На берег сходим мы. Приплыли – остров Кижи.
Туристов с пристани уводит вдаль настил.
Идём в поля, где мельница под крышей
не ловит ветер, крылья опустив.

Погост направо, длинная ограда,
внутри могил с крестами длинный ряд.
А дальше церковь, поклониться надо,
за ней вторая - вместе так стоят.

Две церкви, колокольня между ними,
всё вместе - комплекс «Кижеский Погост».
Их без гвоздей строители рубили.
От новых досок белизна шатров.

Идём вперед, дороги лента сера,
а по бокам - заборы из жердей.
Внутри посевы, скот, сушилки сена,
береза, дальше мельница за ней.

Архангела Часовня Михаила.
С дороги слышен колокольный звон.
В часовне «Небо», список «Спаса в силах»,
паникадило, длинный ряд икон.

Строенье рядом – строгая избушка,
когда-то к мельнице везли зерна мешки.
Перевезли её, но без своей вертушки
ей больше никогда не намолоть муки..

Большой сарай, где лодки создавали,
а дальше в бухте - лодочный музей.
Одни в воде, другие на причале -
их днища высохли от пролитых дождей.

За ними кузница – дом ремесла мужского,
кузнец старинных наковал гвоздей.
Из сувениров - котики и совы,
их надо в масле закалить скорей.

Идём обратно, у березы снова
стоим и смотрим в лодочный музей.
Потом резьба на доме Ошевнёва
и приобщенье к таинству вещей.

Как в старину сучить на прялке пряжу,
и научиться вышивать крестом.
Сотрудники музея всё покажут,
и разрешат работу взять потом.

Мы покидаем остров древних зодчих.
Путь по настилу к пристани лежит.
Взять сувениры в лавку мы заходим,
спеша купить «подарочный» шунгит.

И снова пристань с теплоходом «Чехов».
Нам до Москвы на нём вперёд идти.
Остались Кижи, как кусочек лета,
как перепутье долгого пути.

Из цикла: «Теплоход «Антон Чехов». Из Петербурга в Москву».

rutube.ru/video/e8c8bad24d28371598d66f2f58946639/

Я помню утро — даль светла,
Как шёлковый платок, поля легли.
Мне, где рассвет над Каспием вставал,
Увидеть Русь — без громкой похвалы.

Там, где туман, как дым, над водой повис,
Где осины шепчут воде у реки,
В душе, что помнила простор прибрежный,
Вдруг отзовётся что-то вдалеке.

О, эти равнины — простор без конца,
Пшеница волнуется, шепчет в тиши.
Подсолнухи, будто малые солнца,
Встречают рассвет у русской межи.

Леса встают стеной — берёзы да сосны,
В хрустальных росах, в утренней тиши.
Не море и не горы — равнины, но так светлы,
Что сердце чует: «Здесь ты не спеши».

Дорога вьётся лентой дымчатой,
Ведёт сквозь утро, сквозь туман густой.
И каждый поворот — как вздох душистый,
Как тихий разговор с родной землёй.

Я видел разное — ширь, даль и ленты дорог,
Где горы тень бросают на песок,
Где Каспий шепчет у прибрежных ног,
А ветер помнит горный голосок.

И где бы ни был — в шуме или в дали,
Я вспомню рощи, росы, облака…
Россия — не в словах, а в той судьбе,
Что связывает землю и меня в себе.


29 августа 2016 года

Веер в руки ты взяла…
Как же так красиво
В ночь лазурную ушла
Молча, торопливо?

Так остался я один:
Ты меня убила.
За тобой вслед не уйти,
Ждёт меня могила.

Лишь блестит одно кольцо
Золотом тоскливым,
На руке моей оно
В память о любимой…