Радиоволны далёких планет
Звучат музыкой туманных звёзд.
В бездонной пустоте летит конверт,
Между Юпитером и Марсом строя мост.
Космический ветер гонит стаи комет,
В паутину галактик вплетая вселенские маяки.
Конгломерат миров в сияние одет...
И где-то на Gliese пылают ледники.
Миллионы пульсаров ждут изучения,
Описывая в темноте извечный круг...
Но весь макрокосмос не имеет значения
без твоих рук...

Я когда-то боялся войны,
Смерти, старости и безумья.
Кинжалов, что могут торчать из спины,
Отсутствия чести, совести, благоразумья.
Я когда-то боялся жестоких людей,
Лживых, подлых и равнодушных.
Темных улиц ночных без фонарей,
Замкнутых комнат и замков воздушных.
Я когда-то боялся тревог и огня,
Что закончится вдруг дорога...
А теперь я боюсь, что судьба меня
Уведёт с твоего порога...

Ночь вплетает звёзды в косы...
Месяц воду пьёт из стылой лужи...
Фонари, как абрикосы,
Теплым светом согревают души...
Ветер в часе предрассветном
Тихим шагом иноверца
Так легко и незаметно
Млечный путь вплетает в сердце...

Вот вроде надо рвать и метать,
А сил нет совсем.
Нужно решаться, мечтать и дерзать,
Но так сладок плен.
Будто забравшись под одеяло
Из собственных сомнений,
Так просто сидеть и не выделяться,
Бояться любых изменений.

Совсем неохота вылазить на свет,
И быть под прицелом взглядов.
Ведь на протяжении стольких лет
Всё это мне было не надо.
Но теперь не уютно как-то совсем —
Одеяло тяжёлым стало.
Хочется крикнуть, что я жива здесь,
Что места мне стало мало.

И вроде готова я рвать и метать,
Покинуть свой горький плен.
Пора уж решаться, мечтать и дерзать,
А не бежать от проблем.
Не прятать глаза от всех вокруг,
И спину ровно держать,
И верить, что рядом найдётся друг,
Готовый со мной сверкать.

В бездарности так много громких слов,
Обильно посылаемых на ветер.
В безликости так много голосов,
Стремящихся призвать к ответу.
В предательстве так много мнимой веры,
Держащей за спиной огромный нож.
В спокойствии - стальным канатом нервы,
Лишь только тронь, звенят, как медный грош.
Увы и ах, любовь не исключение...
Присуща двойственность и ей...
И мы обречены нести стенания и восхищенье
До самого конца своих "счастливых" дней...