Врачевание.

И когда из стен прежде великих храмов выпадут камни,
А небеса над моей головой сожмутся до кванта вдруг,
Последняя черная стая покинет пределы отвесных гор,
Я возвращусь в исходную точку, бесценный мой друг.
Ты где-то есть и, должно быть, вдыхаешь тот же простор,
Приходишь домой, листаешь газету, хлопаешь ставнями.

Кайлас все на том же месте, но снег на его вершине
Уже никогда не стает.
Какие-то шестеренки
Приводят планету в движение, сбрасывают балласт.
Я в тысячный раз извлекаю из лампы злобного джинна
молча и тонко.
Больше не страшно. Я – первый свой шаг. Я даже Пегас.
Мной столько написано фраз, они сложены о мужчине,
Что видит всегда насквозь. Не отвернется и не предаст.

Я не прощаясь покину город и наскоро сяду в поезд,
Он повезет меня дальше и дальше змеями тонких шпал.
Я воскрешу истерзанные картины, закончу повесть.
Без твоих истин мне этот предметный мир
стал бы неоспоримо мал,
Как коридоры съемных, душных, полупустых квартир.
Так становишься понят,
понимаешь: вот омут, а вот – вокзал,
Здесь - властвуют звезды,
а тут - мили ведут к свободе.
Спасибо, что был со мной ты четыре безумных года,
Потому что мне стала б могилой эта земная твердь,
Потому что имею привычку прыгать с разбегу в воду.
Пожалуйста, обещай мне, что не покинешь и впредь.