Моя Душа. Раньше на Руси жена так обращалась к мужу. Он мудрый, он даст совет, скажет, как надо. Правильно это было или нет, судить не нам. Но есть в этих словах смысл. Душа. Она мудрая. Она знает ответы на все вопросы. Она и вопросы все знает. Прислушайся к ней. Плохого она уж точно не посоветует.

Мы говорим: "О, это мне по-душе". Согласись, говорим с удовольствием! Мы прибываем в гармонии с собой, мы не сомневаемся, что сделали правильный выбор.

Мы говорим: "Тронуло до глубины души". Мы испытываем сильные эмоции. Может любовь, может сострадание. Мы наполнены этими чувствами.

Мы говорим: "Желаю от души". И наши мысли и слова наполнены искренностью. Изнутри, от сердца.

"Они живут душа в душу" - эта фраза пропитана любовью, уважением, доверием, покоем. Что может быть прекраснее?

"Душа разрывается на части"! - сколько боли в этих словах?

Все эти эмоции настолько сильные, живые, осязаемые, с терпким запахом горечи, с соленым привкусом слёз, с теплотой ласковых родных ладоней, с нежностью любимых. Душа. Ты попробуй послушать её. Она на твоей стороне. Всегда. Она не ведёт войну, она не проливает кровь, ей не нужно выигрывать бой, выстраивать стратегию, находить компромисс и считаться с мнением других. Она никогда не осудит и не предаст. Она суверенна, независима от времени, от религии, от твоих стереотипов. У неё большой опыт. И этот опыт она накапливала вместе с тобой, шаг за шагом, сохраняя твой внутренний покой, убаюкивая тебя, когда тебе было плохо и одиноко. Тихим эхом она отзывалась внутри, когда ты плакал глубокой ночью в подушку.
"Ты не один! Я с тобой. Не терзай себя. Прислушайся ко мне. Я подскажу! Всё можно исправить. Ты творец своего пути. Просто прислушайся ко мне!"

И ты услышал её. Да, сделать так, как душа подсказывает, не всегда просто. Но ты понимаешь, что это тебе близко, ты хочешь этого. Но, как же это страшно! Жить так, как чувствует твоя Душа. Это же пахнет счастьем! Ой..... страшновато! Стать счастливым человеком?! Слова то какие лезут в голову: гармония, покой, добро, радость, это моё желание. Еще и самоценность. Так и до безусловной любви докатиться можно, а там уже и до созидания не далеко! Нет. Ну куда мне?

Страшно. А люди, что скажут? А как я буду счастливым, когда кругом у людей проблемы? И что она пристала ко мне со своим "прислушайся ко мне"? Ей то, хорошо! Она где? Где-то внутри, где-то у сердца что-ли? Я так думаю.

Вот что интересно, сделал, как душа подсказала и как-то тепло стало. Там, где-то в районе сердца. Благодать! Ой! И спокойно на душе и радостно. Спокойно.
Хорошо. Как будто сидишь на берегу реки. Солнце ласкает твои плечи, ветер приносит прохладу прозрачной реки. Толстый шмель неуклюже приземлился на цветок колокольчика. И петух, где-то далеко, прокукарекал. Вот! Вот! Смотри! Клюёт! Хорошо. Как в детстве. Ух, как размечтался! Вспомнил безмятежное счастливое детство. Счастливое!
Прислушался.
Молчит. Душа молчит. Странно как-то. Даже непривычно. Пойти чаю заварить с мятой что-ли? Сто лет не заваривал чай. Всё кофе из кофейни за углом дома, или чай по-быстрому из пакетиков. Отрава, конечно, но времени то нет совсем. А тут нашлось. Неожиданно, непревычно.
Хорошо. Спокойно. Даже радостно. Вот! Надо почаще чай заваривать.
Молчит душа. Нечего ей сказать. Убедил я её не лезть ко мне со своими советами.

Душа молчит. Радуется. Прислушался, наконец! Пусть заваривает чай и радуется. Посидим в тишине чаю попьём. С мятой. Помечтаем о прогулке. Завтра домой через парк пойдём. Давно он по парку хочет прогуляться, да времени у него всё нет. Не слушал он меня раньше, а я ему говорила, что опасно ездить на неисправном автомобиле, в любой момент может сломаться. Как домой добераться будешь? А если дождь? Однозначно, завтра через парк. Как раз к вечеру ливень обещают.
Чай такой ароматный. С мятой. Вот мысль у него пробежала, что где-то на полке стоит стеклянная банка, ну та, ты помнишь, Петрович в начале лета угостил, с чабрецом!
Думает, что с собой беседует!
Пусть думает.
Я тут тихонечко, внутри. Как он сказал? Где-то там, у сердца.
Приятно. Пусть у сердца. Сердце у него доброе.
А чай с чабрецом и мятой завтра как раз кстати придётся. Завтра дождь обещают. Чтобы не простудился. Нам скоро в отпуск. В деревню. Где в детстве всё лето проводил. Надо счастье навестить.

- Сердце у тебя неблагодарное, - сказала мама со слезами на глазах, развернулась и вышла из комнаты.

- Лида, может, надо было спросить у него, почему он так сделал? – услышал я голос отца из соседней комнаты.

- Коля, да что там разбираться то?
Голос матери дрожал и неприятно повизгивал.

- Мы с тобой три года корячимся без отпуска. Вот ты совсем серый, а у тебя язва, - уже перейдя на надрывный крик, говорила мать.

- Я сапоги второй год чиню, а что толку, всё равно протекают. И всё для кого? Для любимого сыночка. Чтобы отучился, чтобы человеком стал. И обучение ему оплачиваем и деньги на карманные расходы. Всё для него. Чтобы в будущем стал инженером, чтобы смог жену хорошую найти, да на работу устроился в столице. А он!

После этих слов, Лидия села на стул, обхватила голову руками и зарыдала в голос.

- Коля, ну в кого он такой? Бессердечный! Разве плохо мы его воспитывали? И профессию ему хорошую выбрали – престижную.

- Лид, может, всё- таки поговорим с ним? Может, есть объяснение его поступку?
Николай встал с дивана, пригладил ладонью челку и подошел к супруге.
-Ох, Николай! Мне когда сегодня позвонили из института и сказали, что нашего Павлика отчислили за прогулы, у меня земля из под ног ушла. Каменное у него сердце. Неблагодарный сын.
- Ты вспомни, сколько мне пришлось ходить к Вере Петровне, чтобы сына нашего приняли на инженерный факультет. Я еще тогда говорила, что неблагодарный он. Мы для него из кожи вон, а он лицо корытом.

- Помню, он тогда сказал мне: «Мама, а ты не хочешь спросить меня, хочу ли я быть инженером»?

- Вот я тогда смеялась от души. Мы за него всё сделали, всё решили, договорились. А он мне такие глупые вопросы задаёт. Мы с тобой сами не смогли, так хотели, чтобы сын человеком стал. Бессердечный он!
- Не доглядели мы, Николай, за сыном. Вот и пришла беда. Он же целый год уже не ходит в институт.

В комнату вошел Павел. В руках он держал какой-то небольшой сверток из газетной бумаги.

Лидия посмотрела на сына злыми глазами. Павел прошел в цент комнаты.

- Папа, мама, я хочу с вами объясниться.

- Иди с глаз моих долой, - проговорила Лидия, - Коля, скажи ему, чтобы не попадался на мои глаза.

- Подожди, Лида! – голос Николая был громкий и настоятельный.

Лидия с удивлением посмотрела на мужа и опустила глаза.

- Говори, сынок, мы тебя слушаем, - сказал Николай и сел на пустой стул.

Павел протянул отцу свёрток.

- Что это, Паша? – Николай вертел свёрток в руках.

- Это деньги.

- Какие деньги? – Лидия вытянула шею и пристально посмотрела на свёрток в руках у мужа.

- Это деньги, которые вы дали мне, чтобы я заплатил на учёбу в этом году. Я не заплатил. Я всё объясню.

- Мы слушаем тебя, сынок, - Николай выдвинул третий стул и жестом предложил сыну присесть.

Павел сел за стол, сложил руки на колени и начал рассказ.

- Я никогда не хотел быть инженером, я рисовал с пяти лет. Я ходил в школьный кружек, потом в художественную школу.

Мне это очень нравиться. Я люблю рисовать. У меня талант, как говорит мой педагог. Но вы решили, что для меня будет лучше стать инженером. Когда я сказал маме, что надо бы и моё мнение спросить, она только рассмеялась. И я, честно, пытался два года учиться и познавать науки. Но я был последним на курсе, я не испытывал ни капли желания учиться и ходил в институт, как на каторгу. Я два года пытался вам сказать, что это не моё. Но вы меня не хотели слушать. Мама вспомни, как ты мне говорила?

- Иди, учи. Ученье свет! Хватит уже малевать свою мазню.

- А это не мазня, мама. Это искусство! И я очень люблю этим заниматься. И мои картины висят в администрации города. И в институте я рисую плакаты и картины. За это меня и держали там, хотя, я с первого курса, был отстающим.

- А ты, отец, был всё время на работе. И мне было стыдно, что ты работаешь до зари ради моего обучения. И я пытался учиться и тянул эту лямку, как бурлак. А в душе страдал и сердце моё болело и ныло.

Я же живой человек!

Павел смахнул предательскую слезу.
Отец достал из кармана брюк пачку папирос, спички и закурил.

- Павел! – прокричала Лидия.

- Замолчи, - стальным голосом проговорил Николай.

- Продолжай, Паша.

- В начале этого года, я встретил своего педагога по рисованию, - продолжил рассказ Павел.

- Мы сели в парке на скамейку и долго- долго разговаривали. Потом он предложил мне зайти к ним в академию. Через три дня я пришел к нему, он повел меня в класс по рисованию. Его вызвали в деканат, а я взял кисти краски и с упоением стал рисовать. Не знаю, сколько прошло времени, но когда я закончил картину, в классе было много разных людей. Я растерялся и смутился.

- Самородок, - сказал пожилой мужчина в твидовом костюме.

Это был ректор академии. На следующий день я был зачислен на третий курс художественной академии, в которой, учусь по сей день.

- Еще я подрабатываю дизайнером оформителем в одной фирме. Все заработанные деньги в этом свётке.

Паша показал глазами на газетный пакет.
- Папа, мама, я вас очень люблю. И моё сердце очень болит, от того, что вы переживаете. Но я не бессердечный.

- Мама, ты не имеешь права так говорить!

- Ты хотела реализовать с помощью меня свои неосуществимые желания. Но я не хочу, и не буду этого делать. Я хочу прожить свою жизнь, со своими мечтами и желаниями. И это не значит, что я не люблю тебя и отца. Я вас очень люблю.

- У меня, как и у вас есть сердце. И оно большое, доброе и благодарное. Не забывайте об этом….

У маленькой девчушки —
весёлые игрушки,
вопросики, задачки,
пузыриком жевачки.
Зачем тебе кирпич,
когда сказал Ильич:
«Учиться и учиться!» —
но вот тебе не спится.
Закрой скорее глазки,
пускай приснятся сказки.

Я так ждала, но так боюсь я вновь
Уйти туда, откуда я пришла.
Опять тащить все на себе, всю боль,
Которую пыталась я скрывать

Я думала, что все конец, ура и возрожденье
И новые эмоции льются через край
Но что-то старое приходит как в забвенье
И понимаешь, дальше – выбирай….

Не выбирать, а выть на потолок,
Срывать голосовые связки в крике.
Я столько лет из прошлого волок
Обломки чувств в своей тележке тихой.

Я столько раз давала себе слово -
Хватило ровно до ближайшей тьмы.
И вот опять стою у края снова,
Срывая с губ ненужные «люби».

Мне надоело быть живой водой
Для тех, кто сам не хочет исцелиться.
Мне надоело быть чужой,
Когда в себя так хочется забиться.

Забиться в щель, где нет ни боли, ни тоски,
Ни этого мучительного круга.
Я разорву все старые звонки,
Закрою дверь и выброшу ключи оттуда.

И пусть. И пусть. Я больше не вернусь.
Сгорели все мосты и пепел весь развеян.
Я так давно носила в себе эту грусть.
Все. Я больше не боюсь своей же тени.

Я вроде старше становлюсь всё время,
Но всё такая же, всё как была,
Такая же, летающая в облаках всё время,
И так же я корю себя.

И есть ещё те люди в жизни,
Которые хотят тебя убрать,
Хотят тебя унизить и обидеть,
Но я же всё же не одна.

И часто слышу я, что я не та,
Не так я выражаю чувства,
Не так я гневаюсь, не так смеюсь я,
Идите-ка вы нафиг, господа.

Ну да, я не такая серая, как вы,
Ну да, я выражаю все эмоции.
А что, мне тоже нужно лгать,как вы,
Весь год ходив, переобувшись?

И да, я выражаюсь очень резко,
Зато вы знаете, что думаю о вас.
А год ходить и льстить кому-то?
Мерзко... уж лучше буду я одна сейчас.

Когда ты любишь, ты принимаешь всё:
И гнев, и страх другого человека.
Ну а когда не любишь, мерзко всё -
И даже радость и веселье человека.

И мне не нужно говорить "люблю",
Ведь слово это не поступки,
Ты просто правду говори мне всю,
Или гори в аду своих поступков