порцию холодной жидкости вылитой на меня, я получил в ответ. После этого она развернулась и быстро покинула кафе.
«Отлично, – сказал я себе, - ты столько времени готовился к этому разговору и ничего не добился, браво» Меня утешал лишь тот луч света, что появился из-за туч ненадолго, или это может лишь показалось мне. Но в целом-то попытка провальная, не продвинулся ни на йоту, с чем я себя и поздравил.