СЕНТЯБРЬ

Как же ты постарел, сентябрь…

Патлами неухоженных ливней

Трясёшь за моим окошком.

Но постой, подожди немножко,

Неугомонное лето!

Столько песен ещё не спето,

Слов не сказанных вполголоса,

И встреч за морями где-то

Ещё не случилось — сколько?

А небо уже одето

В косоворотку худую…

Я по тебе тоскую,

Жаркий июль с цветами.

Давай, я тебя наколдую —

И ты останешься с нами!

Ещё на один сентябрь,

Ведь это совсем не много…

А там — холода с ветрами,

И снова дорога, дорога…

ЗАБЫТЫЙ РАЙ

Забытый рай — осколки витража.

Нет святости, лишь трепет тонкой тени.

И эта плоть, за звонкий лязг рубля,

В обмен на пыл сердечных откровений.

И, не крестясь, вставая на колени,

Мы молимся не славя, но прося.

Приподними ресницы, оглянись —

За лоском бытия сокрылась гадость,

А Он, что выше нас, приходит в ярость,

Смотря во что вы превратили эту жизнь!

Рай? Дезактивирован.

Святость? Протокол нарушен.

Любовь — торг! Байт за эмоцию! За монету!

Вы оглушены…

МАМЕ

Одной рукой поправлю прядь волос,

Другою обниму тебя за плечи.

Я рада этой, нашей новой, встрече

И не стесняюсь набежавших слёз.

Мы молча сядем рядом, у окна,

Пока дрова в печи квартиру греют,

Я в сотый раз, наверно, пожалею

О том, что долго дома не была…

Посетуешь, что вновь брюхата кошка,

Что пёс издох, с которым я росла,

И пожуришь, что долго не была,

А ты не отходила от окошка…

Я буду спать до позднего утра,

Пока меня не позовёшь к обеду,

Ты тихо спросишь: скоро ли приеду?

А я отвечу: «Знаешь, мам, дела…»

Вздохнёшь, поставишь кружку молока,

Смахнёшь тайком с ресниц скупые слёзы.

Я оглянусь на старые берёзы,

Уйду, оставив чуточку себя.

БЫТЬ СИЛЬНОЙ

Быть сильной — не значит не плакать.

Не ждать, уходить красиво.

Просить не бояться, и каяться,

Если, ну вдруг, оступилась.

Уметь отпускать и ночами

Грызть с воем полюс подушки,

А с первым лучом восхищаться

Платьем своей подружки.

Быть сильной — глотать таблетки,

Между, и до, и после.

И не давать советов,

Даже если их просят.

Первой бросаться в драку,

Если война неизбежна.

И завести собаку,

Когда будет враг повержен.

НАД ПРОПАСТЬЮ

А вы? Вы летали над пропастью

В предрассветный час?

Объятых греховной похотью

Мир ненавидел вас?

Когда всё равно на вселенную,

Что скажут соседи — пустое,

Есть ты, и есть я. Вожделение.

Падение над суетою.

Не ожидание вечности —

Минута соприкосновения,

И за борт клеймо безупречности,

Лишь за одно мгновение.

Не гордости, не величия,

Укоры в глазах скользящих…

А я бы и на колени

За это вот — настоящее!

Нет, я не прошу прощения

За то, что якшаюсь с беспечностью.

А вы летали над пропастью —

Казалось мгновенье вечностью?

РУБИНОВЫЕ СЛЕЗЫ

А на щеках солёная вода,

И поцелуи горькие, как пепел.

Забуду я, что ты сказал тогда, —

Слова твои умчал попутный ветер.

В бокале плещет красное вино,

Очаг погас, и тускло светят звёзды.

Мне в этой жизни крупно «повезло»

Пить в одиночестве рубиновые слёзы.

Закрой глаза и вспомни обо мне,

Я не хочу прощаться, понимаешь?

Приду к тебе, приснюсь тебе во сне,

Я так люблю, и ты об этом знаешь!

А за окном унылая луна

Глядит на мир потухшими глазами,

Сегодня не дождётся нас она

Гулять по сонной улице часами.

На телефоне номер набери —

Всего три слова, разве это сложно?

Я верю — в этой жизни всё возможно,

Ты только этот номер набери.

В бокале плещет красное вино,

Очаг погас, и тускло светят звёзды,

Мне в этой жизни крупно «повезло»

Пить в одиночестве рубиновые слёзы.

МЫ СТАЛИ БЕЗЛИКИ

Нам дружба не светит — от нервного тремора

Колени подкосятся в дикой тревоге.

Мы тянемся к коже, сгорая от демонов,

Забыв все молитвы, запреты, пороги.

Родными не стать: кто родных обнимает

С таким невозможным, безумным порывом?

Кто холод их рук на губах согревает,

Считая финал неизбежным обрывом?

Враги — это скучно, враги — это пепел,

О них по ночам не срываются в крике.

Мы просто застряли в судьбы перепетьях,

Где наши черты уже стали безлики.

Сражались с иноземцами упорно
Кутузов с инфантерией разгромно,
Французам выставляя четкий счёт
За всю невинно пролитую кровь.

Солдаты плотным строем шли вперед
А с флангов прикрывал казачий полк.
Сломили натиск монстра, упыря,
Чтоб снова пела русская душа.

За Родину стояли крепко, стойко!
Отверженно атаковали войско
И выиграли жестокую войну,
С родной земли изгнали сатану.

Настал момент тирану облажаться
И он познал, что терпит зло фиаско.
Маньяк повержен - армия разбита,
На бородинском поле его карта бита.

А после его гнали за Можай
До самого Парижа в их Версаль,
Сослали узурпатора на остров,
Где он оставил от себя лишь остов.

07.09.26г.

ЗАБЫТЫЙ РАЙ
Забытый рай — осколки витража.
Нет святости, лишь трепет тонкой тени.
И эта плоть, за звонкий лязг рубля
В обмен на пыл сердечных откровений.

И не крестясь вставая на колени
Мы молимся не славя, но прося.

Приподними ресницы , оглянись,
За лоском бытия сокрылась гадость,
А Он , что выше нас, приходит в ярость ,
Смотря во что вы превратили эту жизнь!

Рай? Дезактивирован.
Святость? Протокол нарушен.
Любовь — торг! Байт за эмоцию! За монету!
Вы оглушены...
МАМЕ
Одной рукой поправлю прядь волос,
Другою обниму тебя за плечи.
Я рада этой, нашей новой, встрече
И не стесняюсь набежавших слез.

Мы молча сядем рядом, у окна
Пока дрова в печи квартиру греют,
Я в сотый раз, наверно, пожалею
О том, что долго дома не была...

Посетуешь что вновь брюхата кошка,
Что пес издох, с которым я росла,
И пожуришь, что долго не была
А ты не отходила от окошка...

Я буду спать до позднего утра,
Пока меня не позовешь к обеду,
Ты тихо спросишь: скоро ли приеду?
А я отвечу:"Знаешь,мам, дела..."

Вздохнешь, поставишь кружку молока,
Смахнешь тайком с ресниц скупые слезы.
Я оглянусь на старые березы
Уйду , оставив чуточку себя.
БЫТЬ СИЛЬНОЙ
Быть сильной не значит не плакать.
Не ждать, уходить красиво.
Просить не бояться, и каяться
Если, ну вдруг, оступилась.

Уметь отпускать и ночами
Грызть с воем полюс подушки,
А с первым лучом восхищаться
Платьем своей подружки.

Быть сильной - глотать таблетки,
Между , и до , и после.
И не давать советов ,
Даже если их просят.

Первой бросаться в драку
Если война неизбежна.
И завести собаку ,
Когда будет враг повержен.
НАД ПРОПАСТЬЮ
А , Вы? Вы летали над пропастью
В предрассветный час ?
Объятых греховной похотью
Мир ненавидел  Вас ?
Когда все равно на вселенную,
Что скажут соседи - пустое ,
Есть ты и есть я. Вожделение.
Падение над суетою

Не ожидание вечности -
Минута соприкосновения ,
И за борт клеймо безупречности, 
Лишь за одно мгновение .
Не гордости , не величия,
Осуды в глазах скользящих...
А я бы и на колени
За это вот - настоящее !

Нет , я не прошу прощения ,
За то , что якшаюсь с беспечностью.
А , Вы , летали на пропастью,
Казалось мгновенье  вечностью?
РУБИНОВЫЕ СЛЕЗЫ
А на щеках солёная вода,
И поцелуи горькие , как пепел.
Забуду я, что ты сказал тогда,
Слова твои  умчал попутный ветер.

В бокале плещет красное вино,
Очаг погас и тускло светят звезды.
Мне  в этой жизни крупно «повезло»
Пить в одиночестве рубиновые слезы.

Закрой глаза и вспомни обо мне,
Я не хочу прощаться , понимаешь?
Приду к тебе, приснюсь тебе во сне,
Я так люблю , и ты об этом знаешь!

А за окном унылая луна
Глядит на мир потухшими глазами,
Сегодня не дождётся нас она
Гулять по сонной улице часами.

На телефоне номер набери ,
Всего три слова – разве это сложно?
Я верю – в этой жизни все возможно,
Ты только этот номер набери.

В бокале плещет красное вино,
Очаг погас и тускло светят звезды ,
Мне  в этой жизни крупно  «повезло»
Пить в одиночестве рубиновые слезы.
МЫ СТАЛИ БЕЗЛИКИ
Нам дружба не светит — от нервного тремора
Колени подкосятся в дикой тревоге.
Мы тянемся к коже, сгорая от демонов,
Забыв все молитвы, запреты, пороги.

Родными не стать: кто родных обнимает
С таким невозможным, безумным порывом?
Кто холод их рук на губах согревает,
Считая финал неизбежным обрывом?

Враги — это скучно, враги — это пепел,
О них по ночам не срываются в крике.
Мы просто застряли в судьбы перепетьях,
Где наши черты уже стали безлики.
ТЫ МНЕ НУЖЕН
Мне бы каплю тепла ,
Я так сильно устала от стужи.
И холодная мгла по ночам ...
Ты мне нужен!
Мне бы крылья ещё,
И полёта, пускай и последнего;
Когда сердце поёт ,а не плачет.
И неба - весеннего.
А ещё бы любви , что бы вместе
хоть даже над пропастью .
Дай , Бог, силы дожить свои свои дни
Не страшась одиночества ...
УХОДЯ УХОДИ
Перебор по словам : «Я тебя никогда не любил»…
Я не плачу, но больно, мир замер ответ ожидая.
Ты, конечно же, прав, ты – хороший,
А я никакая,
Уходя – уходи, и пожалуйста, только без слез.

«Не любил» ? А цветы на подушку в безмолвье ночи?
А всю ночь под балконом зимой, на коленях и стоя?
Ты мне песни писал, я тебе посвящала стихи,
Успокойся прошу, умоляю тебя – не кричи.
Уходя – уходи, и, поверь мне, я сдамся без боя.

Новый день не настанет, покуда не вспыхнет рассвет,
Боль уйдет, зарубцуются старые, рваные раны.
Мне почти все равно, но мне, все-таки нужен ответ :
Никогда не любил? Тогда что это было такое?
ОСЕНЬ
Слезой холодной по стеклу рисует осень,
И сединой растушевала неба просинь.
Кричат надрывно журавли , спеша в дорогу:
Им до морозов бы успеть,
И , слава богу.

А то ли дождь, а то ли снег и грязь по лужам,
Осенний день до безобразия простужен.
Он журавлиный клин с тревогой провожает,
Ну кто сказал:
"Цыплят по осени считают"?

Нет , птиц считают по весне, когда вернутся,
Когда крылом к родному небу прикоснутся...
И тихо плачет дождь , в дорогу провожая:
"Ты возвращайся , по весне,
Родная стая"...
НЕ НОЛЬ
Я тихонько, по самому краю
Ступаю,
И боюсь соскользнуть ,
И дорогу свою уступаю
Тем , кто круче меня, кто сильнее , моложе и строже …
Смерть похожа на смерть,
Но и жизнь на неё так похожа.

Нет?

Свет в душе без тебя, не любя погас,
Значит, видимо, кто-то давно все решил за нас,
Если я без тебя с перебитым крылом в небесах,
Если ты без меня – рваный  провод на тормозах.
И не слышит вселенная эту боль,
Я и ты без тебя,  без меня  -
Просто ноль…
Только ноль…

Пустотой переполнилась враз
Моя душа,
Я по скользкому краю снова
Делаю шаг.
И срываю оковы и мне теперь все равно
Те кто круче , умнее  , моложе …
Идут на дно …
И мне все равно … Все равно… Мне…
Если тебя нет …

И услышит Вселенная
Эту боль ,
Ты со мною теперь,
Я с тобой ,
Я не ноль,
Ты не ноль.

Хотел я о высоком написать,
Как в Греции писали о любви:
О глубине, о силе вам вещать… 
Её нам разделили типажи:

Страсть Эрос, восхваляющий объект
И вожделенья цель в желанье слиться.
Хлопочет Сторге - варится обед
И к вечеру быка добудет, птицу.

Здесь Людус веселится круглый год, 
Романы с флиртом крутит подшофе. 
А Мания безумствует, как гот
В маниакальной жажде по весне. 

В смешенье Сторге с Людусом придёт
К нам Прагма, укрепляя наш уют, 
Всё испытания вместе пронесёт
И для сердец тепла с добром приют. 

Предавшись альтруизму Агапэ, 
В желанье без остатка всё отдать
Плывёт на бескорыстной к нам волне, 
Чтоб водопад эмоций передать.

А Филия нас всех объединит, 
Мосты построит, пустит поезда
И договор о сделки заключить,
Вновь возведёт из пепла города. 

Такие вот коктейли в нас любви
Смог Аристотель в древности найти
Их нам не раз на жизненном пути
Являет многогранный зов души. 

Конечно, бабочки неплохо,
Сирень и сакура в цвету
И первоцветы - радость оку
В Аптекарьском свежи саду.

Но те природные явленья
Есть эстетический пейзаж,
Лишь перманентного мгновенья
И для художников кураж.

А декольте...О, декольте!
В нём первородное влечение,
Вселенский смысл в красоте
И жизни нашей продолженье.

Немного дразнит иногда,
Тем что в себе оно скрывает,
Как лик запретного плода
И в то же время жизни дарит...

Цветы завянут и листва
Пожухлая застелит земли.
А в декольте всегда весна,
И даже в зимние метели.