Холодным утром дождь окутает мои сомнения,
А позже к ним и мнительность - словно бездонный край.
Невольно продолжаю ждать удачного мгновения,
Или того, кто скрасит мою детскую печаль.

Я путаюсь в чувствах: где правда, где ложь,
Где любовь, где предательство, где моё слово.
Я сильной казалась, но таю, как воск,
В пятнадцать мне в мире так больно, сурово.

Тянет во тьму, где мне легче молчать,
Где брошусь с головой я к оправданиям.
Я словно тону, не умея кричать.
Но любя соответствовать чужим ожиданиям.

Они не в состоянии понять решения
Людей, что отличаются от них.
У них приоритет - религии своей правление.
Поставив крест и наплевав на чувства остальных.

Я не забуду, как однажды закрывали рты.
В один момент забыв про святость.
Бешеные, богобоязненные псы.
В которых вместо бешенства - предвзятость.

Я не вернусь туда, где веру заменили страхом,
Где благодать лишь слово и пустой алтарь.
Где тишина в молитве стала душным прахом,
Где нет любви - лишь суд, без права на печаль

Ты ждал меня в своей весне,
А я уже училась быть чужою.
Слова застыли в темном дне,
А чувства под водою.

Ты ждал меня, но не узнал,
Когда весна во мне скончалась.
Иду домой под грустный сериал,
Смешав любовь и вечную усталость.

Ты верил: я приду, как прежде - в мае,
И этим сыпал мне на рану соль.
Я шла домой, любовь всю выжимая
А ты хотел быть тем, кто снимет боль.

Я не буду тебя больше знать,
И сделаю все что захочется.
Подскажи, как мне правильно это назвать
Свобода или одиночество?

В чужих руках я искал свой обман.
И рушу мосты, что построил я сам.
Мои удовольствия - бескрайний твой ад,
Измена моя разрушает мой лад.

Вины не сможет смыть прибой,
Смирюсь что телом больше я не твой.
Я выбрал миг и потерял года,
Любовь твоя чиста, а я - беда.

Чужая кожа, ложь во рту,
И стыд пылает - не сотру.
Твой взгляд убьёт, твой крик - как сталь,
А я виновник. Мне не жаль.

О, благодать, истоки озарений ты ищи!
Сакральная, заветная ты Муза!
Меня за глас безмолвный не взыщи.
С какой поры ты ныне мне обуза?

В безбрежной мгле самосознания,
Мой дух, присуще праху припадёт.
Ты - роковая жрица созидания.
Даруй мне хлад, что пламенем взойдёт!

Прельщают зело тусклые мне очи,
Как блеск тщеты на тефре бытия.
Явись ко мне средь белой ночи -
Иль отрекись навечно от меня!

Но вдругорядь твой лик меня морочит.
Утехи с горестью враждуют меж собой.
К чему же Муза, что триумф пророчит,
И окрыленье отняла, и мой покой?

Всё гложет тяжко пыл неугасимый,
А прихоть ведь не тянется к перу...
Я знаю, пламень этот одержимый
Ниспослан сердцу только моему.

Восторг, что встарь устойчиво струился,
Утратил первородный свой венец.
Коль дара я неведомо лишился,
Не близок ли творению конец?