В этом месте время застыло:

Здесь не услышишь пения птиц.



Здесь тоскливо, уныло,

Света и радости — нет.



Вместо привычного неба — дымка,

Серая, плотная, словно стена.



Под ногами — топь, не почва,

В ней надежды вязнут прочно.



Но тут в воздухе, пропитанном болью,

Показался образ едва уловимый.

Кто это?

Сразу и не понятно. Но интерес

Подогрелся азартом.



Топь уже не так себе подчиняла,

Это стало новой жизни началом!



Шаг, другой — сердце уверенней бьется,

Но место печали никогда не сдается:

Под ногами начинает терновник струиться —

Жалить, кусать, повернуть назад заставлять.



И воля, что держала этот бой,

Склонила голову перед судьбой.



Но тут ко мне подлетела

Дивная прозрачная птица.

Широко расправив крылья,

Без слов сказала, что поможет в пути.



Как этим зрелищем не восхититься?

Как возможностью не насладиться?

Как отказаться идти?



Испытания не оставляют:

Вот и змеи ползут. Змеи кусают.

Кровь из ран струится, почву питает,

На которой цветы вырастают.



По мере движенья небо становится чище,

Трава зеленеет, птицы звонко поют,

И ноги уставшие от нападок судьбы,

Сбросили тяжесть у кромки озерной воды.



Подплыли рыбки золотые,

Их свет коснулся ран глубоких,

И тотчас боль лишилась власти,

А страх растаял без следа,

И на озерной ясной глади,

Где отразилось само небо,

Взошел цветок, что всех прекрасней.



Птица предо мной парит — следовать за ней велит.



За озером скала — граница двух миров,

В ней есть пещера, что каждый шаг хранит.



А на скале, где ветер камни точит,

Дорога вверх упрямо путь пророчит.



Пускай ладони в кровь сотрутся,

Пускай сорвется тихий стон —

Я слышу, как внизу смеется

Мой притаившийся дракон.

Он крикнул: «Падать будет больно,

Вернись в привычную среду».

Но я, вцепившись в выступ молча,

Ему уже не уступлю.



Взобравшись вверх и дух переведя,

Я замерла: вдали, где тает грань рассвета,

Гора застыла в небо уходя.



Я поняла: вершина — лишь ступень.



Вот солнце всходит величаво,

Его лучи мне бьют в глаза.

Отвожу я взор устало и вижу:

Мой дракон сидит внизу —

Он торжествует, глядя на меня.



Подул ветер, и подлетела дивная птица,

Мой взгляд теперь прикован к ней.

Она — проводница, не знает преград,

И просит сделать еще один шаг.



Продолжаю путь. Свой выбор отстояла.

Слева от меня летит дракон. Он —

Договор с судьбой, что я заключала.



Тем временем дивная птица

У солнца взошедшего кружит.

Лучи, ее пронзая, не обжигают,

А наполняют светом, к которому проводница

Мне помогает стремиться.



«Зачем ты здесь? — я у дракона спросила. —

Снова будешь паденьем пугать?»

«Падение для новой тебя —

Способ научиться летать».



Вернулась дивная птица,

Она сверкала, светилась.

И мое сердце, сжатое в комок,

От такой красоты раскрылось.



Путь — бесконечное движенье.

В нем самом мое предназначенье.

Небо темнеет, солнца уже не видать,
И ветер шепчет в листве:
«Куда идешь ты опять?»
«Иду искать убежища,
От сердец людских,
Которые почему-то уверены,
Что только им ведомы
Чужие тайны пути!
Но ведь это не так?..»

Ветер шепчет мне: «Да,
Их знания - лишь тени,
Затуманившие глаза.
Гордо так возвышаются,
Указывая пути,
По которым, как они думают,
Тебе надо идти.
Но слушать их не стоит,
Потому что им не найти
Скрытые от глаз
Их тайны пути!».

Закат — последний отблеск дня,
Огонь и пепел прожитого,
Свет гаснет, сплетая кружева,
Чтобы ночь наступала торжественно.

Память сохранит моменты яркие:
Радости встреч и печали разлук.
Много накоплено, немало утрачено,
Стежок судьбы — очень туг.

Сумрак крадется, тени сгущаются,
Звезды горят, ночь приближается.
Мир застывает в объятьях покоя,
Заботы растворяются в шелесте снов.

В глубинах сердца силы рождаются,
Энергией ночи организм заряжается,
Незримым ключом врата открываются,
Если разум готов принять мудрость веков.

Во снах бродим путями неясными,
Соприкасаемся с миром иным,
Там знаки шифруют послания важные,
Которые позже понять мы должны.

Время течет, картины сменяются,
Небо подбирает новый наряд,
В природе ничего не повторяется,
Каждое мгновение — оригинал.

Рассвет, рожденный утром нежным,
Раскрасил небо краской свежей,
А птицы радостно щебечут,
Чтоб пробуждалось все вокруг,

Такой порядок в мире вечен, и
Новый шанс судьбой отмечен.

И даже если небо в клочьях,
Природа это допускает.
Рассвет — учитель жизни лучший,
Он мирозданье открывает.

Люби, мечтай, твори свободно,
Пусть сердце радостно горит,
Настанет день — увидишь ясно,
Как упоительно прекрасна, неповторима эта жизнь!

Внутри каждого мир,
Где мысли, как реки, текут,
Где чувства, как звезды, горят.
Где сила живет и растет.

Реальность велика,
Здесь возможность царит,
Каждый шаг — это путь,
Что судьбу обновит.

Два мира, сливаясь в один,
Друг друга обогатят,
Растопят границы времен,
Единство провозгласят!

Есть удивительный сад,

Где почва — солнечный свет.

Здесь время не мчится стрелой,

Оно течет спокойной рекой.



В саду озеро с водою кристальной,

В нем звезды купаются в дымке печальной.



Близ озера Древо растет,

А под кроной проживает народ.

На ветвях его — миры:

Сюжеты и сны, что изначально пусты.



Время придет — и в дымке туманной,

Сверкая над озером, звезда воспарит.

К Древу взлетит, и, разорвав тишину,

Застывший мир оживит. Возродит.

Он, новой мечтою и смыслом согрет,

Наполнится светом ушедших планет,

И шепотом трав, и раскатами грома,

И истиной, что не ведает дома.



Над садом — небо,

Вбирая краски рожденных,

Зажженных миров,

Хранит в себе вечность и шепот веков.



Вот и странник по небу плывет,

Ценный багаж в себе он несет.

Он — посланник небесных широт.

Чем же так важен этот полет?

Тем, что Древо странника ждет.



Посланник приблизился, к ветви припал,

И все, что принес, сразу отдал:

Эхо шагов по дороге земной,

Отраженье луны над спящей рекой,

Шум голосов и долгожданный покой.



Древо, приняв облака дар,

В своей мастерской, где мудрости жар,

Только лучшее отберет,

А все плохое в корни пойдет,

На стволе из ненужного,

Соткется узор —

Как ценный урок,

Как надежный затвор.

Все, что важно, объединит,

И, исполнив свой долг,

Новый мир породит.



На этом Древе есть ветви иные, что

Гнутся под весом богатых плодов.

Проживающий под кроной народ,

Созревший, налившийся клад соберет.



Никто не знает веса плода,

Что тянет ветви до земли:

В нем и радость, и борьба,

И все пути, что я прошла.