Тебе ли вьюга свататься
К венцу цветущей розы?
Тебе ли лето прятаться
В невысказанной прозе?

Что мне глоток любви —
Тебе клеймо Аида.
Смотри: уже я весь в крови,
И надо мной — моя Фемида.

Снова сон беспокойный.
Тревожно бежала
По краю тех мыслей —
Ложью их наполняла.

И где-то вдали,
Сквозь нависшего леса,
Девчонка лежала
И ей руки сплели.

Они тело сплели —
Продолжаться не может.
Её ребра внутри
Все измолоты , боже.

Теней хоровод
Танцует мотивы,
Пленя тех болот,
Что внутри нечестивы.

Задушила сама себя
Любовью противной.
Ненавижу я чувства —
Те, что строго наивны.

Лето, тих и спокоен вечер,
Тополь склонился устало.
Когда‑то я был беспечен,
Но мудрости время настало.

Словно открылись глаза
У того, кто с рождения слеп,
Словно ветер раздул паруса,
Словно жизни вкусил я хлеб.

Это — мой хороший друг,
Очень‑очень нежный друг,
Самый‑самый верный друг.
Тише, слышишь этот звук?

Это трепет былой ласки,
Это в пропасть без опаски
Прыгнуть и попасть домой,
Ведь ты там всегда родной.

Сказать тихо: «Я скучаю,
Без тебя не привыкаю...»
Выше нос, мой милый друг!
Ты шагай, шагай на звук.

Выходи гулять скорее —
Мне с тобой поход милее.
Ты колодец обойди,
Ну ты дурень, не чуди!

Спать мы ляжем рано утром,
Ночью позвоним кому‑то.
Сердцу дорог голосок,
Запастись бы мне им впрок.

В общем, что хотела я сказать:
Если хочешь погулять,
Ты пиши мне лично, друг,
Вдруг я не услышу стук?

С ночного неба падают снежинки,
Их ветер гонит прочь от еле тёплых рук.
Потухли в сердце слабые искринки,
Но я зачем-то слышу его стук.

Здесь все вокруг пропитано тобою,
Мне некуда от памяти сбежать.
Касания несбыточной мечтою
Уснуть мне не дадут опять.

Как мантру, повторял одно и то же,
Не ощущая хруста наших душ.
Какой-то смысл был ли в это вложен?
Ты не любил? Не верю, это чушь!

Не верю, что пройдет, что все забудем,
Что перестанет так пугать звон тишины,
Что в нашем заключительном этюде,
Наши решения окажутся верны.

И к черту оправданья и обиды,
Какой в них толк, скажи мне, милый друг?
Если те двери, что вчера открыты были,
Со звуком дроби выстрела закрылись вдруг.

Ты гордый хулиган, волк-одиночка,
Но я же знаю, ты бы смог любить.
Скажи, бандит, нужна была та точка?
Могли ли мы хоть что-то изменить?

Могли ли знать, как это будет больно,
Последние слова писать.
И в поисках тебя невольно,
Смотреть вокруг и сердце рвать.

Одной, как оказалось, очень зябко,
И веришь, нет? Забыть я не могу,
Как засыпал, меня собрав в охапку,
Теперь мне как унять холодную пургу?

Мне привкус твоих губ мерещится порою,
Куда ни гляну – лишь отсутствие тебя.
Ну дай еще хоть раз понежиться душою
В твоих руках, признания шепча?

Я жду, когда растает лед, закончится пора терзаний,
А струны станут в нужный сердцу лад.
И на могиле всех воспоминаний,
Увидишь чёрных роз прекрасный сад.

Ну а пока мне душу рвёт холодный ветер,
И слишком долго тянутся треклятые минуты без тебя,
Ты пьёшь свой чёртов Jägermeister,
И думаешь: наверно, не судьба.