Мир умирает вместе с нами.
Хоть для других и продолжает жить
И мы поймём однажды это сами.
Нам остаётся только эту жизнь прожить.

Вселенная циклична, но не всё в ней вечно.
Пускай достигнет славы человек.
Его не будут помнить бесконечно,
У памяти людской отмерен век.

Несётся жизнь, и быстро мы взрослеем.
Прекрасен в детстве новый мир вокруг.
Но, вырастая, наслаждаться малым не умеем,
Рутиной и делами свой сужая круг.

Порой достаточно взглянуть немного вправо,
Чтобы увидеть больше, чем всегда.
Мы все на жизнь свою имеем право,
Но жить моментом забываем иногда.

Последний шелест листьев бурых,
Пора последних птичьих стай,
На юг поток обмякших листьев
Со страстью мчит к своей судьбе.

Моё лицо с слезинкой горькой,
С печалью смотрит на луну,
Но сердце судорожно бьётся,
Когда последняя летит.

И в этом мгновении есть удача,
Надежда вся на новую жизнь,
И с упоением, и с верой я поднимаю к небу взгляд.

Блуждает тень по замку сырому,
И страх пробирает до самых пят.
Дверь в полутьме притворяется скрипом...
Час приведений настал!

Всполохи красные мигом сияют,
Прогнивший гроб раскрылся вновь.
Час бала - смерти своими глазами увидит младая наивная кровь.

Рыцарские доспехи в крови,
Что лилась при Жанне Дарк,
В ту ночь падут пред смертным эго -
Мёртвые же хотят гулять!

Тихо стало. За окнами вечер,
В каждом доме — свой тихий "обряд".
Свечи слушают шёпот доверчиво…
А слова, словно птицы, летят.

Птицы эти не в небо стремятся —
Оседают на плечи, как дым.
Весть о том, что нельзя оставаться
В тишине, притворяясь живым.

«Да» и «нет»... не пустая отметка,
И не прихоть скукоженых лет,
Но не станут от боли таблеткой...
Нам решать, будет тьма или свет.

Единица... Не трогай, не надо
Спрятав взгляд, снова су́дьбы ломать.
За любой цифрой горькая правда
Там, за каждой, вдова, или мать.

Смотрит власть не на нас, на проценты,
Сколько ноликов в сумме подряд.
Пополняют тюрьму диссиденты
И по-взрослому дети глядят.

Пусть народ говорит, пусть решает,
Но не криком и не в пустоту.
Пусть он выбора силу познает,
Не хоронит её на лету́.

Кто-то предпочитает не думать.
Кто-то шепотом вновь говорит...
За народ всё решает вновь дума.
И ничто у неё не болит.

Задыхаясь в предвыборной гонке,
Взять пытаются штурмом Парнас.
А народ снова скромно в сторонке,
Знать терпенья не считан запас.


Тихо стало... За окнами вечер...
В каждом доме — свой тихий "обряд".
Свечи слушают шёпот доверчиво…
А слова, словно птицы, летят...

Не терпят свечи суеты
В пространстве тишины и света,
Где только я и только ты,
Огня тончайшего советы.

Стекает воск без лишних слов,
Слезою отогнав тревоги…
Огонь бесчисленных миров
Замо́к повесил на пороге.

Не нужно клятв и громких фраз,
Пусть город мчится где-то рядом.
Огонь сейчас не напоказ,
Он сильным обвенчал обрядом.

Огонь соединил мосты,
Скрепив их нитями рассвета,
Рассыпав дивные цветы —
На всё нам ставшие ответом.