Дорогой Максим! Когда меня не станет, прошу, не продавай дом. В нём хранится важная вещь — граммофон. Но не включай его, иначе из книги выйдут лесные существа. Не бойся, они не причинят вреда. Они обучают твоего сына древнему искусству и даруют ему знания. Он станет великим магом и хранителем зелёного леса, где живут все лесные фейри, боги и богини. Музыка граммофона — магический текст, призывающий природу. Когда она просыпается, начинается новая жизнь.

Когда я прочитал книгу, мне сразу захотелось открыть её снова. Она лежала в сундуке, как и в прошлый раз, на диване напротив камина. Я достал книгу и начал её разглядывать. Все персонажи были мне знакомы: я видел их во сне или наяву. Мне казалось, что всё это было сном.
Я узнал богиню Диви. На картинках была изображена богиня, и я прочитал, что она охраняет сад. Там, где баба Тоня, или Тиара, как её называют лесные боги, сажает растения, есть дверь, ведущая в другой мир. Этот мир можно приоткрыть, когда заиграет музыка. Тогда из книги выйдут хранители и откроют волшебный мир вечного лета.
Граммофон — это призыв потустороннего, неведомого нам мира. Я не уверен, что всё это правда, но решил проверить. Я вспомнил, как Пан подошёл ко мне и включил граммофон. Я тогда не знал, что он хозяин леса. И вот тогда я увидел его собственными глазами. Я закрыл книгу, приблизился к комнате, где стоял граммофон, и почувствовал, как любопытство разрывает меня на части. Может, всё это не сон, а реальность? Может, существа из другого мира действительно обитают в нашем саду? Эти вопросы не давали мне покоя. Казалось, за лесным занавесом скрывается что-то важное. Но я так и не включил граммофон. Отложил книгу на полку и отправился на кухню, чтобы позавтракать с семьёй.
Ваня рассказывал маме о своём сне, который он воспринимал как фантазию.
— Мама, мама! — начал он. — Я летал вместе с богиней Дивией и ещё четырьмя прекрасными девами.
— Ну ты и фантазёр, — усмехнулась Настя, погладив его по голове.
Ваня продолжал спокойно есть молочную кашу. Я вошёл на кухню, и Настя приветствовала меня добрым утром. Сын повторил за ней.
— Кажется, сегодня будет отличный день! — заметил я, взял со стола газету и развернул её на третьей странице, где обычно печатают новости шоу-бизнеса.
— Дорогой, отложи газету, сначала позавтракай, а потом читай, — напомнила мне жена.
— Сначала посмотрю, а потом поем, — сказал я. — Что ты видел во сне, Ваня?
И Ваня начал рассказывать мне то, что видел я.


Мне кажется, это не сон и не явь. Всё началось после того, как мы открыли книгу. Я помню, как что-то выскочило из неё и на террасе появилась тень. То, что рассказывал мне сын, не было сном, я видел это своими глазами. Мне нужно узнать больше из записей моей бабушки, чтобы понять, что скрывается за всем этим.
После завтрака сын гулял в саду. Ко мне пришли люди из деревни и попросили помочь им с консультацией у психолога. Даже здесь я не могу побыть наедине с собой. Жена вошла в мой кабинет, когда я начал читать письмо бабушки и смотреть на книгу. Я изучал странные символы на каждой странице. Там были ведьма Гринда, которая учила моего сына, фея Фиона и даже Пан. А рядом с ними был кто-то, похожий на злого чёрта, но выглядевший иначе, как слизь. Интересно, как его зовут?
Чуть ниже было написано имя «Болотник». Я начал внимательно рассматривать его. Глаза пустые, волосы торчали в разные стороны. Мне показалось, что он смотрел прямо на меня. Я почувствовал себя неуютно, его взгляд проникал в самую глубину моей души. Его жёлтый взгляд будто обыскивал меня, проверял, что внутри. По спине пробежали мурашки, и я быстро закрыл книгу и отложил её.
— Страшно, да? — раздался голос сверху. — Я вижу, ты боишься.
— Кто ты? Где ты? Покажись!
— В книге, — шепнул голос из-под обложки. — Глупец, я в книге. Открой меня и включи граммофон, тогда я выйду из этого проклятого заточения.
— Как ты попал в книгу? — спросил я, отодвигая книгу подальше.
— Что так? Боишься меня? Твоя бабка заточила меня в книгу, чтобы я не мог выбраться. Только через граммофон я могу выйти, но ненадолго. Заклятие её оказалось сильным. Я знаю, что у тебя есть сын, его зовут Ваня. Он сильный маг, как и твоя бабка.
— Что тебе нужно от моего сына?
— Сила, — ответил голос. — Отпусти меня, и я помогу тебе.
— Нет, даже не проси. Ты хочешь убить моего сына и забрать его силу. Не позволю тебе.

Книга вдруг ожила, начала кричать и ругаться: «Выпусти меня! Выпусти, или я разорву тебя на куски!»
Не помню, как выбежал из кабинета. Навстречу шла жена, спросила: «Что происходит?» Я ответил: «Ничего» и, закрыв кабинет, вышел через зал на террасу, чтобы найти сына.




3

Я пробежался по саду, где цвели экзотические цветы — фуксии, орхидеи. Войдя внутрь, услышал, как в комнате играет граммофон. Я машинально повернулся к дому, потому что музыка звучала с какой-то злостью.
Понял, что болотник, водяной бес, вышел на свободу. Кто включил граммофон? Оказалось, моя жена, не зная о странных событиях в бабушкином доме. Это уже второй день, как происходят странные вещи. Например, голос из бабушкиной книги, который я принял за голос водного беса.

«Раз, два, три… Я иду искать!» — раздалось по всему саду.
«Ваня!» — звал сына, кричал в сторону сада.
«Я здесь, папа!» — донеслось из глубины сада, где росли цветы и плодовые деревья. Я огляделся и заметил искусственный пруд. На мостике стоял Ваня.
«Ваня!» — снова крикнул я. Сын обернулся, рядом с ним кто-то стоял. Я узнал лесного хозяина, будто он защищал Ваню.
«Я не один, папа. Со мной друзья. Они защитят меня от водяного беса», — сказал Ваня.
«Отойди от него. Он не тот, за кого себя выдает», — предупредил я.
Мимика сына изменилась, он стал серьезным. Взяв за руку монстра, прошептал: «Мы уходим в вечное лето. Прощай!» Затем посмотрел на меня, но его взгляд был холодным. Он обернулся к лесному хозяину с улыбкой на лице. Тот тоже улыбнулся и сказал:
«Твой отец ничего не понимает. Твоя бабушка была права: ты сильный маг и будущий правитель всего леса».

Я не ожидал, что разговор моего сына с лесным хозяином по имени Пан обернётся таким образом. В ведьминских сказках вечное лето описывалось как рай.
— Не входи! — крикнул я.
Вдруг передо мной открылась дверь, оплетённая плющом с огромными пионовыми цветами. Мы с сыном покинули реальный мир и оказались в неведомом месте. Я не помню, как мы попали сюда, но вдруг почувствовал, что вокруг ночь. Неужели это ведьмины лета?
Я огляделся и увидел три статуэтки ведьм. У одной на голове был колпак, она варила зелье в котле. Вторая добавляла что-то в котёл, а третья читала заклинание. Я прошёл мимо статуй и услышал голоса, исходящие от них.
— Ты зря привёл сюда злого духа, — сказала та, что варила зелье.
— Теперь он попытается отомстить твоему сыну, — прошептала та, что читала заклинание.

Я обернулся, но статуи не двинулись с места. Они словно растворялись в тени.
Как с ними бороться? Я закрыл глаза, надеясь на ответ. Долго ждал, но вдруг услышал женский голос:
— Утопи его в болоте, откуда он пришёл.
— Но как я могу утопить дух? — удивился я.
Ответа не последовало. Я стоял в смрадной ночи, окутанной туманом. Совы ухали где-то вдалеке. Ночь была непроглядной, дороги не было видно.
Вдруг я заметил дорогу из оранжевого кирпича, уходившую вдаль. Лунный свет отражался на ней, словно указывая путь. Я вспомнил волшебника из страны Оз, но без друзей: Страшилы, Дровосека и Трусливого Льва. Шёл по дороге и увидел множество странных статуй, изображавших лесных богов. Среди них были бог Локки, Тор и Род, словно собранные из разных культур мира. Ведьминские символы тоже были повсюду: казалось, что среди кустов мелькают красные глаза, которые смотрят прямо на тебя.
Я не знал, куда идти, но главное — следовать по оранжевой дороге. Она напомнила мне волшебника из «Страны Оз». Куда она приведёт, неизвестно. Возможно, к замку Изумрудного города? У меня чуть не вырвался смех.
После того как включился граммофон, я оказался в непонятном месте. Главное, что я понял: я и мой сын попали в другой мир, полный волшебства. Похоже, в нашем доме из книг выбрались не только мистические существа, но и заточенный болотник бес, который попытается забрать силу у моего сына. Но я думаю, лесной хозяин Пан не позволит ему приблизиться.
Вдруг я услышал гудение в небе и поднял голову. Над головой летели десять ведьм на метлах. За лесом вдали я заметил купол, похожий на колокола. Присмотревшись, я увидел дом. Возможно, там находится мой сын.



4



Как я оказался по ту сторону мира? Меньше всего меня это волновало. Сейчас самое главное — спасти сына. Кто бы он ни был, он мой. Хотя бабка предсказала, что он станет величайшим колдуном в истории. Говорила, что у него есть сила, которая объединит всех мистических существ во вселенной. Эта сила связана с граммофоном и книгой.
Сначала я не понимал, о чем она. Но потом до меня дошло. Граммофон нельзя выносить из дома. Книгу передали через юриста после вступления в наследство. Никто из родственников не хотел этим заниматься, хотя бабка ясно указала меня и сына наследниками.

Моя жена была против вступления в наследство. Она помнила тот день, когда я познакомил её со своей бабушкой. В ту ночь нам рассказывали страшные вещи, произошедшие в нашем доме. В течение трёх дней Насте снился один и тот же сон. Она видела ребёнка возле костра, рядом стоял лесной бог Пан, окружённый мистическими существами, похожими на фей. Три ведьмы стояли позади и что-то шептали, одна из них подала на золотом блюдце чашу с кровью. Настя пыталась спасти сына, но на её пути встал один из гномов.
На пятый день она уговорила меня уехать из бабушкиного дома. Тогда баба Тоня сообщила, что беременна и ждёт ребёнка. Она попросила назвать его Ваней в честь его деда. Настя не поверила, но позже мы узнали, что она тоже ждёт ребёнка.
Счастье длилось недолго. Мы знали, на что способна моя бабушка. Настя вспомнила сон и поняла его значение. Кровь — это начало новой жизни. Пока я вспоминал прошлое, не заметил, как оказался у большого каменного дома. Он напоминал мне сказочный пряничный домик из «Гензеля и Гретель», но здесь всё было по-другому. Дом выглядел мрачно, его неровные поверхности были покрыты трещинами и пятнами.
Над моей головой пронеслись три тёмных силуэта. Звук, похожий на работу моторной лодки, издавали их мётлы. Я поднял голову и увидел три тени на небе. Это были ведьмы, которые направлялись к большому дому. Он напоминал охотничий домик: на крыше виднелись черепичные крыши, покрытые стеклянными фигурками, а из трубы, сделанной из яшмы, шёл дым.
Я вспомнил «Волшебника Изумрудного города» Волкова. Непроглядная ночь, казалось, отступала, и лунный свет освещал мне путь. Я пробрался через лесную гущу и заметил вдали дом, окружённый деревянными заборами. Я подошел к загадочному дому, который выделялся среди других. Осторожно пробрался через кусты, чтобы заглянуть за ворота и узнать, что там происходит. Высокие деревянные заборы окружали дом. Бревна были большими и толстыми, с вырезанными на них странными символами, напоминающими трилистник.
Три ведьмы медленно опустились на землю и тихо переговаривались. У входа стоял огромный великан-людоед, похожий на вышибалу в ночном клубе. Через минуту появились феи, а затем какие-то другие существа. Великан пропускал их внутрь по приглашению.
«Как мне попасть внутрь?» — я не знал, что делать. Решил поговорить с людоедом по-братски.
Он выглядел угрожающе: весь в лохмотьях, с огромным ножом за пазухой. Когда проголодается, идет на охоту. Если схватит меня, мне конец.
Я решил подойти к нему. Взял с земли что-то и обтер об себя, чтобы выглядеть естественно. Как будто только что восстал из могилы.
Подошел к людоеду, делая вид, что меня тоже пригласили на праздник. Мне нужно было попасть внутрь.
— Куда ты прешься? — спросил он, перекрыв мне дорогу. — Пропуск?
— Это что, завод? Чтобы у меня пропуск спрашивали, — возмутился я.
— Пропуск, или я тебя сейчас сожру! — пригрозил он, намекнув на нож.
— Тихо, не торопись. Даже если ты решишь меня убить, я ведь дух мертвый.
— Ты что, мертвец? — удивился людоед.
— Да, я полуживой. Меня недавно похоронили, — нагло врал я, стараясь выкрутиться из ситуации.
Он подошёл ближе, понюхал меня и сморщился. Из его носа потекли зелёные сопли прямо на мою футболку. Меня чуть не стошнило. От него пахло тухлым мясом.
— От тебя чем-то живым пахнет.
— Так я же ещё не разложился, — ответил я, притворяясь мёртвым.
— Ладно, проходи, — наконец сказал он.
— Спасибо, брат! — помахал я ему. Он косо посмотрел мне вслед, но я сделал вид, что не заметил, и быстро зашёл во двор, направляясь к дому. «Обманул людоеда», — подумал я с облегчением.



5



Внутри двора было чисто и аккуратно, как и в моем доме. Казалось, здесь постоянно прибираются. Вокруг росли кустарники, и их ярко-желтые цветы сияли, как фонари, освещая путь к дому. Я подошел ближе, чтобы рассмотреть эти удивительные растения. Их лепестки напоминали пятиконечные звезды, а несколько тычинок, окрашенных в тот же ярко-желтый цвет, действительно освещали пространство, как искусственные фонари.
Я осторожно прикоснулся к одному из цветов, и он сразу завял. Быстро убрав руку, чтобы не привлечь внимание, я огляделся. К счастью, никто не заметил, что я испортил цветок. Я направился к дому, окруженный кустарниками с такими же яркими цветами, которые создавали ощущение света и тепла.
Этот волшебный мир казался мне настоящим чудом. Мой сын был здесь, среди лесных существ. Я понимал, что должен спасти его, не позволив принять дар бабушки. Позже я догадался, почему перед смертью бабушка говорила, что мой сын станет великим магом.


Мой сын, которому всего пять лет, скоро станет шестилетним. Бабушка всё точно рассчитала. Он смотрел на кусты, где порхали маленькие феи, и увидел своего воображаемого друга — мохнатого Дудука. Это был маленький медвежонок с острыми зубами и милыми глазами. Дудука сидел рядом с лесовичком, который играл на губной гармошке. Феи шептались между собой, а три юные нимфы танцевали вокруг лесовичка. Это были лесные нимфы, богини природы. Я поднялся по лестнице, и на крыше раздался уханье сов. Одна из них сидела там и смотрела на меня не по-птичьи. Её глаза напоминали человеческий взгляд.
— Ты куда собрался, Максим? — спросила она.
Я был поражён.
— Откуда вы знаете моё имя? И кто вы? — спросил я.
— Я профессор Мифидофия. А тебя знаю, потому что я мудрая птица, — ответила она.
— Ты знаешь всё, что происходит? — спросил я.
— Да, Максим, — птица взмахнула крылом, спустилась ко мне и села на перила дома. Она смотрела на меня, едва ли не касаясь клювом. — Не пытайся спасти сына. Он избранный. Скоро ему исполнится шесть лет. Он станет великим магом.
— Ты говоришь, как моя покойная бабушка Тони, — сказал я.
— Твоя бабка Тиара была известна как хранительница очага. Теперь её нет. Никто больше не может защитить наш дом от злых духов. Они могут уничтожить всё, что было дорого твоей бабке.
— Например? — спросил я. — Может, это тот болотный чёрт?
— Похоже, ты уже знаком с ним. Надеюсь, ты не привёл его в наш дремучий лес?
— Не знаю, — пожал я плечами. — А что это за место?
— Это волшебный мир. Здесь граница между вашим миром и миром волшебства.

Это мир вечного лета? — задумался я.
Нет, здесь все живы, у каждого свой срок, но мы не умираем, потому что мы бессмертные. А вот ведьмы и колдуны смертны, такова жизнь, — заключила Мифидофия.
Что может болотник-черт? Он что, выходит из болота?
Не произноси его имя. Да, он живет в болоте. Это мерзкое существо из всех, кого я знаю. Твоя покойная бабушка, да хранит ее вечное лето, заманила его в свою книгу теней. Надеюсь, ты не выпустил его оттуда?
Его зовут болотник, болотный черт.
Опять ты произнес его имя.
Как приятно слышать мое имя, имя, имя... — раздалось из леса. Это был болотник.
Ну вот он... — встревожилась птица. — Скорее в дом, болотник не может войти в защищенное магией жилище.
Я приду, приду, и я тебя задушу, Мифидофия — старый хнык, — угрожал болотник из темноты. Мне казалось, что кто-то идет к нам.
— Ну что стоишь, заходи, — повелительно сказала Мифидофия.
Я не заметил, как открыл дверь и переступил порог.
Дверь была приоткрыта, оттуда доносилась мелодия природы. Войдя внутрь, я увидел, что все собрались в огромном зале. В центре стоял массивный круглый стол, вокруг которого сидели представители разных видов существ: от мертвяков до эльфов. Среди них мой сын, рядом с Паном. Напротив него — богиня Дивия, которую я видел во сне. Все присутствующие, казалось, не замечали меня, но сын вдруг воскликнул:
— Папа, ты здесь!

Мне казалось, что добрые существа — феи, ведьмы, водяные, лешие, боги и богини — не причинят мне вреда. Видимо, они знали, что я отец Вани.
Комната была наполнена природой: повсюду висели цветы, похожие на гирлянды, распустились огромные бутоны. Напротив окна стояли фонтаны со скульптурами русалок. Из кувшина, который держала одна из них, текла чистая горная вода. Мне казалось, что это живая вода.
Я забыл, что за домом скрывается враг — Болотник. Я не знал, почему он враждует с этими существами. Помню, что перед смертью баба Тоня предупредила меня в письме: не выпускать из рук книгу и не смотреть на картину с изображением Болотника. Теперь я понял, зачем ей был нужен граммофон — это был ключ в мир волшебства. Бабушка тщательно хранила его, оберегая других существ, и следила за врагами.
Болотник был опасен тем, что разрушал природу и уничтожал всё созданное. Поэтому баба Тоня с помощью заклинания затащила его в книгу. Кто выпустил его из книги? Вероятно, моя жена Настя. Она не знала, что такое граммофон. Если включить его и открыть одну из страниц, можно услышать музыку, а на странице появится изображение. Скорее всего, это был рисунок болотника.
Из-за музыки, звучавшей на граммофоне, болотник был запечатан так, чтобы страница никогда не открывалась снова. Но теперь он свободен и находится здесь. Существа волшебного мира не подозревают о его присутствии. Я даже забыл, что он здесь, поэтому даже не называю его по имени, а просто «он».
Ко мне подлетела Фиона и прошептала:
— Выпей воды! И ты увидишь, что произойдёт.

Я посмотрел на Фиону и согласился с её словами. На столе стояла деревянная чаша. Я поднял её и снова взглянул на Фиону.
— Не бойся, вода омолодит тебя и прибавит знаний.
Я ничего не ответил. Наполнил чашу до краёв водой, стекающей из ручья в кувшине русалки, и поднёс её к губам. Вода омыла меня с головы до ног. Я почувствовал себя обновлённым и понял всё, что здесь происходит. Этот мир, созданный существами, был волшебным. Они охраняли природу и берегли её. И тогда я осознал, что мой сын избран не случайно. Он станет хранителем природы и защитником всех живых существ, как когда-то моя покойная бабушка.
Фиона улыбнулась и сказала:
— Кажется, ты прозрел.

Дверь с грохотом распахнулась, и на пол рухнула сова с острым предметом, торчащим из крыльев. Мифидофия тяжело вздохнула, будто прощаясь с жизнью.
— Он здесь, среди вас, — прошептала она, теряя сознание. Птица, едва живая, упала и затихла.
Фиона подбежала к Мифидофии и быстро вытащила нож из её крыльев. Затем она достала кулон, капнула на него две капли, и рана мифической птицы мгновенно зажила. Сова встрепенулась и посмотрела на Фиону благодарным взглядом.
— Спасибо, Фиона, — произнесла она.
Все мгновенно поняли, о ком идёт речь. Среди них оказался Болотник, принявший облик одного из них.


Глава 3

Опасный враг среди нас
1



Все вокруг запаниковали. Существа переглядывались, пытаясь понять, кто из них друг, а кто враг. Они боялись, что среди них могут оказаться не те, за кого себя выдают. Хозяин леса поднял руку и сказал:
— Не бойтесь, мои волшебные существа. Болотник-черт не способен притвориться добрым. Его сердце злое, и оно не может заменить доброе. Зло разрушает само себя, как бы ни старалось скрыть свою сущность. Важно защитить наше наследие — мальчика, которого нам завещала праведница.
Лесной бог Пан нежно коснулся плеча мальчика и сказал:
— Не бойся, дитя. Мы тебя защитим.
Вокруг Вани засиял свет, и я понял, что он в надежных руках. Рядом с моими сыном присоединились триединая богиня Триада и богиня Дивия. Они встали стеной вокруг Вани, превратившись в мощный щит. Теперь болотник-черт не сможет добраться до моего сына.

Вдруг раздался скрежет зубов и тихий шёпот:
— Как тщательно вы защищаете мальчика. Отдайте его мне, и я не трону вас.
Голос был слышен, но его источник оставался неясным.
— Почему болотник требует мальчика? Лесные боги и богини ведь сильнее его? — спросил я.
— Сильнее, но мы не можем ничего сделать, — ответила богиня Дивия. — Мы под защитой твоего сына. Если отдадим его на растерзание, мы погибнем.



Я не понимал, как это возможно, и почему мой сын Ваня должен защищать их. Существа смотрели друг на друга, пытаясь распознать болотника. Этот чёрт умел превращаться в одно из них.
Фея крикнула: «Смотрите в глаза!» Все начали смотреть. Лесной бог и богиня оберегали Ваню, а я стоял в стороне, не в силах приблизиться. Богиня жестом показала, что лучше не подходить, пока не поймаем болотника.
И вдруг кто-то закричал: «Он сзади, когти выпустил на мальчика!» Это была ведьма Гринда. Она произнесла магические слова, и в её руках вспыхнуло волшебное огненное сияние. Она направила всю энергию на болотника, но тот чудом увернулся, не задев Ваню.
Бог и богиня прикоснулись к моему сыну. В тот же миг все трое превратились в деревья.
«Проклятье!» — выругался болотный чёрт.


Все слышали его, но только я видел. Он стоял и переминался с ноги на ногу, невидимый для остальных. Болотник его не замечал, сосредоточившись на том, как достать моего сына из защитного дерева. Бог и богиня укрыли Ваню своим щитом от нападения болотного черта, превратившего дерево. Внутри дерева Ваня оглядывался по сторонам, рядом с ним стояли боги.
— Не волнуйся, наш хранитель. Мы тебя защитим, — сказала богиня и щелкнула пальцами. В ее руках появился огонек, который превратился в красивый светло-зеленый цветок. Ваня улыбнулся. Богиня отвлекала его от происходящего. Болотник бился о дерево и проклинал:
— Отпустите меня! Я вас всех убью!
Вдруг Дивия заметила меня и крикнула:
— Вот он здесь!
Ведьма Гринда направила на болотника свои магические чары. Черт не успел охнуть и завопил:
— Проклятье, старая Гринда!
— Ты попался! Моя сила удержит тебя, — пригрозила Гринда.
— Теперь он точно не сбежит, — произнесла богиня Дивия.
Фея Фиона кружила в воздухе, что-то нашептывая.
— Наконец-то наше мучение закончилось, — сказала Мифидофия. Сова поправил очки, его взгляд стал сосредоточенным.
Внезапно деревья вернулись на свои места, а рядом с ними стояли лесные бог и богиня, а также их сын.
— Папа, — Ваня подбежал ко мне и крепко обнял.
Магия Гринда надежно удерживала болотника, как в ловушке.
— Теперь мы вернем его туда, откуда он пришел, — сказала богиня, протягивая мне книгу. — Только вы можете это сделать. Вы первый встретили болотника и последний заточите его, как это делала ваша покойная бабушка Тиара.
— Нет, я не хочу обратно в книгу, — завопил болотник.
— Замолчи, негодник! Ты чуть не погубил нас всех, — пригрозила ведьма, ее голос был полон гнева.
Болотник затих. Я принял книгу из рук богини.
— Ты знаешь, что делать! — сказал Пан, хозяин природы.
Я открыл книгу на той странице, где появился болотник. Вспомнил, как темная вода из болота затягивала его.
— Нет, нет, нет! — закричал болотник, но его уже засасывало в книгу. Она захлопнулась с громким щелчком и запечаталась семью печатями. Он больше никогда не выйдет. Волшебные существа радостно захлопали в ладоши и устроили праздник.
— Папа, теперь я твой повелитель. Ты знаешь, что это значит.
— Думаю, да, — улыбнулся я. Сын обнял меня и побежал к остальным. Меня тоже пригласили. Вокруг меня собрались нимфы и начали развешивать плетеные цветы.
Музыка природы звучала повсюду. Казалось, даже людоед у входа радостно танцевал. Он ведь не такой уж и страшный.

Праздник в честь лета завершился. Мы с сыном оказались дома. Никогда раньше не телепортировался — это магия ведьмы Гринда помогла нам вернуться. Жена встретила нас с расспросами: куда мы пропали, почему так долго не возвращались. Она обыскала весь сад, но нас не нашла.
— А что с граммофоном? — вспомнил я.
— Граммофоном? — переспросила Настя. — Ах да, когда я его включила, сначала играла приятная музыка, а потом послышался странный голос. Кто-то обозвал меня дурой, и граммофон замолчал.
Ваня усмехнулся.
— Что такое? — насторожилась Настя. — Что тут смешного?
— Ничего, мама.
— Что-то случилось? — спросила она у меня.
— Если расскажу, ты не поверишь. Граммофон больше не играл? — я взял её за руку и повёл в зал.
— Играл. Снова той же музыкой. И мне кажется, здесь кто-то есть.
— Ты почти угадала, но всё равно не поверишь. Помнишь, моя бабка была ведьмой?
— Да, помню. Я её боялась.
— Зря. Она хранительница природы. Ты ведь заметила, какой ухоженный сад, когда мы приехали?
— Заметила, — подтвердила Настя. — Но что ты хочешь этим сказать?
— Не понимаю.
— Наш сын стал хранителем природы и домашнего очага, — сказал я. — Это значит, что беда никогда не придет в наш дом, потому что они будут обходить его стороной.
— Это же хорошо, — удивилась Настя. — Но при чем тут наш сын?
— Наш Ваня унаследовал дар от моей бабушки, — объяснил я. — Теперь его защищают лесные существа, волшебники, нимфы и ведьмы. Лесной бог и богиня земли оберегают его. Ты понимаешь?
— Нет, это звучит как сказка, — ответила она.
Я обнял её, и в этот момент Настя заметила, что в саду летает фея Фиона и смотрит на нас.
— Смотри, вон там кто-то летает, — указала она.
Я обернулся, но никого не увидел. Но я знал, что это была Фиона.
— Ты видела фею?
— Похоже на фею! — ответила жена.
— Это была Фиона. Она следит за нами, чтобы с нами ничего не случилось. Теперь ты понимаешь, что это за дом? Как думаешь, будем его продавать? — спросил я.
— Нет, — ответила Настя. — Не будем. Я слишком привязалась к этому месту. Ты говоришь, нас защищают лесные существа? — уточнила она.
— Да, — подтвердил я.
— Значит, так и оставим. Здесь хорошо, тепло и уютно, — с улыбкой сказала жена.
Теперь моя жена знала, что в этом доме нас защищают невидимые лесные существа. Мы понимали, что Ваня, наш сын, растёт и станет хранителем домашнего очага. Раньше я не осознавал, что это значит, но теперь понимал: Ваня продолжит наш род. После его смерти он передаст эстафету следующему поколению. А вот моя природа, похоже, отдыхает...











Мобильник с того света

1

Когда наступает осень, я часто задумываюсь о своих чувствах, когда посещаю кладбище. Вы когда-нибудь задумывались о том, что вы ощущаете, находясь у могил своих близких? Для меня это место — символ умиротворения и спокойствия. Здесь нет вражды, злости, ненависти и зависти. Я чувствую только грусть и умиротворение. В воздухе витает запах ладана.
В этот день я потерял брата. Я стоял у его могилы и смотрел, как его тело опускают в последний путь. Моя мама была на грани обморока от горя. Отец стоял хмурый и смотрел на меня с такой ненавистью, будто я был виноват. Мы с братом Артёмом были на даче в лесу. Вдруг вспыхнул огонь, и дом загорелся. Я помню, как брат спас меня, вытолкнул из окна второго этажа. Я упал в сено и остался там. Брат не успел выпрыгнуть — огонь поглотил его вместе со всеми, кто был в доме. Мы сняли дачу два месяца назад. Артём настаивал, чтобы я подобрал место поближе к реке. Он хотел, чтобы мы все вместе приехали отдохнуть. Вчера, перед пожаром, он кричал: «Стас, включай музыку!» Я включал, и жизнь казалась обычной. Но потом всё рухнуло.
Пожар начался из-за неисправной розетки. Никто не ожидал, что огонь распространится так быстро. Мы были на втором этаже, когда одна девочка спустилась вниз и закричала: «Горим!». Началась паника. Огонь охватил первый этаж, и я понял, что мы в ловушке.
Дальше помню смутно, как будто в бреду. Артём подталкивал меня к окну, кричал: «Прыгай, прыгай, я тебе говорю». Это были его последние слова.

Когда я очнулся, дом уже был охвачен пламенем. Никто не выжил, кроме меня. Я стоял в ступоре, не зная, как сообщить родителям о случившемся. Отец возненавидел меня.
Артём был моим старшим братом, моим кумиром. Он учил меня боксу и многому другому. Теперь он лежал в могиле вместе с нашими друзьями. После похорон никто не проронил ни слова. Я не помню, как мы доехали до дома.
Когда я вошёл, отец набросился на меня с обвинениями. Он кричал, что я виноват в гибели брата. Я пытался оправдаться, но не смог.
— Ты убийца, — кричал он.
— Прекратите! — вмешалась мама, вставая на мою сторону. — Это не его вина. Провод был неисправен, никто не знал об этом.
— Это не оправдание, — возразил отец, пытаясь взмахнуть рукой. На стене висело старинное зеркало, которое вдруг начало шататься. Оно треснуло пополам и упало на пол. Мы все замерли от неожиданности.
— Хватит! — крикнула мать. — Вы не видите, что наш Артём не хочет, чтобы мы ругались? Слезы потекли по её щекам, и она побежала на второй этаж.
— Елена, Елена! — позвал отец.
Она не услышала. Мать рыдала от горя и боли. Наверху хлопнула дверь. Мы остались одни. Отец ничего не сказал, пошел в ванную и взял совок. Я попытался помочь. Кажется, отец успокоился.
Что это было? Неужели призрак Артёма пытался нас предостеречь, как думала мама? Я не верю в мистику и не верю, что призрак может двигать предметы.
— Уйди и не попадайся мне на глаза, — грозно сказал отец.
— Я ни в чем не виноват, папа. Я тоже пострадал, как и все остальные.
— Ты жив, а Артём мертв. Остальные ребята погибли из-за тебя, — он смотрел на меня с ненавистью и грустью.

Я ничего не сказал ему, поднялся к тебе в комнату и рухнул на кровать. День был тяжелый: похороны, поминки, слезы... Я чувствовал, что засыпаю, но не помню, как уснул. Мне приснился сон: стоял мой покойный брат и говорил:
— Не переживай, братишка. Отец не злится на тебя. Он винит себя.
Брат улыбался во весь рот и повторял:
— Ты должен жить.
Проснувшись, я услышал звонок телефона.
«Интересно, кто не спит ночью?» — подумал я, взял трубку, но никто не ответил. Я положил телефон на стол и повернулся на левый бок. Голова раскалывалась от боли и горя. Телефон снова зазвонил.
— Не буду поднимать, завтра возьму, — решил я.
Но телефон продолжал звонить, не давая мне покоя.



2


В доме царила ночная тишина. Казалось, она была вечной. Каждый раз я просыпался от шороха или тиканья часов. На стене висел улыбающийся ёжик с глазами, которые двигались туда-сюда. Мне казалось, что он смотрит на меня не так. Я снова закрыл глаза.
В комнате стало прохладно. Мороз пробирал до дрожи. День казался бесконечно длинным. После похорон брата всё изменилось. В нашей семье всё стало по-другому. Мы стали молчаливыми и погрузились в бездну. После смерти Самыгины изменились.
Когда я снова уснул, мне приснился кошмар. Я слышал крики своих друзей. Одна девушка кричала: «Пожар, пожар!» Другая кричала: «Горим!» И прыгала из окна, разбиваясь насмерть. Перед глазами всё покрылось багряной краской, похожей на кровь. Я проснулся от этого страшного сна. Я уставился в одну точку, пытаясь вспомнить, где нахожусь. Наконец понял, что я у тебя в комнате. Ёжик-часы на стене больше не смотрели в мою сторону. Тени мерцали повсюду, как будто кто-то ходил по комнатам. Я прислушался, но не услышал ни звука. «Кажется, я схожу с ума», — подумал я.
Окна медленно открылись, будто кто-то их открыл. Я обернулся и почувствовал холодный ветер. Встал с кровати, чтобы закрыть окна. В комнате сразу стало холодно. Когда я закрывал окна, по моему телу пробежали мурашки. Казалось, кто-то прошёлся мимо меня — холодный и мертвый. И вдруг снова зазвонил телефон.
«Интересно, кто звонит так поздно ночью?» — подумал я. Мобильник настойчиво звенел. «Возможно, это Саша Луков», — предположил я, подошёл к телефону и поднял трубку. На дисплее высветился чужой номер. «Нет, это точно не от Лукова», — понял я. Телефон перестал звонить, но через некоторое время снова начал. Я не выдержал и решил проверить, кто это. Поднял трубку и прислушался, не отвечая. «Алло», — услышал я голос, доносящийся как будто из другого измерения.

— Алло, алло, брат, это я, Артём! Ты меня слышишь?
Я не мог поверить, что слышу голос брата.
— Да, я тебя слышу! — по щекам потекли слёзы. — Как ты там? Это единственное, о чём я мог спросить родного погибшего брата.
— Всё отлично, братик! Рад, что ты меня слышишь. Звоню предупредить... И вдруг связь прервалась.
— Алло, алло, ты меня слышишь, брат?! — из трубки доносился только писк. Я перезвонил, но мне сообщили, что номер не существует.
Я упал на кровать. В голове роились мысли. «Кажется, я схожу с ума», — потому что точно слышал голос брата. Знакомая музыка доносилась из комнаты или откуда-то ещё. «Точно схожу с ума». Надо записаться к психологу, к Алексею Сергеевичу. Завтра запишусь. Со мной что-то не так.
Только я лёг спать, как снова зазвонил телефон. Я схватил трубку.
— Алло!
— Брат, ты слышишь меня? — раздался знакомый голос.
Это был мой брат Артём. Я начал рыдать, слёзы сами текли по щекам.
— Ты плачешь? Слышу, что ты плачешь! — удивился Артём.
— Да, ведь ты умер, — вырвалось у меня.
— Не переживай, брат. У нас всё хорошо, мы здесь тусим. Помнишь, брат? Музыка, рок. Ты слышишь, как она играет?
Я узнал эту музыку. Знакомый голос Лены Липовой. Виктор Бездный… Все они погибли в том доме на даче.
— Я слышу друзей. С ними всё в порядке? Они на меня не злятся?
— Не переживай, мы на тебя не в обиде. Я же тебя спас, помнишь? — переспросил Артём.
— Помню, — слёзы текли от радости услышать его голос, от облегчения, что с ним всё в порядке. — Мои родители обвиняют тебя в смерти.
— Они поймут, что ты ни в чём не виноват. Всё пройдёт.

Я услышал его смех в трубке, а потом раздался голос Лены.
— Привет, Стас! Это я, Лена. У нас всё хорошо. Передай моим родителям, чтобы они не так сильно переживали за меня. Ты передашь, Стас? — настойчиво попросила она.
— Да, — ответил я.
— Отлично! И ещё попроси у мамы, чтобы она подарила мне брошь с пчелкой для моей младшей сестры Тани. Пусть носит её как память обо мне. Скажи, что я буду для неё как ангел-хранитель. Хи-хи-хи. Ты запомнишь?
— Конечно, — сказал я, уловив весёлые нотки в трубке. Но тут я буркнул: — Я тоже хочу с вами.
— Нет, — строго возразил Артём. — Ты должен жить ради родителей. Помни, брат, у тебя есть определённые обязанности.
— Какие, например? — спросил я.
— Скоро узнаешь. А теперь скажи родителям, что завтра к нам придёт соседка Марфа Игоревна Голикова. Завтра ночью её убьют. Предупреди её, чтобы она хорошо закрыла дверь. А лучше пусть уезжает из дома к сыну.
— Как я сообщу? Мне никто не поверит.
— Поверить! — строго сказал Артём. — И перестань плакать, ты же мужчина. — Затем его голос смягчился: — Ты передашь, что я сказал?
— Конечно, брат.
— Спокойной ночи! Я скучаю по тебе, по родителям. Такова наша жизнь. До встречи, братик.
— Спокойной ночи, — успел сказать я, прежде чем телефон снова зазвонил. На улице с открытого окна перестал дуть холодный ветер, становилось теплее и теплее...
Я лёг спать и проспал до утра. Не помню, когда спал так хорошо. И всё же, благодаря брату, я был уверен: всё будет хорошо.



3


Мама и папа сидели за столом, когда я вошёл. Они молча посмотрели на меня.
— Доброе утро! — сказал я.
— Доброе, — ответила мама.
— Что тут доброго! — возразил отец.
Мама подала мне свежеприготовленную яичницу с беконом, салат и кофе с молоком. В доме царила напряжённая атмосфера — вчера мы похоронили брата.
— Сегодня ночью мне звонил брат. Он пытался предупредить, что ночью умрёт Марта Игоревна.
— Что ты несёшь! — воскликнула мама и резко встала из-за стола. Тарелки с едой упали на пол.
— Видишь, всё из-за твоих слов, — обвинил меня отец. — После них люди гибнут.

Я пытался оправдаться, но не успел ничего объяснить.
— Папа, это правда. Брат звонил не только предупредить. Он сказал, что Марфа Игоревна может умереть не своей смертью. Вор или маньяк, я так и не понял, кто именно, может проникнуть в её дом. Лучше пусть она уедет на время, чтобы спасти свою жизнь.
— В свою комнату! — рявкнул отец. — Марш в свою комнату, или я за тебя не отвечаю!
Он схватил кухонный нож и угрожающе двинулся ко мне. Я не успел опомниться, как мать заслонила меня собой.
— Андрей, остановись! Ты не должен этого делать. Мы потеряем тебя, как уже потеряли одного сына. Ты этого хочешь?
Отец посмотрел на мать, потом на меня. В его глазах мелькнуло осознание. Он молча отдал ей нож, и она быстро убрала его подальше.
— Сынок, иди к себе, — тихо сказала она. — Пожалуйста, не зли отца. Ты же знаешь, что это был всего лишь сон.

Мама, я серьезно, — пытался донести до нее свою решимость. Артём обещал позвонить снова ночью. Лена Мякишева попросила передать родителям, чтобы они передали Тане, ее младшей сестре, брошь и кулон. Пусть носит память о сестре. Родители услышали о гибели Мякишева, застыли, и по их глазам было видно, что они хотят мне верить, но сделали вид, что не верят.
— Я не виноват, что Артем скинул меня со второго этажа, чтобы спасти. Я не виноват, — и я выбежал из кухни.
— Сынок! — крикнул отец.
Пытался удержать, как будто отец понял, что ошибался.
Я был далеко от дома и шел к психологу. Мне нужно было с кем-то поговорить и поделиться, иначе я мог сойти с ума. Не помню, как добрался до улицы Проспект Металлургии. Квартира Алексея Сергеевича Елисеева находилась в центре. Алексей Сергеевич — отличный психолог и профессор, который занимается еще и парапсихологией. В России эта область не так популярна, как в Америке, откуда и пришла традиция парапсихологии. Хотя в то время ее долго не признавали, у нас она адаптировалась в начале девяностых. Сейчас у Алексея Сергеевича есть институт исследований, он работает и преподает и в университете по психологии, и в области парапсихологии, и проводит достаточно убедительные исследования. Возможно, когда-нибудь он откроет уфологию и другие полезные науки для нашего народа. Сейчас я шел к нему на прием, надеясь, что рано утром никого не будет. И оказался прав.



4


Утро принесло мне пользу. Я вышел из дома, не сказав родителям, куда направляюсь. Зачем? Они считают меня сумасшедшим, и пусть думают так и дальше. Вчера я четко слышал по смартфону его голос. Я достал телефон из холщовой сумки, проверил записи звонков, но номера не было. Точно помню, что при жизни у него был номер с четырьмя цифрами: 6676. Я положил телефон обратно в сумку и через базар вышел на детскую площадку, где жил Алексей Сергеевич. Мне нужно с ним поговорить. Возможно, он даст мне какие-то советы, может, мои видения были не случайны. Я вошел во двор и поднялся на второй этаж. Постучал, и услышал тихие шаги по паркету. Он не спросил «кто там».



Дверь открылась передо мной. Алексей Сергеевич — высокий, худощавый мужчина около пятидесяти лет — стоял на пороге. Его тонкие очки слегка косили. Он был женат, но жена с ребенком уехали на Бали, а он остался на лето, чтобы подзаработать. Летом у него больше клиентов, чем зимой.
— А, это ты, Стас? — Он распахнул дверь и жестом пригласил меня войти. — Ну, заходи!
Алексей Сергеевич сразу начал задавать вопросы. Видимо, он почувствовал, что у меня что-то серьезное. Обычно он не спрашивал так много.
— Что случилось, так рано ко мне на прием? — повторил он.
— Мне нужно с вами поговорить! — ответил я.
— Проходите ко мне в кабинет, там обсудим. Вижу, с вами действительно что-то произошло. — Хочу выразить соболезнования тебе и твоим родителям в связи со смертью Артема.
— Спасибо! — поблагодарил я.


Он усадил меня на кушетку и, как обычно, взял ручку и блокнот, чтобы записать, когда мне прийти на следующий прием.
— Вы не только психолог, но и парапсихолог, верно? — спросил я.
Он взглянул на меня с легкой усмешкой и сказал:
— Вижу, что-то паранормальное случилось, раз ты заговорил о моей второй профессии. Рассказывай, что на этот раз.
Я рассказал ему всё, что знал за последние три дня: и про смартфон, и про звонок. Показал ему свой телефон:
— Видите, был номер, а теперь его нет.
Артем обещал перезвонить мне сегодня вечером. Но прежде он сказал, что сегодня убьют Марфу Игоревну прямо в её квартире. Вор проникнет туда и убьет несчастную женщину.
— Может, тебе просто приснилось? — с сомнением спросил Алексей Сергеевич.
— И вы туда же, — я встал, решив уйти.
— Подождите, вы куда? Я вам помогу. Знаю, как это сделать. Но для этого нужно поговорить с родителями.
— Тогда ждем вечера! — твердо ответил я.
Он посмотрел на меня, отбросив все сомнения. Наконец-то кто-то ему поверил. Как он решит — его дело. В конце концов, он парапсихолог. Наверняка у него есть свои методы.




*****

Вечер подкрался незаметно. После визита к психологу я успел поговорить с родителями. Он убедил их, что я говорю правду, ведь они верят только профессионалам, но не мне. По пути домой встретил Марфу Игоревну. Она возвращалась из магазина с двумя тяжелыми пакетами.
— Позвольте помочь? — предложил я.
— Спасибо! — ответила она, передавая пакеты. Мы вошли в дом. Старушка провела меня на кухню, я поставил пакеты на пол. Я не знал, как сказать ей о предстоящем.
— Спасибо, Стас. Не хотите чаю? — предложила она.
— Да, пожалуй, — согласился я, надеясь, что во время чаепития смогу ей всё объяснить. Мы сидели за столом минут десять.
— Как ваши родители? — спросила Марфа Игоревна. — Примите мои соболезнования.
— Спасибо! — сказал я с грустью.
— Да, был у тебя отличный старший брат, — Бабака перекрестилась и сделала глоток чая с лимоном.
— Марфа Игоревна!
— Да, Стас!
— Я понимаю, что это звучит глупо и пугающе, но... — начал я, пытаясь ей всё объяснить.
— Говори прямо, не тяни, — перебила она.
— Я узнал от призрака, что сегодня ночью вас могут убить. Кто-то может проникнуть в ваш дом и задушить вас.
— У тебя слишком бурная фантазия. Кому я, старая женщина, нужна? — она допила чай, быстро проводила меня до двери и закрыла её.
«Вот и поговорили», — подумал я. Похоже, Бабака мне не поверила. И, как оказалось, зря.


Сегодня ночью кто-то проник в дом Голикова. Пожилая женщина была немного глуховата и не услышала предупреждения о грозящей опасности.
В её комнату вошёл мужчина в чёрном костюме. Марта Игоревна пила чай с любимым заварным пирожным. Незваный гость держал в руках верёвку и уверенно накинул её на шею женщины, начав душить.
От страха Марта Игоревна выронила пирожное. Её рот заполнился пеной, а затем и кровью. Губная помада размазалась, глаза выпучились от ужаса. Она успела лишь взглянуть на своего мучителя, прежде чем потеряла сознание.
Женщина пыталась дотянуться до шеи душителя своими слабыми руками, но не успела произнести ни слова.

— Заткнись, старая карга! Сдохни, сдохни же наконец, тварь болотная! — Душитель смотрел на пожилую женщину с такой ненавистью, что в его глазах читалась жажда смерти.
Страх отразился в глазах старушки, когда она поняла, что её ждёт мучительная и позорная смерть. Марта Игоревна никогда не думала, что в старости встретит такой конец. Её тело обмякло. Душитель поднял упавшее пирожное и положил его на тарелку. Он сел в кресло рядом с мёртвой женщиной и начал переключать каналы на телевизоре. Марта Игоревна лежала неподвижно, её рот был открыт, а изо рта текла алая кровь. Перед смертью из неё вышла моча, и на ковре образовалась лужа. Позже душитель вышел из комнаты так же тихо, как и вошёл.



*****

Ночью я снова не мог уснуть, ожидая звонка от брата Артёма. Алексей Сергеевич дал нам камеру и прослушку, чтобы улавливать призраков. Он обещал прийти сегодня, но после установки оборудования так и не появился. Я ждал.
Незаметно для себя я уснул, но около полуночи проснулся от звука дребезжащего смартфона. Это звонил не брат, а покойная соседка по дому, Марфа Игоревна. В ту ночь никто не мог предположить, что напротив нашего дома произошло убийство.
Ночь казалась бесконечной. Я проснулся от звонка смартфона. Спирит-бокс запиликал — значит, призрак был рядом. Вдруг тихо приоткрылось окно, и в комнату подул холодный ветер. Телефон снова зазвонил, а спирит-бокс показывал присутствие призрака.
Я встал, обулся и подошёл к смартфону. Взял трубку:
— Алло! — ответил я.
В трубке была тишина.
— Артём, это ты? — спросил я, но в ответ ничего не услышал.
Я выключил смартфон и положил его на стол. Но тут же он снова зазвонил. Я посмотрел на незнакомый номер — он был совсем другим.
— Алло!
— Стас, ты слышишь? — голос был старческий, с хрипотцой.
Это была Марфа Игоревна.
— Спасите, помогите! Меня убили, задушили... — связь оборвалась.
Я снова набрал номер. Мне ответили, что такого номера не существует. «Призрак рядом, между мирами», — я посмотрел на спирит-бокс. Он продолжал мигать и набирать обороты.
Телефон снова зазвонил. Я схватил его.
— Стас, почему ты не отвечаешь?!
Это был Артём. Я думал, что снова звонит Марфа Игоревна, но на этот раз это был не её голос.
— Ты брат?
— Марфа Игоревна умерла сегодня ночью, ты знал? — спросил он.
— Да, мне только что позвонила. Хотела что-то сказать, но не успела.
— А ты знаешь, кто её убил?
— Нет, — ответил я честно.
— Это Володя, внук. Из-за наследства.
— Вова? Почему ты так думаешь? Глупо спрашивать у призрака, который знает и видит всё, что происходит на земле.
— Удивительно, что ты спрашиваешь об этом. Я ведь призрак, а у тебя есть знакомый парапсихолог — Алексей Сергеевич. Почему же он не пришёл? Он должен был быть здесь.
— Не знаю. Он дал мне спирит-бокс.
— Ясно, — задумчиво сказал Артём. — Скоро полиция найдёт мёртвую соседку и арестует Володю.
— Почему он так разозлился? Ведь всё равно наследство достанется ему.
— Перед смертью бабушка пригрозила, что всё перепишет на другого внука. Вот Вова и разозлился, чтобы ничего не досталось другим наследникам.
— Очень странно, ведь всё равно бы досталось ему.
— Завтра Антон Васильевич попадёт под машину в обед.
— Антон Васильевич Растегаев? Юрист по недвижимости?
— Да, — ответил Артём. — Если успеешь его предупредить, он избежит смерти.
— Но как я могу это сделать?
— Завтра утром зайди к нему в контору и расскажи всё, что знаешь. Постарайся, чтобы он не подумал, что ты сумасшедший.
— Вот в чём и проблема — из меня делают идиота.
— Пока, брат. Завтра позвоню!
— Пока!


Звонок прекратился, и номер исчез. «Спирит бокс» перестал мигать. Я забрался на кровать и попытался заснуть. Через тридцать пять минут «Спирит бокс» снова замигал, и зазвонил телефон. Я взял трубку.
— Стас, Стас, почему ты не хочешь со мной разговаривать? Не трогай моего внука, он ни в чём не виноват, — услышал я голос Марфы Игоревны.
Она пыталась защитить внука, оправдывая его проступки. Я не стал её слушать, выключил телефон и отвернулся на другой бок, чтобы заснуть.



5



Рано утром я быстро позавтракал и вышел в коридор. Нужно было как можно скорее предупредить Антона Васильевича. За нашим домом уже стояла патрульная машина, подъехала скорая, а соседи собрались вокруг. Я увидел, как Марфу Игоревну выносят под черным мешком на катафалк и загружают в машину скорой помощи.
— Господи, что происходит? — взволнованно спросила мама, глядя в окно.
— Говорят, соседку убили ночью. Но кто это мог быть? — отец отложил утреннюю газету и подошел к окну, наблюдая, как Марфу Игоревну несут в черном мешке и загружают в скорую.
— Вова убил! — выпалил я.
Мама и папа молча уставились на меня.
— Кто тебе сказал? — нахмурился отец.
— Артём. Я же вам говорил, но вы не поверили, — напомнил я.
— Давно он к тебе ходит? — уточнила мама.
— С тех пор как похоронили. В тот же вечер он пришел. Помните, зеркало тогда треснуло?
Родители продолжали слушать.
— Вот это и был он, — закончил я.
Я направился к выходу, но мама меня остановила.
— Подожди, там патрульная машина. Подождем, пока они уедут.
— Мама, мне пора, нужно кое-кого увидеть. — Я быстро вышел во двор и направился в центр города. Там я зашел в офис Антона Васильевича. Мне сказали, что он только что вышел. Мне указали на кафе через дорогу, где он часто обедает. Я побежал туда, в кафе «Ваш завтрак».
Я успел вовремя. Антон Васильевич переходил дорогу на зеленый свет. Навстречу ехал КамАЗ. В этот момент Антон Васильевич шел через белую полосу, слушая музыку в наушниках.
— Антон Васильевич, берегитесь, фура! — Он не услышал меня. Я подбежал к нему и изо всех сил оттолкнул его с дороги. В этот момент фура начала мигать всеми огнями. К счастью, мы остались живы. Антон Васильевич пришел в себя, словно из транса, и не сразу понял, что произошло.
— Мальчик, ты меня спас!
— Фух, слава богу! — выдохнул я, помогая Антону Васильевичу подняться.
— Ты меня спас! — повторил он. Зеваки вокруг молча аплодировали. На другой стороне дороги стоял Алексей Сергеевич, мой психолог. Он всё видел.
Позже Антон Васильевич пригласил меня в свой офис.
— Стас, скажи мне, откуда ты узнал, что я мог попасть под фуру? — неожиданно спросил он.
— Антон Васильевич, вы всё равно не поверите. Но благодаря предупреждению моего покойного брата я успел вас спасти.
— Хочешь сказать, что это был призрак?
— Можно и так сказать.



Вечером родители узнали о моём добром поступке. Они окружили меня заботой и начали расспрашивать подробности. Мне пришлось промолчать, потому что в нашем доме находился мой психолог. Думаю, он всё рассказал им.
Также я узнал, что Володю, внука Марфы Игоревны, поймали в тот же день, когда он пытался сесть на самолёт. Перед вылетом он не успел скрыться. Сейчас его допрашивают.
Алексей Сергеевич подошёл ко мне и попросил поучаствовать в эксперименте. Уже второй раз что-то странное происходит на второй день после смерти моего брата.
— Думаю, пора положить этому конец, — сказал он.
Я согласился.
Вечером мы собрались в моей комнате. Родители наконец-то поверили и решили участвовать в психологическом эксперименте «Орбит», как называл его Алексей Сергеевич. Сначала я не понимал, что это за эксперимент. Оказалось, он действительно напоминает орбиту — что-то вроде плоской планеты, похожей на наш телевизор. Через неё будет передаваться голос и, возможно, можно будет увидеть призрака.
— А не проще было использовать метод «Швайберу»? — спросил отец, глядя на психолога. — Этот плоский «орбит» меня немного пугает.
— Нет, это устаревшая версия. Это новая версия по моему методу «Дахилову», — ответил психолог.
— Ну, это всё и объясняется, — сказала мама.
Алексей Сергеевич установил шарообразный прибор с проводами, подключил спиритический бокс, и на плоском экране тут же замигали огоньки.
— Имейте в виду, призраки ко мне приходят не круглосуточно, а только ночью и в определенные часы, — предупредил он психолога.
— Знаю, не буду рассказывать.
Отец вышел и сказал мне: «Если начнется что-то интересное, позовите».
— Не обязательно всем присутствовать, мы пойдем спать. Если что, я лягу у вас внизу в гостиной. Как только что-то произойдет, сразу сообщу.
— Располагайтесь, Алексей Сергеевич, мы с Андреем Андреевичем только рады. Пойдем за постельным бельем для нашего гостя.
Мама ушла к себе.
— Какая у тебя вежливая мама, Елена Витальевна! — сказал психолог. Я ничего не ответил.



Уже полночь, все разошлись по комнатам. Мне пришлось остаться среди аппаратуры психолога. Он посвятил свою жизнь изучению паранормальных явлений.
И вот началось. Снова самопроизвольно открылось окно, хотя я его всегда запираю. Подул ветер, заработал спирит-бокс. Вдруг я услышал голос призрака. Звук шёл через самодельный плоский «Орбит» Алексея Сергеевича Дахилова.
— Стас, просыпайся, ты слышишь меня? Это Артём, — прошептал голос.
Я открыл глаза и увидел на экране телефона Артёма. Он выглядел так же, как раньше. За его спиной танцевали ребята под музыку. Артём смотрел на меня и снова прошептал:
— Стас, это Артём.
Как это возможно? Я не понимал.
— Ну вот, теперь ты видишь меня, — Артём улыбнулся и, как обычно, по-хулигански махнул рукой.
Я с удивлением рассматривал старшего брата. Казалось, что всё, что было за пределом мира, не произошло. Я видел профиль брата, за его спиной Лену и Василия Петрова. Они выглядели живыми. Василий помахал мне, и Лена тоже. Я, как дурак, поднял правую руку, будто дрессированная обезьяна.
— Что с тобой, брат? Ты удивлён, что видишь нас живыми? Мы не причиняем вреда.
— Похоже, твой брат шокирован, — сказала Лена, подходя и обнимая его за плечи. Она улыбалась.
В этот момент вошёл Алексей Сергеевич. Он замер, не веря своим глазам или, возможно, своему изобретению. Духи за пределом были видны чётко, как на экране.
— Боже праведник! Сработало! — обрадовался психолог.
— Господи! — возмутился я. Закатил глаза и сделал вид, что ничего интересного.
— Это психолог, — заметил Артём. — Ребята, вы только посмотрите, кто к нам пришёл.
Алексей Сергеевич подошёл ближе и спросил Артёма:
— Почему вы пришли к Стасу?
— Это вопрос? — удивилась Лена.
— К чему это? — в свою очередь спросил Василий.
Психолог, изучая экран, начал что-то понимать.
— Я вижу, ты доверился психологам. Но знаешь, брат, скоро ты останешься один. Ты должен жить. Я так скучаю по нашим родителям. Где они? Я хочу их увидеть, — Артём пытался разглядеть что-то на экране.
— Ты не заберёшь моих родителей, — твёрдо ответил я.
— Наших! — поправил Артём. — Завтра они погибнут в автокатастрофе. Ведь психолог должен был погибнуть вместе с родителями, — Артём хитро посмотрел на Алексея Сергеевича. Психолог, ошеломлённый, отошёл от экрана.
— Ты боишься меня? — в голосе Артёма появились грубые, неприятные нотки.
В этот момент в комнату ворвалась мама.
— Боже мой! — мама замерла. — Сынок!
— Мамочка! — Артём мгновенно сменил выражение лица на милое. — Мне так страшно, помоги, пожалуйста, мамочка.
— Сыночек, дорогой.
— Елена Анатольевна, не подходите ближе. Психолог не разрешил ей приблизиться к предмету и велел мне отойти. Это не Артём. Это демон или что-то ещё хуже.
— Замолчи, психотерапевт, — крикнула Лена. — Замолчи, иначе мы тебя убьём.
В это время папа стоял у двери, не решаясь войти.
— Папа, а папа, ты что там стоишь? Заходи, с сыном поздоровайся, — Артём словно кого-то высматривал.
Все были в шоке, включая отца. Он понимал, что от мёртвых ничего не скроешь.
— Я здесь, сынок. Привет!
— И это всё? — возмущённо спросил Артём. — Где вежливость?
Он повернулся ко мне с угрозой.
— Теперь ты останешься один.
Вдруг изображение на экране начало меняться. Артём превратился в монстра, лицо Лены исказилось, даже погибшие стали похожи на мертвецов. Их глаза горели огоньками, и из экрана начал выходить белый туман, напоминающий дым сигары. Искры летали повсюду.
Психолог схватил предмет с задней стенки экрана и ударил им об пол. Оборудование перестало работать, и призраки исчезли.
— На сегодня хватит, — гордо сказал психолог.
Отец и мать прижались друг к другу, не в силах вымолвить ни слова.
— Что это было? — наконец спросил отец.
— Это были злые духи, или они стали демонами, — сказал психолог. — Завтра оставайтесь дома. Я знаю, как избавиться от них.
— Что ты имеешь в виду? — спросил я.
— Поговорим об этом завтра. А сейчас ложись спать.
Я решил не спать в своей комнате и перебрался в гостиную. Там я и уснул. Психолог вернулся к себе, а родители тревожно разошлись по спальням. Завтра Алексей Сергеевич расскажет, как справиться с этими существами.

6



Не знаю, что задумал Алексей Сергеевич, но на следующий день мы поехали в загородный дом, где недавно сгорел наш дом. На улице было пасмурно, и дождь начал капать. Психолог сразу выбежал из машины и направился к обгоревшему дому.
— Что мы ищем? — спросил я.
— Вещь, напоминающую о твоем брате, — ответил он.
— Зачем это нужно? Что даст эта вещь? И как она должна выглядеть? — поинтересовался я, пытаясь понять, что от меня хотят.
— Это может быть что угодно: кулон, кольцо или другие личные вещи твоего брата, — сказал психолог.
Я начал вспоминать, и капли дождя стали падать всё чаще. В тот день тоже шел дождь. Я вспомнил, как Артём передал мне значок «Битлджус». Тогда я не знал, что это будет иметь значение. Значок всегда был со мной, даже когда я выползал из огня. Это был его подарок, и его последние слова были: «Сохрани память обо мне». Я начал обшаривать карманы и нашел значок на футболке. Всё это время он был со мной.
— Вот, думаю, это то, что ты ищешь, — я протянул ему значок брата.
Он схватил значок, как голодный пёс, и замер в нерешительности.
— Точно, это вещи брата, — сказал я.
— Не читай, что там написано. Уже почти месяц прошёл, и это точно его личные вещи. Он передал их мне перед смертью. Что ты собираешься с ними сделать?
— Сжечь. Личные вещи нужно сжечь, чтобы призрак исчез.
— Но ты же говорил, что это демон или чёрные сущности.
— Ошибся. Это призрак, застрявший между мирами живых и мёртвых. Они там мучаются, но, кажется, у них всё хорошо. Я вижу, что они страдали.
— Как? — спросил я.
— Всё просто. В том мире, куда попал твой брат, смерть оказалась напрасной. Они попали в временную петлю, и каждый раз умирают.
— Но это же ужасно!
— Да, это страшно. Поэтому тот, кто последним умер, должен завершить трансформацию параллельного дифференциального мира.



Я понял и побежал за спичками и бумагой. Они были в бардачке машины. В этот момент начался ливень. Я чуть не упал в лужу, пока бежал. Открыв дверцу, я нашел то, что нужно: бумагу и спичку. В бардачке валялись разные мелочи: пачки презервативов, обрывки эротических журналов.
«Психолог, похоже, тот еще шалун», — подумал я, взял спички и бумагу, но решил, что зажигалка будет лучше. Спички я положил обратно в бардачок. Я попытался выйти из машины, но дверь захлопнулась. Щелкнул замок, и я оказался в ловушке. Я кричал и пытался открыть дверь, но никто не слышал меня. Из машины начал выходить угарный газ. Вдруг из колонок донеслась музыка, и я услышал знакомый голос:
— Брат, прости, мы не хотим уходить из реального мира.
— Ты зря на нас покусился, — добавила Лена.
— Теперь ждем тебя, — с ухмылкой сказал Василий.

«Я не позволю вам так шутить!» – я со всей силы ударил ногой по лобовому стеклу, и оно треснуло. «Отлично», – подумал я, выбираясь из машины. В этот момент из магнитолы появилась туманная рука и потянулась ко мне. Обернувшись, я увидел призрачный белый силуэт, напоминающий руку. Скрипучим голосом он прошептал:
– Ну куда же ты, брат? Разве ты не обещал мне хранить память о мне?
– Шёл бы ты, – я дёрнул ногой, и рука исчезла. Быстро направился к психологу, чтобы как можно скорее снять значок «Битлджуса». Но на пути возникла наша соседка, преграждая дорогу.
– Стас, даже не пытайся. Твой брат прав: нам нравится жить среди людей. Позволь мне отомстить внуку. Он лишил меня жизни!
– Простите меня, Марфа Игоревна. Но вы уже стары. Примите мои соболезнования. Вы сами воспитали внука, который вас задушил.
– Черта с два, ты что, не понял?! Я говорю тебе: мы, призраки, не хотим уходить в вечность. Мы хотим жить среди людей.
– Чтобы пугать каждый год на святках?
– Отличный вариант, мне это нравится! – улыбнулась мертвенно-бледная старушка с полупрозрачным телом.
Вдруг в её сторону что-то ударило, и она растворилась. Это был психолог.
– Что стоишь? – резко сказал он. – Быстрее!
Я подбежал, отдал зажигалку и бумаги. Психолог положил Артемин значок «Битлджус», немного соли (откуда она у него, я даже не спросил) и завернул всё это в бумагу. Затем он поджёг её. Сначала бумага задымилась, а потом вспыхнуло пламя. Психолог бросил свёрток в то место, где недавно был пожар. Значок начал трескаться, и откуда-то из леса донёсся страшный вой, похожий на волчий. Затем поднялся ветер, и вой усилился.
– Не оглядывайтесь, – предупредил психолог. – Они появятся сзади. Только не оглядывайтесь!
Я кивнул и продолжал смотреть, как горит значок моего брата. Внезапно сзади появились призраки: Артём, Лена, Василий, Марфа Игоревна и другие ребята, с которыми мы когда-то дружили. Казалось, они прощались с нами.
— Обернись, брат, последний раз. Прошу тебя, пока мой значок не погас. Попрощайся со мной навсегда.
— Не оборачивайся, — строго сказал психолог. — Они найдут любую лазейку, чтобы остаться здесь, на земле. Пусть уходят. Повторяй за мной: «Прах к праху, мертвый к мертвым, живой к живым. Идите к зову света, к вечному свету». Повторяй.
— Нет, — крикнула Марфа Игоревна. — Стас, не говори это. Заклинаю тебя, не произноси.
— Стас, обернись, — умоляла Лена.
Меня так тянуло к ним, так жаль их стало. Но я всё же повторил слова психолога:
— Прах к праху, мертвый к мертвым, живой к живым. Идите к зову света, к вечному свету.
Когда я произнёс последние слова, стало слышно, как они кричат и верещат. Они сопротивлялись, не хотели уходить из нашего мира. И вдруг всё прекратилось. Раз и навсегда.



Дождь закончился, и солнце выглянуло, чтобы осветить мир. Когда всё завершилось, от значка не осталось следа.
— Это всё? — спросил я у Алексея Сергеевича.
— Да, это конец, — ответил он с улыбкой.
Сев в разбитую машину, Алексей Сергеевич первым заметил треснувшее лобовое стекло.
— Что за...
— Прости меня, призраки пытались меня остановить, — извинялся я.
— Ладно, потом заеду в мастерскую. Придется платить за ремонт машины. Они здорово её повредили.
Машина тронулась. Через полчаса мы были дома. Родители узнали подробности и перестали переживать.
Прошло несколько месяцев, и в нашей семье наконец-то воцарился покой. Отец брал меня на рыбалку, мама пекла яблочные пироги. Казалось, всё плохое осталось позади.
Однажды ночью мне снова приснился брат Артём. Он выглядел иначе, смотрел на меня с нежностью и тихо произнёс два слова:
— Спасибо тебе, братик!
Он исчез из сна навсегда. Почти двадцать лет прошло. У меня уже была семья, дети. Мы переехали в другой город и купили два загородных дома — для себя и родителей. Её родители не хотели уезжать из Рязани, поэтому мы поселились рядом. Я работал, жена тоже. А родители и дети всегда были рядом. Не нужно было никуда ездить, потому что родители заботились о внуках.
Всё это время брат не появлялся. Думаю, мы встретимся после смерти.



























Темный рыцарь

Первая ночь

1

Что может быть лучше, чем путешествовать и наслаждаться жизнью, ведя блог о паранормальных явлениях?
Я создал свой блог два года назад. Тогда у меня не было ни копейки в кармане, мне было почти тридцать лет, и я был безработным. Я не мог найти работу по профессии журналиста в нашем городе. Денег не хватало даже на оплату квартиры. Иногда мне казалось, что единственный выход — это взять верёвку и мыло, чтобы наконец увидеть конец тоннеля. Слава богу, до этого дело не дошло. Меня спасла моя девушка. Она не позволила мне сделать роковой шаг. Юлия предложила создать что-то интересное — мистический канал. Это должно было привлечь зрителей и выглядеть правдоподобно.
После её слов я решил запустить канал «Мистификация». В нём я рассказывал о паранормальных явлениях, демонах и злых духах. На последние деньги я купил оборудование и сел в свою старую «Ладу». Я начал ездить по заброшенным местам, создавая иллюзию, что в этих домах обитают призраки или злые духи. После монтажа я выкладывал видео, и вскоре набрал больше десяти миллионов просмотров и пять миллионов подписчиков. Благодаря этому каналу я стал популярным и продолжил свои поездки по заброшкам, снимая липовых призраков.
Однажды один из подписчиков рассказал мне о чёрном рыцаре. Я решил проверить, существует ли он на самом деле. И вот, оказалось, что это правда. За городом Царицын есть заброшенная усадьба, которая когда-то принадлежала одному барину. После революции там был пансионат для престарелых, но потом закрылся. В старых газетах даже сохранились заголовки, где мелко было написано о пострадавшей пожилой женщине, которая рассказывала о встрече с тёмным рыцарем.

В то время никто не верил в мистику. После перестройки об этом забыли, затем дом перешёл в собственность, его выкупили. В особняке жила одна семья, но при странных обстоятельствах они исчезли, не прожив и месяца. Личные вещи хозяев остались в доме, а самих их нигде не было.
Следующей семьёй, которая решила поселиться в этом доме, тоже овладел страх. Они постоянно говорили о злобном тёмном рыцаре. Очевидно, дух сильно напугал их. После этого дом выставили на продажу.
Всё это было описано в газете, даже были опубликованы фотографии. Когда я внимательно посмотрел на них, то заметил, что это чёрно-белые снимки старого особняка, окружённого заросшими кустарниками. Ничего не осталось от того, что было раньше.
Я сообщил подписчикам, что занимаюсь исследованием этого особняка и хочу выяснить, есть ли там злой дух или чёрный рыцарь. Подписчики обрадовались, ведь они знали, что скоро я выложу новое видео под названием «Особняк тёмного рыцаря».


2


В середине осени, когда сентябрьское бабье лето только начиналось, я ехал на своей новой «Ладе» последней модели. Благодаря популярности блога, мне больше не нужно работать, и я могу путешествовать, когда захочу. Мою новую машину я купил благодаря поддержке подписчиков и, конечно, благодаря своей девушке.
За два года я стал довольно известным блогером, и меня узнавали даже на улицах. В машине было тепло и светло, и это было идеальное время для поездки. Но на этот раз я ехал не отдыхать, а работать — я направлялся в «особняк Тёмный рыцарь». Хотя этот дом не имел отношения к моей деятельности, я чувствовал, что его окутывает какая-то зловещая аура. Возможно, это был просто злой дух, привязанный к этому месту. Я узнал, что первый владелец нашего дома вызвал злого духа — Тёмного рыцаря. Тот не назвал своего имени, но предложил жуткую сделку: в обмен на души всех членов семьи он обещал богатый урожай. Семья решилась на сделку, чтобы спастись от голода в неурожайный год. Хотя это было против их воли, они согласились. Тёмный рыцарь сказал, что придёт за ними только в преклонном возрасте. Но он обманул их. Каждый год в доме собирали щедрый урожай — томаты, огурцы, кабачки. Однако через два года Тёмный рыцарь вернулся. Он забрал хозяина дома, затем хозяйку и их сыновей. Так исчезла вся семья.
Эту историю я нашёл в старинных книгах в библиотеке. С тех пор дом стал известен как «Особняк Тёмного рыцаря». Вокруг него начали ходить страшные легенды. Я включил видео, начал рассказывать о себе, куда направляюсь, и запустил прямой эфир с подписчиками. Во время моего путешествия к особняку Темного рыцаря зрители могли участвовать в приключении. Я сообщил им новость, и они сразу же начали писать: «Будь осторожен и не контактируй с мертвыми». Эта поговорка гласит: «Предупрежден — значит вооружен». Чтобы усилить эффект, я включил мистическую музыку, которая вызывала страх у зрителей. Во время поездки я успевал наслаждаться видами: бабье лето и прекрасная осенняя погода — не часто такое можно увидеть в нашем городе.
«Дорогие зрители, мы подъезжаем к особняку Добрякова», — объявил я, направив камеру на двухэтажный купеческий особняк, который выглядел так же, как на фотографии в газете. Рядом с домом стояла баня и что-то похожее на сарай. Дом находился вдали от ворот, и нам еще предстояло въехать туда. Я подъехал к воротам, но они были заперты. Наступил вечер, и я оказался в небольшом городке Камышинского района. Участок барина Добрякова располагался за городом, и, чтобы добраться до особняка, нужно было его объехать.
Подъехав к дому, я вышел из машины и направился к особняку. Внезапно почувствовал странное ощущение тревоги и страха, как описывала одна пожилая женщина. Оно было настолько сильным, что захотелось бежать без оглядки.
Я начал снимать видео для подписчиков, установив штатив и включив камеру. Солнце уже садилось за горизонт, становилось прохладнее. «Нужно успеть вытащить всё оборудование до захода солнца», — подумал я.
За час я вытащил камеру, ноутбук и вошёл в дом. Сразу стало ясно, что здесь давно никто не живёт. В большой комнате, вероятно, когда-то находилась гостиная. Рядом стоял камин и диван. Я сел поудобнее и начал расставлять камеры по углам дома, чердаку, коридору, кухне и даже на улице. Последними взял доску Уиджи, освещённый мел и книгу вызова — всё необходимое для работы.



3


Закат растворился за горизонтом. На улице незаметно сгустился мрак, окутав город тенями ночи. Среди блестящих звёзд на небосклоне светила луна, заливая мягким светом мой дом. Эта картина создавала ощущение мистической атмосферы.
Я включил камеры и сообщил зрителям, что скоро выпущу новое видео. Утром, после монтажа, я загрузил его на платформу. Сам же отправился в дом, чтобы создать иллюзию присутствия чего-то необычного.
Я прекрасно знал, что это всего лишь байки. Кто поверит, что здесь обитает злой дух по имени Тёмный рыцарь? Никто. Дом действительно старинный, с барским столом, картинами и камином. За два года я привык приезжать сюда один, создавая иллюзию о существовании призрака или демона. Но за это время я не встретил ни одного призрака или намёка на что-то необычное в заброшенных домах. Всё это лишь выдумки людей.

Люди верят в призраков, чтобы справиться с тревогой и почувствовать себя частью чего-то мистического. Расставляя реквизиты для спектакля, я даже нашел настоящий шлем и копье — чтобы зрители поверили, что в доме обитает зловещий призрак. Но я и представить не мог, что ночью столкнусь с настоящим злом, которое обитает в этом заброшенном особняке уже почти двести лет.
Вспомните начало. В библиотеке я нашел записи о барине Феликсе Добрякове. В тот вечер вся семья собралась возле магического круга. В центре круга лежал мертвый черный петух — знак вызова из потустороннего мира. Кровь петуха вокруг круга служила защитой от злого духа.
Тогда время было призвано темной силой, известной как темный рыцарь. Он явился к барину в доспехах, верхом на черных конях. Рыцарь постучал в дверь. Младший сын закричал:
— Он здесь! Смотри, он стоит в нашем саду!
Хозяин с женой выглянули в окна и увидели настоящего темного рыцаря.
«Господи, помилуй!» — воскликнула хозяйка и начала креститься. Вдруг её руку свело от боли, пальцы загорелись, она вскрикнула и потушила их рушником. На пальцах остались ожоги. Хозяин и хозяйка поняли, что не стоит молиться другому богу, когда он уже здесь.
Перед ними стоял человек в чёрном, с копьём или мечом в руках, в шляпе на голове. Его глаза светились, как огоньки. Барин пошёл ему навстречу, отступившись от бога-творца. За это его и всю его семью наказали. Мало того, крестьяне тоже пострадали. Всё село оказалось во власти тёмной сущности.
Барин поклонился и попросил помочь собрать урожай. Но в тот год пшеница почти вся пропала. Крестьяне работали до вечера, но всё было без толку. Через год тёмная сущность вернулась за хозяином, а ещё через год — за хозяйкой.
О том, что произошло, пошла дурная слава. Крестьяне пытались сбежать из участка, но их настигала мучительная смерть. Никто оттуда не вернулся живым.
Крестьяне не участвовали в заговоре и не были виноваты в том, что принадлежали хозяевам. Их печальная участь закончилась трагически.


Вечером, когда я всё записал, развесил по углам тайные тряпки в форме призрака тёмного рыцаря, поставил на стол доску Уиджи и настроил магнитный датчик так, чтобы указатель двигался сам. Всё было готово, но только начался вечер, как я услышал странный звук за окном — будто кто-то ходил по полю. Звук прекратился.
—Показалось, — подумал я и продолжил готовиться к съёмкам. В помещении было светло благодаря светодиодным фонарям, которые освещали комнаты, коридор и даже чердак. Через двадцать минут раздался вой и скрежет, как будто кто-то открывал окно. Я испугался не на шутку и обернулся. За окном никого не было. Звуки снова прекратились.
—Здесь кто-нибудь есть? — спросил я, думая, что это кто-то из деревни. Тишина. —Выходите, иначе получите взбучку.
В другой комнате что-то бряцало, как будто кто-то уронил кастрюли. Я отложил включённую камеру и фотоаппарат и пошёл туда. На полу лежала кастрюля, рядом с тем местом, где когда-то был персидский ковёр. Теперь от ковра остались только дырки от моли и следы сырости. Сзади меня внезапно вспыхнул фотоаппарат. Пш-пш-пш. Кто-то фотографировал. Я снова побежал назад. На полу лежал мой профессиональный фотоаппарат, мгновенно создающий пленки. Четыре готовых снимка валялись рядом. Я поднял их и заметил тень. Кто-то стоял позади меня. Человек в шляпе. Его фигура была видна на всех фотографиях. На каждом снимке тень в шляпе медленно приближалась ко мне. Я обернулся и понял: здесь кто-то есть.
«Но это невозможно», — подумал я. «Невероятно». Я посмотрел на камеру. Она записывала происходящее. Это хорошо. Я решил провести ритуал вызова духа. Я долго готовился к этому. На столе уже лежала доска уйджи. Она была стандартного размера и красно-коричневого цвета. Я взял мел и начертил вокруг себя круг, создавая защиту.
Сидел напротив окна. Занавесок уже не было, только оборванная тюль. Начал вызывать духа темного рыцаря, произнося слова древнего заклинания.

Темный рыцарь, ты здесь? Ответь на доске. Тишина. Указатель не двигался, камера смотрела на меня. Я знал, что это всего лишь плод моего воображения, и решил продолжить придуманный сценарий. Проверил под доской магнит и датчик. Всё было на месте. Начал водить магнитом через датчик, и указатель задвигался. Отлично, всё шло по плану. Но вдруг он показал «Да!».
— Ответь, темный рыцарь, почему ты столько лет живешь в этом доме? — спросил я, заранее подготовив ответ. Прошлый хозяин заключил со мной сделку. Я начал писать на доске, но вдруг сбился с мысли. Может, это всё из-за магнитного инструмента? Утром попробую починить.
— Ты хочешь знать правду, Фелис? — голос прозвучал тихо, но уверенно. Дух имел в виду хозяина этого дома.
Я не ожидал такого ответа. Думал, что всё это из-за моего изобретения. Решил продолжить игру, считая, что со мной разговаривал злой дух.
— Темный рыцарь, если ты здесь, скажи, почему ты не уходишь из этого дома? Кто тебя держит?
Указатель внезапно остановился, а затем медленно начал двигаться и что-то писать.
— Я пришел, чтобы встретиться с тобой, и вот, наконец, мы столкнулись.
После этих слов я почувствовал, как по спине пробежала дрожь. Я убрал руки с указателя, и он начал двигаться сам по себе, выводя слова.
— Боишься? Кажется, ты начинаешь понимать, во что ввязался.
Указатель остановился. Я не мог прийти в себя от ужаса и тревоги. Огляделся, но никого не увидел. Подумал, что это всё лишь плод моего воображения. Подошел к указателю, но он начал отдаляться и двигаться сам по себе, выводя новые слова.
— Ты думал, что меня не существует? — раздался голос темного духа. — Теперь ты убедился?
Я поднялся со стула и попытался выйти за пределы круга, но неожиданно оказался в ловушке. Не видел ничего вокруг, какая-то невидимая сила крепко схватила меня за ногу и прижала до хруста костей. Боль была невыносимой. На доске появились слова:
— Попался.

Я вырвался из плена, и тут указатель на доске начал быстро двигаться, громко стучать и слегка подрагивать. Мне стало не по себе, ведь здесь действительно был темный рыцарь. Когда я пришел в себя, указатель остановился. Полной серьезно спросил у духа:
— Как ты выглядишь и почему привязан к этому дому?
Указатель молчал несколько минут, а затем написал:
— Посмотри в окно! Там твой ответ!
Я поднял глаза и увидел темную фигуру в шляпе, такую же, как на фотографиях. Он смотрел прямо на меня. Я был ошеломлен, не зная, что делать, ведь не ожидал, что в этом особняке обитает настоящий темный дух. Я не был готов к встрече и не знал, как ему противостоять. У меня были только освещенный мел и книга для забавы.
«Господи, спаси и сохрани!» — единственное, что я смог сказать в тот момент. Внезапно столы начали прыгать по комнатам, люстры звенели, камин вспыхнул без причины. Казалось, я попал в фильм ужасов. И действительно, кто-то дёргал мою камеру, передвигая её по комнатам с помощью штатива. Полы трещали, люстры качались, хрустальные подвески дребезжали.
«О Боге вспомнил?!» — с насмешкой произнёс тёмный рыцарь, тень которого стояла у края моего круга. В руках он держал тёмный меч, и вокруг него извивались клубы дыма.
Я испугался. Схватил книгу и начал искать заклинание или молитву. Единственная мысль была: «Нужно бежать из этого дома». Не успел я произнести ни слова, как доска Уиджи выскочила за пределы круга. Стрелка начала хаотично двигаться по поверхности. Жуткое зрелище. Тёмный рыцарь, видимо, решил меня запугать.
Наконец я нашёл то, что искал: «Заклинание на тёмные сущности». Это было что-то вроде молитвы. Я начал читать, и, кажется, тишина начала стихать. Но это не означало, что он ушёл. Мои мысли были сосредоточены на одном: как можно скорее выбежать из этого дома вместе с камерой, которую я записывал для своего канала.
Тишина была настолько плотной, что становилось страшно. Я тихо закрыл книгу и быстро пересёк черту круга. Помню, как схватил камеру. Это было важно для меня. Но не успел я сделать и шага, как услышал рёв:
— Куда ты собрался? Я с тобой ещё не закончил.
Выбежал из дома барина, когда рассвет только начал окрашивать небо. Обернулся у входной двери, и она с грохотом захлопнулась, словно по команде. Замок щелкнул, и я услышал неприятный голос, доносящийся откуда-то из глубины земли:
— На сегодня достаточно. Жду тебя сегодня ночью. Ты придешь ко мне. — И смех, зловещий и мерзкий, оборвался.
Солнце поднялось около семи часов, как я и ожидал. В сентябре световой день стал короче почти на час. Я вернулся в машину, включил ноутбук и просмотрел снятое видео. Обратил внимание, что днем за мной следовала тень. Этот зловещий кто-то словно ждал меня. Даже полароидный фотоаппарат работал с какой-то мистической силой.
Смонтировал видео, оставив самое важное, и загрузил его на свою страницу. Не прошло и часа, как появилось множество подписчиков с вопросами.



Вторая ночь

1


После той ночи я не знал, как действовать дальше. Меня охватило беспокойство, я чувствовал себя неуверенно. Увиденное казалось реальным, и я поделился этим с подписчиками. Многие из них утверждали, что это настоящий тёмный рыцарь. Они советовали мне уехать из этого места. Но что-то удерживало меня. Некая сила не давала мне уйти. Я хотел разгадать тайну этого особняка и понять, почему тёмный рыцарь связан с ним.
Я вспомнил дневник Добрякова, где говорилось, что хозяин призвал тёмного рыцаря для сохранения и увеличения урожая, обещая свою жизнь. Однако сделка обернулась обманом. Тёмный рыцарь забрал всю семью и даже крестьян, которые не участвовали в заговоре.

По закону вселенной темный рыцарь должен был уйти, но он до сих пор здесь. Почему он не покинул меня после выполнения миссии? Я долго не мог решиться на этот вопрос. Позже я рассказал подписчикам (записал короткое видео), что собираюсь повторить попытку ночью, чтобы обезопасить себя от темного рыцаря.
Вспомнил, что месяц назад мне звонил друг-колдун и предупреждал о черном рыцаре. Тогда я отнесся к этому скептически, но на этот раз старина оказался прав. Моего друга зовут Николай Вет (это его псевдоним, а на самом деле он Николай Веткин). Я набрал его номер, и он был дома.
— Привет, старина, — сказал я. — Ты оказался прав, я попал под влияние темного рыцаря.
— Привет! — ответил он. — Как ты?
— Я под влиянием зла. Как мне избавиться от него?
Из телефона доносится легкий смешок друга. Он продолжает:
— Ты пользовался книгой, которую я тебе давал? У тебя есть освященный мел, свечи и все необходимое в мешке? Там есть инструкции, святая вода. Не забудь воспользоваться всем этим. Старайся не попадать в круг, иначе ослабишь защиту. Помни, все это — предосторожности. Главное — не поднимай голову в сторону призрака и не отвечай на его вопросы. Задавай вопросы сам, чтобы он отвечал на твои. Ты меня понял?
— Да, понял, что нужно делать.
— Будь осторожен, друг. Не отвечай на его вопросы. Иначе потеряешь силы во время ритуала защиты.


После разговора с другом настало время действовать. Уже обед, скоро ночь. Сегодня стемнеет чуть больше чем на час. Надо подготовиться, как обычно. Я пообщался с подписчиками, включил видео в прямом эфире, чтобы они могли следить за мной. Снова расставил камеры. После той ночи, видимо, темному рыцарю не понравилось присутствие камер и другого оборудования.
Наконец всё готово. Осталось дождаться ночи. Я вернулся в комнату, где уже был начерчен круг свечей. В центре стоял небольшой стол с книгой и доской для спиритических сеансов «Уиджи». На столе также была святая вода в прозрачном флаконе, напоминающем ведьминские зелья. На флаконе красовалась трилистник — символ удачи. Это всё, что я подготовил. Пора готовиться к встрече с темным рыцарем. Весь день подписчики писали мне, переживали за меня. Я поблагодарил их за поддержку. Меня тронуло, что миллион человек переживает за меня. Все пишут, обсуждают новости.
Первое видео я назвал «Охота на тёмного рыцаря». Второе — «Страшная ночь с тёмными рыцарями». А теперь выходит третья часть — «Последняя ночь с тёмными рыцарями». Это будет длинная ночь. Выдержу ли я её? Никто не знает.
Осенний день подходит к концу. Наступает ночь. Солнце скрывается за горизонтом, словно желает мне удачи. Злобная ночь накрывает мир своими тёмными покрывалами. Стало темнее, чем прошлой ночью.


2


Наступила вторая ночь, и я оказался внутри круга. Всё было готово, и я знал, что сейчас произойдёт. Возможно, это всего лишь плод моего воображения. Но Коля был прав: сначала нужно обезопасить себя. После вчерашнего мне было не по себе, и возвращаться туда не хотелось. До сих пор мурашки по коже от воспоминаний о том, что я пережил прошлой ночью. Но ради лайков, просмотров и моих подписчиков я готов на многое. Я Макс Морозов, бесстрашный блогер. Я не боюсь зла — вот кто я.

Я встал в круг, очерченный на полу. На столе была доска для спиритических сеансов, все необходимое уже было подготовлено: святая вода в колбах, свечи. Кроме свечей, комнату освещали прожекторы и светодиодные лампы, которые я подготовил заранее. Теперь я был готов.
Вдруг я вспомнил, что камера может быть включена. Мне не хотелось лишний раз вставать и привлекать внимание темного духа. Я помнил вчерашнее ощущение холодных рук, которые обжигали мою кожу. До сих пор на правой ноге подтекала кровь и не хотела заживать. Я подошел к камере на штативе, убедился, что она работает и спирит-бокс готов. Вдруг в углу мелькнула черная тень. Я замер, затаил дыхание. «Только бы успеть до круга!» — пронеслось в голове. Мысли сменяли друг друга, как кадры в кино. Я бросился к кругу и услышал странный хлопок, будто кто-то не успел меня догнать. В этом мире все было иначе.
Спирит-бокс ожил и начал говорить низким, томным голосом. Затем он сменился другим, более высоким и пронзительным.
— Ты прииишел, я вииижу тееебя… — протянул противный голос.
— Кто ты? Почему вчера пытался схватить меня за ногу? Что тебе нужно?
— О, ты задаешь слишком много вопросов. Я хочу, чтобы ты остался со мной. Помоги мне.
— Помочь тебе? Как?
— Я в заточении, только ты можешь мне помочь. Ты поможешь?
— Не знаю. Ты же злой дух.

Вдруг дух замолчал. Не знал, с чего начать, ведь нужно было задать ему вопрос. И решился:
— Темный рыцарь, ты здесь?
Тишина. Дух не отвечал.
— Если ты здесь, подай знак. Подвинь указатель на доске.
И тут доска медленно сдвинулась, и появилось слово: «да».
— Если ты здесь, то почему не покидаешь этот дом? Кто тебя заточил?
Внезапно камера начала двигаться. Затем заработал спирит-бокс, и из него донесся невнятный голос.
— Меня преследует чёрный дух. Помогите! — раздался призрачный голос в комнате.
Я уже запутался, что это было. Камера снова затрещала, хотя запись предназначалась для телезрителей. Я понимал, что здесь ничего не добьюсь от тёмного рыцаря. Ему нужен я, и ничего больше. Я вспомнил историю, в которой тёмный дух тоже скрыл правду. Когда духи выходят из преисподней или их вызывают оттуда, они редко возвращаются обратно. Они остаются в человеческом мире, и им здесь нравится. Поэтому они поселяются в определённых местах, где их привязали во время вызова. Так произошло и с тёмным рыцарем. Он не хочет уходить. Он хочет заполучить человеческую душу и продолжать заманивать людей к себе.
Не зря в тысяча девятьсот семьдесят первом году в этом пансионате произошёл несчастный случай. Пожилая дама видела тёмного рыцаря и разговаривала с ним. Никто ей не поверил, и тогда она решила заключить сделку, чтобы её подруги поверили. Тёмный рыцарь согласился, и после этого случая весь пансионат исчез, как будто его никогда не было. В один момент все, включая персонал, исчезли. Это был не первый такой случай. Второй произошёл в 1996 году, когда в стране царила разруха. Тогда пансионат купили богатые люди, и с ними случилось то же самое, что и с предыдущими владельцами. Я понял, что с тёмными рыцарями лучше не соглашаться, иначе они исчезнут вместе с остальными.


3


Коля Вет говорил о заклятии против духа. Я молча открыл книгу и начал читать первую строку. Брызгая святую воду по кругу, я заметил, что за чертой круга от капель появлялись огоньки, которые быстро гасли, а затем возникал дым. Я понял, что демон рядом и не собирается меня отпускать.
Несмотря на то, что каждый раз, когда я распылял святую воду, от пола отскакивали искры, в комнате царила тишина. Камера продолжала запись, и я чувствовал себя небезопасно. Читая записи, которые дал мне Коля Вет, я всё больше ощущал, как тишина в комнате медленно убивает меня, как яд.
Ничего не происходило, пока я не дошёл до середины текста. Вдруг сзади раздался грохот. Я отвлёкся, обернулся и увидел, что в комнате никого нет. Я продолжил читать заклинание изгнания чёрного рыцаря, когда внезапно услышал женский голос. Он был таким быстрым, что я чуть не подскочил.
— Максим, — позвала меня женщина из другой комнаты.

На улице светилась луна. Её серебристый, холодный свет, переливаясь, падал на круг, очерчивая тень тёмной сущности. Я заметил, что тёмный рыцарь уже стоял рядом и наблюдал за мной.
Когда я пригляделся, передо мной был воин в доспехах. Его броня пылала тёмными огнями и казалась чёрной. На голове был шлем с рогами. В руках он держал меч. Глаза рыцаря горели красным с зелёными оттенками, а зрачки, как у кошки, внимательно смотрели мне в душу.
Я испугался. Тёмный рыцарь изучал меня, но не мог перейти черту круга.
— Пусти меня, и я не трону тебя, — сказал он.
— Уходи из этого дома. Иди туда, откуда пришёл, — начал я читать заклятие.
Тёмный рыцарь явно почувствовал дискомфорт.
— Не пытайся меня обмануть, Максим. У тебя ничего не выйдет. Я здесь пустил корни, дом теперь мой.
Я понял, что изгнать его невозможно, но всё же решил попробовать. Внезапно рыцарь исчез, и по дому разнёсся странный шум. Кто-то ходил, топал ногами. Наверху хлопнула дверь, звякнула кастрюля. Через некоторое время всё стихло. Я снова начал читать заклятие. Я был уверен, что тёмный рыцарь попал на видео.
Вдруг в углу я заметил статую в виде амура. Она повернулась ко мне, и мне показалось, что у неё появилась ухмылка. Статуя держала стрелу, направленную прямо на меня. Я не отводил взгляд, но как только отвернулся, она приблизилась ко мне на сантиметр. Я снова повернулся к ней, и статуя изменила позу. Каждый раз, когда я отворачивался, она становилась всё ближе. Я с ужасом смотрел на статую Амура, а он, ухмыляясь, — на меня. Внезапно его лицо изменилось, глаза вспыхнули, и статуя ожила. Это был кошмар: она взлетела в воздух и закружилась вокруг меня, пытаясь прорваться сквозь защитный круг. Амур достал лук и начал стрелять, но стрелы исчезали, не долетая до меня. Он издал безумный вопль и принялся биться о круг, стараясь вырваться.
Я продолжал читать заклинание, и вдруг статуя с яростным криком ринулась к полу, ударилась и исчезла. Воцарилась тишина. Мне бы поспать, но до рассвета оставалось всего три часа. Как только рассветёт, я уйду отсюда и больше никогда не вернусь.
В час ночи, когда тёмные силы выползают из своих укрытий, чтобы бродить по кладбищу в поисках жертвы, я продолжал читать заклинание. Вдруг заработал спиритический бокс, и оттуда донеслись неразборчивые слова и призывы о помощи. Тёмный рыцарь пытался заманить меня в ловушку, но я пока держался.
«Покинь это место и больше не возвращайся», — я брызгал святой водой по периметру, и дом начал трястись. Темный рыцарь спускался по лестнице, направляясь ко мне. Дверь открылась, и он стоял передо мной. Его глаза горели еще злее. Камера на улице потухла, потом снова вспыхнула — он был в ярости. Мне ничего не оставалось, как продолжить читать. Вдруг посреди комнаты открылась воронка. Из нее вырвались смерть, ужас и пламя. Воронка расширялась, как дверь у входа. Темный рыцарь пытался прорваться сквозь нее, и ему удалось. Я вижу его руку с костлявыми пальцами, обожженную и приближающуюся ко мне. Я чувствую, как он схватил меня за руку и обжег. От боли и отчаяния я закричал.
— Попался, наконец, — с торжеством произнёс тёмный рыцарь. Вдруг появилась вторая рука, а затем я увидел его лицо. Он был похож на монстра из самых страшных кошмаров: скрюченные рожки на голове, как у барана, и ужасающая гримаса. От отчаяния я не знал, как загнать его обратно в ад. Схватил святую воду и записи, ударил по голове монстра. Святая вода попала ему прямо в лицо. Он заверещал, круг, в который он был заключён, засветился, как нимб, и с треском разорвался. Меня отбросило в сторону. Кажется, я умер и попал прямо в ад. Весь этот кошмар происходил за час до рассвета, я не помню, как оказался здесь.


4


Рассвело. Тёмного рыцаря рядом не было. Я чувствовал, что в доме стало пусто, исчезли холод и страх. Вокруг царила тишина.
Я пришёл в себя, проверил, что камера работает, выключил её, снял штатив и направился к выходу. На улице светило яркое солнце. Ночью прошёл лёгкий мороз. Вчера, вероятно, был дождь, но я этого не заметил. Я шёл по мокрой траве, покрытой росой.
Подойдя к машине, я открыл дверь и достал холодильник. Из него я достал бутерброд и заварил кофе с помощью устройства для приготовления в дороге. Всё было подключено к зарядному устройству, которое можно использовать и в машине. Я выпил кофе и начал просматривать видео.
К моему удивлению, на записи был запечатлён тёмный рыцарь. Я перемотал видео до момента, когда он повернулся к камере и пошёл навстречу. На его маске были изображены греческие мифологические символы, на голове виднелись рожки, а через маску светились красные огоньки, направленные прямо на камеру. Было видно, как он тянется к камере.
Я быстро перемотал дальше, и остальное видео было таким же, как я видел прошлой ночью.
«Подписчики не поверят», — мелькнуло у меня в голове. И я оказался прав. Когда я опубликовал видео, никто не поверил, что это настоящий темный рыцарь.
После завтрака я снова решил зайти в дом. Осторожно приблизившись, я вошел внутрь, все еще думая, что он там. Я был уверен, что он наблюдает за мной. Но все оказалось напрасно. Я отправил его туда, откуда он вернулся, и он провел в усадьбе барина Феликса Добрякова столько лет. Всё вокруг было пропитано отрицательной энергией. Но здесь и сейчас, стоя посреди комнаты, я ничего не ощущал, будто его и не было вовсе. Мне ничего не оставалось, кроме как собрать вещи, оборудование и отправиться домой.
Прошло несколько недель с момента публикации нового видео об «особняке тёмного рыцаря». Я также выпустил второе видео — «проклятие дома Добряковых». Многие подписчики долго обсуждали эти темы, но никто не понял, что на первом видео был настоящий тёмный рыцарь, а не подделка. Они считали, что это всего лишь удачный видеомонтаж, но я-то знал, что это не так.
Теперь я никогда не буду сомневаться в существовании потустороннего мира. Он есть, и они повсюду, всегда рядом с нами, просто мы их не видим. Они среди нас, могут стоять за вашей спиной и смотреть на вас. Обернитесь, и вы увидите их бесстрашный взгляд. Тогда вы поймёте, что не стоит шутить с тёмными силами.






























Интеллектуал


1

Нас было трое, мы бродили по лесу и защищались от злобных троллей. Уже третий раунд, а нас осталось всего трое из шести. Мы — геймеры, обожаем остросюжетные игры. Но мы не могли и представить, что окажемся в игре наяву.
Всё началось с того, что мой друг Ваня Гурин принёс новую игру — «Интеллектуал», или «Древний Утопии», как её ещё называли. Название так себе, но игра была интересная. Когда мы начали играть, то даже не подозревали, что окажемся в виртуальном мире.
Меня зовут Костя Дмитриев, с нами были Полина Ржевская, Сергей Босоногин (вечно с соплями), Ваня Гурин, Дима Петров и Саша Деревянкин. Мы были настоящей бандой геймеров. И вот мы оказались в каком-то ритуальном мире. Сначала было весело и забавно, но потом начался первый раунд борьбы с Орком. В этом раунде погиб Ваня Гурин — тот самый, кто принёс игру. На него напал Орк и обезглавил его. Мы поняли, что нас ждёт нечто подобное. После победы в первом раунде, когда мы уничтожили короля орков по имени Ринджа, один из нас исчез. Мы перешли ко второму раунду.
Нас ждали тяжёлые испытания. Мы оказались в замке-бродилки, где столкнулись с гоблинами, мертвяками, домовыми и водяными. Во втором раунде мы встретили болотного монстра Болотника. Дима Петров попал в его ловушку и погиб.
На третьем раунде мы оказались в тёмном лесу, где нас атаковали лесные монстры, орки и тролли. В конце третьего раунда мы столкнулись с королевой Полудницей, от рук которой погиб Саша Деревякин.
Наконец, начался четвёртый раунд. Мы плыли по морю. На пути нам встретился корабль-призрак с пиратом Чёрного Борода.
— Чёрт, корабль-призрак, пират Чёрного Борода! — воскликнул Сергей Босоногин, глядя в бинокль.

Полина взяла у Сергея бинокль и посмотрела в сторону.
— Так это и есть капитан Черная Борода, — сказала она. — Нам предстоит сражаться с ним до победного конца.
Я взглянул на берег и увидел, что к нему движется не только корабль, но и что-то ещё. Похоже, это были русалки, сидящие на скале недалеко от нас.
«Та ещё тварь», — подумал я. Эти существа могли заманить любого путника в ловушку с помощью своей песни и красоты. Когда человек поддавался их влиянию, русалки пожирали его.
Готовьтесь к бою. Пираты вооружены шпагами, а не современным оружием. Похоже, в этом мире всё по-другому. Это нарушает классические представления.



2


Океан бушевал. Волны вздымались до четырех метров. Прилив снова ударил форштевень, на котором была изображена морская дева, молящаяся о пощаде. Пираты приближались, их флаг развевался на ветру. Штормы не давали им прохода, и это, казалось, было нашим спасением — время, чтобы они не добрались до нас.
Сирены на скалах ждали. Они ждали смерти пиратов и нас, чтобы полакомиться плотью. Полина Ржевская схватила оружие и выстрелила по пиратскому кораблю.
— Не ждите сражения, берите оружие и вперед! — крикнула она.

Сергей и я зарядили оружие и начали стрелять по противникам. Из-за их корабля доносились ругань и проклятия. Они не стали ждать, пока мы их перебьем, и открыли огонь по нам. К счастью, их выстрелы не долетали до нашего корабля. Он то приближался к пиратскому, то отдалялся. Волны не утихали, и мы понимали, что находимся в другом мире, где можем погибнуть, как это случилось с нашими друзьями в начале раунда. Наша задача — уничтожить пиратский корабль. Полина успешно сбивала пиратов, и мы слышали их ругань. Она радовалась, когда они падали за борт. Я заметил, что на корабле стоял капитан Черная Борода. Он внимательно изучал нас. «Что он делает?» — подумал я. Внезапно Черная Борода спустился по палубе.
Сергей Босоногин выстрелил по пушке. Раздался взрыв, и корабль начал тонуть. Огонь охватил судно, оно горело, как спичка. Сирены, почувствовав неладное, быстро спрыгнули со скалы, где отдыхали, и направились к тонущему кораблю пиратов. Они кружили вокруг судна, пока один из пиратов не заметил девушку. Она приплыла к нему с улыбкой на лице. Её золотистые волосы блестели на солнце.
Пират, заметив её, почувствовал страх. Морская дева хлопала хвостом по воде.
— Не бойся, милый! Ты мне нравишься, — сказала она.
— Правда? — не поверил пират.
— Конечно, — улыбнулась она. Её улыбка была хищной, как у рыбы, которая смотрит на свою жертву. Пират заметил, как она оскалила острые зубы. От страха он закричал, а сирена поглотила его. Она ела его плоть с удовольствием.


Мы услышали крики пиратов, взывающих о помощи. Их настигла быстрая смерть. Сирены пожирали всё живое. Крики и визги не спасли их. Вскоре всё стихло, и на поверхности океана осталась лишь кровь, которая вскоре исчезла. Корабль исчез, словно его никогда не было. Но почему же океан продолжал бушевать, если мы одержали победу?
Пока Полина и Сергей радовались, я не мог понять, почему море не успокаивается. Внезапно появился туман. Полина и Сергей замерли, заметив его. Туман окружил наш корабль. Рядом был причал, нам нужно было туда добраться. Я начал управлять кораблём, чтобы достичь суши, когда кто-то пробрался на борт. Это был капитан по кличке Чёрная Борода. Он направил на меня оружие.
— Не дёргайся, иначе я застрелю тебя, как собаку. Видишь, там внизу плавают Сирены. Я могу скормить тебя им, если ты не будешь сопротивляться.
Меня осенило: главный пират не погиб и не был съеден Сиренами. Он был жив и невредим.
— Костя! — позвала Полина, не подозревая, что мы не одни. Она вошла на палубу и открыла дверь. Обернувшись, она застыла от удивления: за мной стоял пират Черная Борода.
Полина с яростью посмотрела на Черного Бороду.
— Не смотри на меня так, — прорычал он, — иначе прикончу вашего командира. Он имел в виду меня. Хотя во время игры мы так и не смогли решить, кто будет ведущим.




3

Сценическое молчание длилось вечность. Они смотрели друг на друга: капитан Черная Борода и его пленники. Пират держал острый металлический предмет, прижимая его к почкам.
— Давай договоримся, — предложила Полина. — Ты нас не трогаешь, мы тебя отпускаем.
Она подняла руку, показывая, что безоружна. Но старого пирата не так просто обмануть. Он многое повидал и знал, что предательство — самое страшное для пиратов. Поэтому у них существовал кодекс чести: верность капитану до конца. Черная Борода улыбнулся. Его рот блеснул золотыми и гнилыми зубами. Пират не верил Полине. Он сильнее прижал острый предмет к моему боку, и я почувствовал резкую боль. Казалось, что он проколол мою одежду и кожу, и по телу потекла теплая кровь.
— Детка, — обратился Черная Борода к Полине, — ты думаешь, меня можно так легко обмануть? — Он посмотрел на меня. — А вот его я убью сразу. Как только ты выстрелишь из пушки, он умрет первым, верно? — спросил пират.
Я молча кивнул, не видя другого выхода. Пот стекал по моему лбу от боли и напряжения.
— Вот и замечательно! — прохрипел пират. — Знаешь, я лучше выпью рома, а потом продолжим наш разговор.
— Только не подавитесь, — ответила Полина.
— А ты дерзкая, — усмехнулся пират. — Мне такие нравятся. Пожалуй, оставлю тебя для самых пикантных развлечений. Как думаешь, старая пиратская душа будет довольна тобой?
Эти слова прозвучали грубо и угрожающе, но в них также сквозила странная, извращенная заинтересованность.

Полина ответила пирату с резкой неприязнью:
— Для такого извращенца, как ты, только расстрел.
— Не понимаю, о чем ты, — перебил пират. — Я уже устал втыкать этому отпрыску нож в спину. Пора его скормить Сиренам. Они уже ждут.
Пират бросил взгляд за борт. Там, в воде, извивались полуобнаженные морские девы, готовые принять новую жертву. Он поднял нож, готовясь ударить меня и сбросить за борт, к этим кровожадным существам.
Но прежде чем черная борода успела занести нож над моей спиной, раздался выстрел. Сергей Босоногин выстрелил из маузера, целясь пирату в спину. Пират не ожидал такого поворота. Его лицо исказилось, как переспелая груша, он ослабел и не смог завершить свое черное дело. Я быстро отскочил от него, а Полина, обняв меня, спросила:
— Ты в порядке?
— Да, — ответил я.

Мы оглянулись и увидели, как черный пират развернулся к стрелявшему. В его глазах читались злость и отчаяние. Он сжимал в правой руке огромный нож, который предназначался мне. Пират направился прямо к Сергею, чтобы отомстить за ранение. Сергей Босоногин не растерялся. Он ловко увернулся, схватил пирата за шиворот и швырнул к Сиренам.
Пират издал отчаянный крик:
— Не-ее-ет!
Раздался всплеск, и мы услышали, как кровожадные Сирены схватили его за волосы. Одна из них была ему знакома.
— Ну вот, Черная борода, наконец-то я тобой полакомлюсь, — произнесла она с улыбкой. — Сколько лет за тобой охотилась.
— Пощади, пожалуйста! — взмолился пират.
Сирены рассмеялись.
— Нет, дорогой, ты мой, — сказала она и впилась зубами в его лицо.
Пират закричал от боли, когда Сирена оторвала кусок плоти. Она чавкала, словно голодная собака, а по его лицу текла алая кровь.
— Девочки, — главная сирена обратилась к остальным. — Затишье перед бурей. Пируем, — скомандовала она. Сирены бросились рвать тело, и каждому достался кусок.
Полина отвернулась. Она не могла смотреть, как сирены, похожие на пираний, разрывают тело.
Туман рассеялся, и мы победили в четвертом раунде. Что ждало впереди, никто не знал. Металлическая дверь открылась, приглашая нас в пятый раунд. Мы переглянулись и по очереди вошли внутрь. Куда нас приведет этот путь? Неизвестно. Что нас ждет в пятом раунде? Выйдем ли мы из игры? Никто не знал, даже правила не давали ответа. Там было сказано пройти все испытания — семь игр. На седьмой раунд игра закончится. Победитель — сюрприз. Какой? Виртуальная игра «Интеллектуал». Без инструкций.





4

На пятом раунде мы оказались на опустошённой планете, напоминающей Сатурн. На нас надели космические костюмы, а в руках дали булайзеры — большие пушки, стреляющие электрическими лазерами. Полина, я и Сергей стояли перед табло с заданиями для прохождения этого раунда. Оказалось, нас ждут космические монстры: мозгоед, похожий на огромного слизня, который передвигается по суше с помощью щупальцев, как у осьминога; непонятные существа, напоминающие червей, которые брызжут кислотой; ящерицы в доспехах. Главный босс был похож на представителя инопланетной расы Ануннаки: голова, как у кобры, покрыта чешуёй светло-чёрного оттенка, глаза заострённые, как у кошки, а изо рта постоянно высовывается язык, как у змеи. В руках он держал копьё и был сильным противником, обученным военному делу и обладающим умом.
Следующей расой на нашем пути стали инсектоиды — обычные пришельцы, но с головой, похожей на насекомое. И, наконец, босс Сатурна — Аморфный. Его голова напоминала мозги, глаза были расширены, а изо рта высовывался язычок, как у змеи. Он был одет в плащ и корону, владел телепатией и мог перемещаться с места на место, что делало его практически неуловимым.








Полина зевнула и сказала: — Как интересно! Это всё, что мы должны знать в этом раунде?
На экране исчезли записи, нам пожелали удачи и экран погас. Мы покинули место и направились к каменным обвалам. Здесь, где когда-то бушевала магма, огонь и другие природные явления, теперь простиралась пустыня с обвалившимися камнями. Из каждого маленького вулкана поднимался дым. Позже мы узнали, что это газы, которые Сатурн выделяет для поддержания нужной температуры.
На нас были космические костюмы и булайзеры. На скафандрах, помимо стекла, в углу было небольшое окошко, похожее на экран. Если мы не видели друг друга на расстоянии, то могли переговариваться через этот экранчик и спокойно идти дальше. Так мы и делали во время похода. Это было гораздо удобнее, потому что сквозь скафандры мы почти не видели друг друга.


Перед нами раскинулась планета с горными обвалами. Повсюду текли горячие реки, а замёрзшие озёра, которых было несколько, блестели в свете тусклого солнца. Мы шли по пыльной тропинке, и частицы пыли поднимались в воздух, медленно кружились и быстро оседали на сушу.
Мы продвигались по раскалённой земле, где воздух был холодным и мерцал. Вокруг простиралась вечно мрачная планета, куда почти никогда не заглядывало солнце. Здесь, на Сатурне, из горячей суши поднимался пар, образуя облака дыма. Газы, заполнявшие планету, создавали иллюзию мерцающих звёзд. Благодаря этим газам и нашим скафандрам, мы были защищены не только от жары, но и от холода. Температура здесь опускалась ниже -200 градусов, и для человеческого тела это было смертельно. Однако для местных монстров и других существ такие условия были привычными.
Наконец, мы заметили пещеру, указанную в инструкции к игре. Нам не сообщили, как туда добраться, но мы были уверены, что найдём выход. Главное — держаться вместе. Мы посмотрели друг на друга и двинулись вперёд.
— Нужно пройти по канатному мосту, — сказал Сергей.
— Да, нам туда, — согласился я.
— Тогда вперед! — с воодушевлением добавила Полина.
Мы подошли к мосту. Оказалось, это не канатный мост, а стеклянный. Снизу была видна бездна. Если долго смотреть вниз, можно было увидеть бесконечное темное дно. Казалось, темнота засасывала нас в воронку.
— Это космическая воронка. Если долго смотреть, она может затянуть вас, — предупредил я.
— Как прикажешь, капитан! — с улыбкой ответила Полина.
Мы втроем прошли по прозрачному мосту, который вел к пещерам. Ворота на той стороне были распахнуты, словно нас ждали.
Космическая воронка начала стремительно вращаться, словно злясь, что мы не обращаем на неё внимания. Команда не оглядывалась на её угрозы. Эхо, доносящееся снизу, было неприятным и тревожным. Оно пыталось заманить нас, но мы не поддавались, зная, что если взглянем вниз, нас закружит и утянет в бездну.
Эхо гремело, как гром.
— Как противно, эта космическая бездна пытается нас заманить, — сказала Полина.
— Так и есть, — согласился Сергей.
Мы подошли к воротам, за которыми нас ждали враги — пришельцы и космические монстры. Ворота с металлическим скрипом открылись, и перед нами открылся вид на огромные коридоры и множество комнат, покрытых кристаллическими прозрачными кристаллами.




5


В пятом раунде нас ждала кристальная пещера, полная врагов. Мы шли вперед, ничего не подозревая.
— Слишком тихо для этого убежища, — сказала Полина, плюнув на кристальный пол. — Фу, как воняет! Здесь будто годами что-то гниет.
Справа на нас набросился мозгоед — бесформенное существо с щупальцами. Сергей Босоногин выстрелил из булайзера, и мозгоед оставил кровавые следы на стене. Капала зеленая жидкость.
— Какая мерзость! — сплюнул я.
Мы не успели отойти, как навстречу выскочил еще один мозгоед, затем второй, третий... Их было много.
— Черт возьми! — прорычал Сергей. — У нас не хватит энергетических стоков!
— Мы не в реальности, а в игре «Интеллектуал», — напомнила Полина. — Забыл?
— Ты права! — согласился Сергей. — Готовы?
— Готовы! — ответил я.
— И я! — уверенно сказала Полина. — Мы победим, что бы ни случилось.
Мы начали стрелять по мозгоедам. Они нападали со всех сторон, пытаясь добраться до нашего космического костюма. Нам пришлось отбиваться, стреляя по врагам. Мозгоеды разлетались в стороны, оставляя за собой лужи вонючей иссиня-чёрной крови. Они питались человеческими мозгами, и это было отвратительно.
После выполнения задания мы пошли дальше по тускло освещённому коридору. Из кристаллических стен отражались наши силуэты. Внезапно Полина заметила:
— Кажется, за нами кто-то наблюдает.
— А как же иначе, — с улыбкой ответил Сергей. — Мы в опасности. Нас всего трое, а их много. Всех не перебьёшь.
Вдруг сверху на нас полетели странные существа. Это были космические пришельцы. У них были копья, а головы напоминали саранчу. Они издавали жуткие звуки, призывая своих сородичей. Со всех сторон на нас летели инсектоиды, стреляя из своих лазерных копий. Это было ужасное зрелище.
— Прячемся, — скомандовал я.
Мы укрылись в небольшой пещере, похожей на естественную. Отсюда мы стреляли вверх. Некоторые из врагов падали и разбивались насмерть. Они напоминали летающих саранчей и издавали пронзительный звук. Позже я понял, что это не только призыв сородичей, но и попытка оглушить нас. Один из пришельцев спустился прямо на нас и выстрелил лазером. Луч проскочил по моему левому плечу, едва не задев.
— Всё в порядке? — обеспокоенно спросил Сергей.
— Вроде да, — ответил я.
Мы начали стрелять из газлайтера. Завязалась ожесточенная перестрелка. Со всех сторон раздавались звуки выстрелов и взрывов. Война между людьми и пришельцами продолжалась почти два часа. Наконец, мы добрались до предпоследнего врага. Остался только один полуживой инсексайд.
Сергей подошел к нему и внимательно посмотрел. Пришелец с насекомой головой смотрел на нас с яростью и безразличием. Он не думал о своей жизни. Сергей некоторое время наблюдал за ним, затем поднял оружие и направил газлайтер на инсексайда. Он смотрел ему в глаза и заметил, что пришелец не так уж и зол. Понял, что они тоже защищают свою территорию, даже в виртуальной игре. Сергей оставил его в живых. Убрал оружие и сказал: «Сам сдохнешь своей смертью». Затем повернулся к нам и пошел обратно. Впереди нас ждал длинный коридор, который вел к главному боссу. Нужно было победить, пройти испытание и перейти к шестому раунду. Дверь открылась, и мы оказались в помещении, где царил морской бриз. Стены переливались разноцветными сапфирами, как звездная пыль. Между комнатами виднелась бездна, куда можно было упасть при неосторожности. Если не держаться за цепи, время и пространство теряли значение, и можно было исчезнуть навсегда.
В центре комнаты сидел босс Ануннак. Он встал и направился к нам.
— Вы погибнете от моих рук! — заявил он.
— Посмотрим, — ответил я.
Мы начали стрелять, но Ануннак ловко перемещался, как в компьютерной игре, только в реальности. Он постоянно ускользал, и чтобы его победить, нужно было попасть в него несколько раз. Но это было непросто. Ануннак несколько раз ранил меня, и когда я пытался его застать врасплох, он понял мои планы и снова исчез, перемещаясь со скоростью света.

Ануннак угрожающе произнес:
— Вы все умрете, даю слово!
Начались новые атаки. Наконец, он задел Сергея, который закричал, как саранча, издав противный трескучий звук. Ануннак ловко увернулся и нанес удар Сергею прямо в грудь. Босс схватил Сергея и потащил в бездну. Сергей пытался вырваться, но мешал космический костюм. Ануннак был доволен, ведь теперь погибнут не один, а двое. Они вместе упали в бездну, где простиралась бесконечность. Я не успел схватить Сергея за руку, и он исчез вместе с Ануннаком, исчезнув в месте, откуда не возвращаются. Полина вскрикнула от ужаса.
— Сережа, Сережа! — кричала она, пытаясь добраться до края бездны. Я схватил ее за талию и дал понять, что Сергея уже нет.
Вдруг открылся новый портал, предвещая последний раунд, или, возможно, предпоследний. Полина повернулась ко мне.
— А что, если мы тоже погибнем в следующем раунде? Я не хочу умирать.
— У нас нет выбора. Мы должны следовать правилам игры и пройти до конца.

Мы переглянулись, чувствуя неловкость от того, что нас ждет впереди. Переступив грань, мы снова оказались в космическом пространстве, но не на Сатурне, а на другой планете, где всегда туман и падают звезды, так что от их блеска слезятся глаза. На экране появилось сообщение: «Поздравляем с победой! Добро пожаловать в мир теней, где нет границ между мирами. Здесь могут появиться любые существа, с которыми вы сталкивались в начале раунда, даже черная борода и тролли Мух».
— Тролли? Мы же их в первом раунде уничтожили! — возмутилась Полина.

Табло продолжало вещать роботизированным голосом: «Внимание! В этом мире теней всё иллюзорно. Вы можете увидеть то, чего не существовало ранее. Здесь вы встретите и своих мёртвых друзей, и врагов. Задача проста, но требует логики и хитрости. Главное — научиться справляться со страхом и риском. Если вы не сможете контролировать свой страх, вас ждёт мучительная смерть».
Табло замолчало, не пожелав удачи. Перед нами открылась ещё одна дверь, и мы увидели мир теней, где всё менялось с головокружительной скоростью.




6


Мы сняли космические костюмы и надели военную форму. В руках у нас были булайзеры, а за спиной — ножи. Мы шли по планете, которая постоянно менялась. Здесь всё было ненастоящим, мир казался странным и непонятным. Это место было ещё более загадочным и пугающим, чем предыдущее. Мы с Полиной не знали, чего ожидать от этого странного мира.
По пути мы начали встречать существ, с которыми уже сталкивались раньше: троллей, огненных магов и других фольклорных созданий. Мы с Полиной едва успевали отбиваться от них. Наша цель — добраться до башни, где находится последний и самый загадочный уровень. Мы не знаем, что нас ждёт впереди, но готовы к любым испытаниям.

Мир теней казался нереальным, почти эфемерным. Мы шли по широкой металлической дороге, а в небе сияли огромные планеты. Их было множество. Вокруг стояли необычные космические деревья. Они не походили на земные. Деревья напоминали сухие палки с воздушными шариками вместо листвы. Внутри шариков светились зелёные листочки, похожие на кленовые. Они освещали дорогу, создавая ощущение, что всё вокруг живое.
Когда я подошёл ближе, стало ясно, что листочки ненастоящие, просто декорации. Но как же красиво!
— Почему деревья выглядят живыми, хотя они искусственные? — спросила Полина, оглядываясь по сторонам.
— Потому что они тоже живые, но по-своему. У них нет человеческого разума. Всё, что создано искусственно, они ещё не освоили.
— Тогда что будет, если мы приспособимся?
— Тогда конец человечества. Нас заменят роботы, а живые растения — искусственные.
Мы шли к башням, напоминающим скалистый город. Туман и искусственные деревца со светящимися кленами в шарах не отвлекали нас. Когда мы приблизились, на пути возникли кланы космических монстров, похожих на мозгоедов, но крупнее. Они не пускали нас, требуя уйти. Мы не стали ждать приказа и бросились в бой. Чудовища сражались неплохо, хотя их было всего пятеро. Мы с Полиной быстро победили, оставив от них лишь воспоминания. Мы вошли через ворота и оказались в тёмном коридоре. Искусственный полумрак освещал мрачные холлы и комнаты, напоминающие владения графа Дракулы.
— Чувствуется, что здесь живут вампиры, — прошептала Полина, глядя на готические картины. — Они как будто наблюдают за нами.
Она пренебрежительно смотрела на картины, словно они могли её видеть.
— Кажется, за нами наблюдают, — прошептал я.
— Здесь нет монстров или пришельцев, — сказала Полина, разглядывая картину. На ней был изображен пожилой граф с седыми волосами и шляпой-пером. Создавалось впечатление, что он смотрит прямо на нас, а потом быстро отводит взгляд.
— Откуда такие мысли? — удивилась Полина, стараясь не показывать, что заметила что-то странное. Она знала: призракам и другим существам нельзя показывать, что их заметили.
Мы прошли в другую комнату, и тут произошло нечто странное. Картины ожили: они зашептались и задвигались. Из одной из них вышел высокий худощавый призрак в тёмном плаще и направился за нами.


Мы вошли в просторную комнату, но там не было ни призраков, ни монстров. Лишь готические элементы декора и пустота. Ничего, что могло бы нас насторожить, даже гробы. Всё выглядело так, будто специально прятали от нас. Полина шла вперёд, чувствуя нарастающую тревогу.
— Что случилось? — спросил я.
— Кажется, меня кто-то душит. Я слабею.
Полина начала терять сознание. Я быстро подхватил её. Передо мной возникла тень. Я понял, что это призрак. Но как с ними бороться? Не булайзером же, вдруг не попаду. Я схватил оружие и выстрелил в тень. Полтергейст исчез. Я понял, что булайзер действует на всех существ, включая призраков и фантомов.
— Лучше? — спросил я у Полины.
— Мне полегчало, кто это был?
— Похоже на призраков. Возможно, это один из персонажей картин.
— Ты думаешь? — спросила Полина, поправляя костюм.
— Это лишь предположения. Он душил тебя, потому что был невидим, и ты почувствовала слабость. Будь осторожна, мы не знаем, как с ними справиться.
— Постараюсь, — пообещала Полина.
Они вышли в сад, где все было заполнено черными цветами с готическими элементами.
— Аж глаза режет, — пожаловалась Полина.
Не успела она договорить, как над ними появился тот самый призрак, похожий на одного из персонажей картин графа.
— Ну все вы покойнички! — пригрозил он и бросился на них. Тут же появились другие призраки, и они начали атаковать их со всех сторон. Полина и ее спутник едва успевали отбиваться. Призраки не чувствовали боли, но продолжали нападать. Нужно было найти их слабое место.
Один из призраков схватил Полину и потащил ее к картине. Девушка сопротивлялась, пыталась вырваться, но была слишком слаба. Она закричала:
— Помоги!

Я инстинктивно выстрелил из булайзера в раму картины. Пламя обожгло мне руку, дама вскрикнула и ослабила хватку. Полина поняла, как с ними справиться, взяла оружие и начала стрелять по картинам. Они загорелись вместе с призраками, которые исчезли вместе с картинами.
Полина повернулась ко мне и сказала:
— Вот как с ними бороться.
Она снова начала стрелять, а я последовал за ней. Мы уничтожали картины по всей комнате. Призраки бились в конвульсиях от неожиданности, не веря, что их разоблачили. За полтора часа мы уничтожили почти все картины, и призраки исчезли.
— Хорошая работа! — выдохнула Полина, вытирая пот со лба.
Но тут кто-то вонзил ей нож в спину. Это был хозяин дома, призрак-старик.
— Не так быстро, детка.
Полина посмотрела на меня, попыталась улыбнуться и прошептала:
— Прости меня, Костя. Кажется, тебе предстоит последний путь и без нас.
Из её раны хлынула кровь. Глаза Полины остекленели, и я понял, что она мертва.
— Нет! — я схватил булайзер и направил струю на призрака графа Меринова. Он исчез вместе с Полиной, смеясь во весь зал.
— Найди меня, Костя, най-ди-и...
Я остался один. Что мне делать? Лучше умереть вместе с ними.
— Твои мысли в самый раз, — донесся сверху голос призрака. — Всё возможно, если постараться.
— Замолчи, старый пень! Я найду тебя! — я бросился искать картину. Граф Меринов хохотал, а потом прошептал:
— Ну попробуй, если сможешь.
Я обошел все комнаты, но не нашел похожую картину. В одном из темных коридоров заметил потайную комнату и вошел внутрь. Там висела картина графа Меринова.
— Ну вот и встретились, — я направил на нее булайзер, и картина вспыхнула огнем. Граф Меринов ругался и проклинал меня, но вскоре всё стихло.



Всё оказалось слишком просто. Убить — и вот я уже не знал, что делать дальше. Передо мной открылась дверь. Это была последняя ступень, что ждала меня. Я не мог предположить, что окажется иначе. Надеялся, что скоро вернусь в свой мир. Но нет, всё оказалось гораздо сложнее. В этом нереальном мире не было правил, только бесчестные законы. Игра обнулила меня.
Нас затащили в «интеллектуал», где нет ни начала, ни конца. Здесь только твои правила игры, и ты должен следовать расписанию. Когда открылась последняя дверь, я уже думал, что победил. Но это была иллюзия. Я разочаровался в жизни, оказался в тупике, в конце пути. Вот в чём моя жизнь — в тупике. Всё, что я создал, привело меня к этому. Я вошёл внутрь и не увидел ничего, кроме космического пространства. Куда я попал, я так и не понял. Мне обещали, что я выйду из компьютерной реальности, но нет, я оказался в ловушке. Это место не путь к победе, а дорога к смерти. Вокруг меня были непонятные существа, которые существовали вне времени и пространства. Я оказался в пустоте.
Здесь меня встретила высокая женщина в чёрном вуали. Это была моя медленная смерть. Если бы мои друзья были живы, они бы погибли вместе со мной в этой пустоте. Здесь нет коридоров, нет полов — только воздух и бесконечные потоки лучей. Я буду переживать всё заново и заново, как будто я попал в бесконечную временную петлю. Для меня это сладкая и мучительная смерть.



























Рецензент

1



Что бы там ни утверждали люди, судьба неизменно приготовила каждому собственный маленький подарок судьбы. Бывают вечера, когда небо медленно выпускает слёзы дождя над Волгоградом, словно тонкую музыку струн души. Так тихо поначалу стекают капли, будто сами себе шепчут тайну. Но вскоре стихия набирает силу, обрушивая потоки воды, превращающие улицы в бурлящие реки, смытые очертания города теряются в серых сумрачных волнах ливня и плотного тумана.
Волгоград, казалось бы, привычный к сухости и палящему солнцу, порой вдруг превращается в подобие дождливого Лондона. Не случайно жители других городов с завистью говорят о нём: мол, здесь жара такая, будто находишься посреди тропического рая. Однако тот, кто живёт здесь давно, хорошо знает правду: эта жара способна превратить каждый день в испытание. Она выжигает всё живое вокруг, заставляя дважды подумать перед выходом наружу, ибо кажется, будто земля сама пылала от невыносимого пекла.
Но вот наступил день, когда жара отступила, сменившись сильнейшим ливнем и густым, непроницаемым туманом. Город исчез за плотной стеной влаги, и лишь глухо слышался шум колес проезжающих машин да редкий всплеск шагов пешехода. По пустынному бульвару медленно двигалась чёрная Audi. За рулём её находился серьёзный мужчина средних лет, высокий ростом, с едва заметной проседью в волосах и строгими очками бледно-голубого оттенка на худощавом лице.
Его имя было Митрофан Анатольевич Березкин — главный герой нашей истории. Работает литературным критиком. известного издательства, он обладал особым талантом чувствовать литературу сердцем и разумом одновременно. Именно благодаря его придирчивости и вниманию к деталям каждое произведение проходило тщательную проверку, заслуживало уважение коллег и читателей. Его слово было законом среди авторов, чьи рукописи становились известными далеко за пределами родного края. Среди множества сотрудников именно он был человеком, чьё мнение ценилось превыше всего, ибо даже самая блестящая идея могла стать шедевром лишь после внимательного взгляда Митрофана Анатольевича.
«Да как тут вообще ехать-то? Из-за проклятого тумана ни черта не разглядеть!» — ворчал Митрофан, нервно постукивая указательным пальцем по папкам, вручённым ему главным редактором Иваном Сергеевичем Русаковым, исподлобья поглядывая сквозь ветровое стекло, тщась уловить хоть какой-нибудь ориентир на трассе, чтобы ненароком не угодить в неприятную ситуацию. Дорога была запружена автомобилями, однако густой белёсый туман словно стирал очертания предметов вокруг, и даже свет фар лишь расплывался бессмысленными пятнами, совершенно не помогая водителю ориентироваться.
Вздохнув глубоко, Митрофан медленно вырулил на главную магистраль, ведущую домой. Медленно проезжая улицу Фадеевых мимо знакомых местечек, Привычно свернув на Адмиралтейский проспект,куда уже несколько лет назад перебрался в новенькую панельную высотку. Наконец миновав знакомый поворот, свернул на дворовый проезд и въехал во внутренний двор своего жилого комплекса.
— Добрый вечер, Митрофан Анатольевич, опять этот кошмарный туман! Совсем ничего не видать... — сочувственно проговорил дежуривший на посту охраны мужчина, приветливо улыбаясь.
— Добрый день, Андрей!
— Да уж, погодка нынче капризничает, словно кто-то её обидел, — усмехаясь проговорил Митрофан, взглянув на своего собеседника сквозь пелену дождя. — Тебя дождик не тревожит?
Молодой охранник Андрей, чьё имя было написано аккуратными буквами на значке у ворот, замер, будто растворившись среди потоков воды, мокрые волосы струились по лицу, одежда липла к телу, но лицо выражало спокойствие и даже удовольствие.
— Нет, напротив, мне нравится эта прохладная сырость, ведь ты знаешь, у нас в краю столь редок гость этот летний дождь, особенно после середины июля, когда солнце палит нещадно, превращая землю в раскалённую пустыню Сахары...
— Ясно... — задумчиво протянул Митрофан, поглаживая ладонь своей ладони, согревая её теплом собственного тела. — Думаю, у тебя там, в твоей уютной сторожке найдётся местечко посушить одежду и глотнуть горячего чая, иначе простудишься.
Андрей кивнул, моргая крупными каплями, стекающими с ресниц.
— Есть место, конечно, — ответил он мягко, немного застенчиво улыбнувшись. — У меня ещё сушилка имеется, переоденусь в сухое... А вижу, ты уже домой собрался, наверное с отпуска возвращаешься?
Слегка вздрогнув, Митрофан опустил взгляд на рюкзак за плечами.
— Ну почти, точнее заканчиваю отдыхать, — пробормотал он, улыбаясь чуть виновато. — Не успел соскучиться по работе, кажется, отдохнул неплохо.

Митрофан мельком взглянул на папку и плавно развернулся лицом к Андрею.
— Да, коллега прислал несколько папок будущих романов...
Андрей вздохнул мечтательно и робко попросил:
— А можно мне будет взглянуть? Очень уж хочется прочитать!
На лице Митрофана расцвела едва заметная улыбка:
— Обязательно позволю... После того, как проверю сам, конечно. Думаю, тебе любопытно будет узнать, что внутри.
Андрей внимательно смотрел ему прямо в глаза и осторожно заметил:
— Но вы же знаете, не каждому доверяете дорогу к издательству, правда? Вас некоторые даже Карателем прозвали...
Глаза Митрофана лукаво сверкнули, когда он рассмеялся:
— Остроумие твоей реплики меня приятно удивляет.
Андрей поспешил оправдаться:
— Это вовсе не мои слова, так говорят сами авторы, жалуются, мол, почему вы не пускаете их труды дальше?
Откинувшись назад, Митрофан глубоким голосом ответил:
— Писаки нынче пошли слабые, ни капли таланта, ждут лишь денег да славы. Каждый мнит себя новым Пушкиным, Блоком или Достоевским...
Андрея словно прорвало:
— Неужели вы всерьез верите, будто эти гении превзошли всех остальных? Уверен, среди отвергнутых вами немало настоящих мастеров! Возьмите хотя бы пресловутого Достоевского — ну кто поймет всю эту сумятицу в «Преступлении и наказании»? А уж «Идиота» вообще читать невозможно, сплошная нудная чушь, никакой глубины мысли, одни лозунги! Настоящая пустышка.

Что это вдруг тебя такая горячка взяла? — Митрофан пристально посмотрел на Андрея, щуря глаза и теребя пальцами лацкан пиджака. — Зачем ты расстраиваешься насчёт начинающих писателей? Ведь большинству из них ничего не светит дальше одной книжки... Как только книга выйдет — куда она денется, куда пойдут её авторы? Ты задумывался когда-нибудь об этом всерьёз?
Редко кому хватит терпения просиживать целыми днями за письменным столом долгие годы подряд, создавая роман. Да разве найдёшь потом тех, кто однажды вздумал испробовать перо?
— Вы заблуждаетесь, Митрофан Игоревич! — решительно возразил Андрей, чувствуя, как внутри закипают эмоции. — Среди отвергнутых вами мрачных фэнтези немало действительно стоящих произведений, ставших популярными среди читателей. Посмотрите внимательнее на сайты сетевой литературы — многие самородки самостоятельно пробиваются к успеху. А ведь из некоторых их творений можно создать прекрасные фильмы, которыми зритель мог бы насладиться от души!
На лице Митрофана мелькнула едва заметная ухмылка, он усмехнулся тонкими губами:
— Хи-хи… Забавно слышать разговоры о фильмах. Интересно было бы посмотреть, какой режиссёр согласится снять картину по такому сюжету?
— Если есть желание снимать, найдутся режиссёры и продюсеры, — спокойно ответил Андрей. — Сейчас даже классику переписывают по нескольку раз, и зачастую полученная продукция оставляет желать лучшего. Разве вы не замечали, сколько бездарных сценариев плодится каждый год? Особенно больно видеть очередные переосмысления бессмертных шедевров вроде «Евгения Онегина»: словно заново перечитал, да ещё и блюёт от такого откровенного маразма. Ну и пресловутый ужастик «Домовой» тоже впечатляет своей примитивностью сценария. Чего курят эти сценаристы, ума не приложу! Это же полная бессмыслица, пустое сотрясание воздуха! — искренне негодовал сотрудник охраны.
— Быть может, ты и вправду прав... — задумчиво протянул Митрофан, устремив взгляд куда-то вдаль, словно там среди туманящих сознание мыслей рождалась истина.
— Прими мой искренний совет и взгляни внимательнее вокруг себя, друг мой. Как часто встречаешь вы яркие искры таланта, мерцающие повсюду, от которых веет свежестью вдохновенья! А сколько прекрасных романов лежит перед нами, чьи названия звучат величественно и пленительно! Но стоит лишь взять книгу попроще, чьё имя столь примитивно и вызывающе, будто кричит оно о своей пустоте и бессмыслице: «Газлайтер король номер тридцать три!» Что за нелепость? Чем гордится тот, кто додумался до такого?
А эти пошлые дамские романчики, которые дамы почитывают запоем, погружаясь в фантазии легкомысленные и даже низменные? Возьми хотя бы одно типичное произведение: «Вышла замуж за развратного босса...» Это уже не книга вовсе, а какое-то нездоровое проявление больной женской души, мечтающей вырваться из серости быта в мир роскоши и соблазна. Девушка из захолустья, простушка, выходит замуж за порочного проходимца, становясь героиней истории сомнительной морали. И читательницы, сами того не осознавая, становятся участницами этой грязной игры воображения, черпая вдохновение оттуда, откуда приличному человеку лучше держаться подальше...
Неужели вам не противно наблюдать подобное растление ума и духа? Неужто литература наша должна пасть жертвой низких вкусов и извращённых фантазий, позабыв о высоких идеалах добра и красоты?

Казалось... — улыбнулся Митрофан, глядя прямо перед собой сквозь мокрые капли дождя, барабанящие по лобовому стеклу автомобиля.— Может, перестанете порицать эти книги? — деликатно намекнул он.
— Да, конечно, соглашусь с вами,— буркнул охранник, швыряя окурок сигареты на асфальт. — Но ведь признайте, это всё читают лишь обиженные судьбой дамы, несчастливо связавшие свою жизнь с тираном, у которого ни разу ничего не получилось стоящего, кроме умения пить пиво да язвительно комментировать счастье окружающих. Тут большого ума не требуется...
Охранник замолк, пожимая плечами, словно бросив бремя решения на плечи собеседника.
— Хорошо, я еще раз обдумаю сказанное, — вздохнув, сказал Митрофан и, махнув рукой на прощание, направился внутрь двора, въехав в подземелье гаража, скрываясь от нескончаемого осеннего ливня.
Андрей стоял неподвижно, наблюдая, как автомобиль друга исчезает в мрачной глубине подвала. Наконец, уверившись, что последний проблеск света исчез, он лениво потянулся к кнопке пульта управления воротами, и громадные металлические створки медленно опустились вниз, отрезая улицу от шумного хаоса внешнего мира. Убедившись, что дверь надёжно заперта, мужчина развернулся и поспешил в сторожевую будку, чтобы наконец-то сменить влажную одежду на сухую, промерзший и вымокший до последней нитки.
Тем временем Митрофан уже уверенно остановился на своем месте №345, куда был привязан не только автомобиль, но и вся квартира, его маленький островок спокойствия среди ежедневной суматохи. Выбравшись из уютного салона своего авто, он почувствовал, как тяжёлый день оставляет своё тягостное эхо даже здесь, в этой тихой подземной гавани.




2



Двери лифта распахнулись навстречу прохладному металлическому интерьеру, будто приглашая войти в сердце исполинского небоскреба. Под ногами тихо звякнул полированный металл, когда Митрофан ступил внутрь, едва слышимый шепот механизмов словно бы говорил: “Вы здесь в полной безопасности”. Тускло блестящие стены слегка отражали его фигуру, чуть дрожащую от нетерпения поскорее оказаться дома после долгого рабочего дня.
Его пальцы уверенно коснулись гладкой панели управления лифтом, скользнув по кнопкам до заветной цифры четырнадцать. Дверцы плавно сомкнулись, заграждая путь шумному городскому потоку снаружи, оставляя лишь приглушенный свет лампочек да ровный шелест двигателя.
С каждым пройденным этажом голос Алисы негромко сообщал номера этажей мягким женским голосом, немного механическим, но всё равно приятным уху. Наконец, она произнесла чётким, почти торжественным тоном:
— Добро пожаловать, ваш четырнадцатый этаж. Просьба выйти, желаю прекрасного дня и отличного настроения!
На миг глаза Митрофана сузились от раздражения, он буркнул ей коротко и сухо:
— Вам тоже всего наилучшего...
И поспешил прочь из уютного пространства лифта. Коридор перед квартирой был тихим и спокойным, словно сам воздух замер в ожидании возвращения хозяина. Перед глазами промелькнула табличка с номером 345, который Митрофану казался таким родным и привычным, как дыхание родного города.
Не доставая ключ, он достал небольшую карточку — современный способ открыть замок, аккуратно приложив её к специальному окошечку возле двери. Раздался еле заметный щелчок, означавший, что система приняла сигнал и сейчас откроет доступ домой. Без единой задержки створка распахнулась сама собой, пропуская его внутрь.
Перед ним предстало огромное пространство, занимаемое роскошной пятикомнатной двухуровневой квартирой. Входной коридор поражал своей величиной и простором, напоминающим театральный вестибюль старинного здания. Тут стоял мягкий пуф-кресло, удобные шкафы-купе, готовые принять личные вещи Митрофана, и небольшая кладовка для хранения мелочей повседневной жизни. Дом вновь наполнялся жизнью, тепло и покой возвращались обратно.


Тяжёлым шагом отправился он в просторный зал, бережно сжимая в руке изящную кожаную папку, вместившую плоды последнего этапа творчества. Сегодня завершался отпуск, а значит завтра вновь ожидала работа, полная будничных забот и обязанностей. Достав папку, Митрофан аккуратно разместил её поверх небольшого элегантного столика, выполненного в форме грациозного скакуна, чьи мускулистые ноги словно замерли в вечном движении под поверхностью прозрачного стекла.
Раздался тихий щелчок пульта, телевизор ожил мерцающим светом экрана, демонстрируя очередные известия дня. Устроившись в мягком уютном кресле рядом с потрескивающим камином, он наблюдал привычную череду событий: здесь природа бунтовала стихиями, там рушились города, оглашённые гулкими голосами диктора.
Но вскоре усталость взяла верх над любопытством, и, встав с кресла, Митрофан отправился на кухню. Здесь прозвучало негромкое распоряжение голосом ассистентки Алисы, после которого послушно запищал электрический чайник, мигом приготовивший ароматный напиток. Через мгновение мягкий звук таймера возвестил о готовности напитка, и спустя секунду аппарат автоматически подал свежеприготовленный горячий кофе.
С наслаждением ощущая тепло кружки, слегка вздрагивая от удовольствия первого глотка горячего напитка, Митрофан неспешно вернулся обратно в гостиную, прихватив из холодильника нежнейшее кремовое пирожное. Разложив салфетку на столе и расположив на ней кофе и десерт, он погрузился в изучение своей работы, перелистывая страницы черновых набросков.
Между тем, экран телевизора незаметно переключился на рекламный ролик. Там перед зрителем представали образы белых и мягких полотенец, сияющих чистотой, обещающих стерильную чистоту и безупречный комфорт каждому покупателю. Но мысли Митрофана были далеки от соблазнительных предложений телерекламы — всё внимание сосредоточилось лишь на листах бумаги, раскинутых перед ним.

— Если любишь чистоту, значит, сам грязь разводить не станешь...
Митрофану показалось необычным такое начало рекламы, да ещё и рифмуются слова нелепо. Странный голос продолжал насмешливо вещать:
— Совесть твоя словно замызганная оконная рама... Такого терпеть уже невмоготу.
Мужчина вздрогнул от нахальной прямоты незнакомца, чувствуя, будто эти строки обращены лично к нему. Потянулся за пультом, решительно сменил канал, теперь говорили о шампуне.
— Очисти голову от мыслей пыльных, ощути, насколько ты ничтожен, досаждая людям своей жизнью...
Глаза Митрофана расширились от изумления: «Неужели эта фраза обо мне? Или совпадение какое-то абсурдное?»
Но молодая красавица в рекламе показалась совершенно обычной, без намёков на личную атаку. Мужчина облегчённо вздохнул и вновь вернулся к своему занятию — рассматриванию чужих рукописей. Одна называлась «Планета Времени», другая была озаглавлена пугающе и загадочно — «Колодец Смерти».
Слегка заинтересовавшись названием второй книги, Митрофан открыл её наугад и натолкнулся на фразу:
«И вот однажды Евсеев отправился к Колодцу, желая избавиться от тяжких проклятий судьбы. Приблизившись, почувствовал дыхание ледяного холода...»
— Фу, чёртова бессмыслица какая-то! — буркнул парень, раздражённый низким качеством прозы, и бросил рукопись обратно на стол.
Однако экран телевизора внезапно ожил снова, представив зрителю нечто совсем иное — сцену фильма, в которой мужчина неспешно брёл через густой лес и приближался к тёмному колодцу. Увидев отражение своего лица в воде, герой остановился, словно поражённый откровением.
Сердце Митрофана тревожно сжалось, когда неожиданно изображение исчезло с экрана, оставив лишь пустоту и темноту.
Нервно оглянувшись вокруг, юноша едва смог разглядеть брошенную ранее рукопись. Заголовок красовался крупно и угрожающе: «КОЛОДЕЦ СМЕРТИ».


3

Отодвинув кипу пыльных страниц романа «Колодец смерти», Митрофан заметил под ними другой свиток манускриптов. Этот труд принадлежал перу загадочной особы по имени Роза Малина, озаглавленный как «Страсти в тёмном лесу». Сердце его дрогнуло — вновь типичный женский романчик?
Но вдруг любопытство одолело, и рука сама потянулась к бумаге. Открыв первый параграф, глаза пробежали строчки: «Фэнтези с элементами детектива...»
— Хм-м, — ухмыльнулся Митрофан, покручивая пальцами очки, — опять эта сладкая ловушка...
Негромко перелистнув до шестого листа, он погрузился в разговор герцогини Марии с её тайным возлюбленным. Голоса звучали мелодично, нежно:
— Дорогой мой, потерпите немного, совсем скоро мы освободимся от уз брака!
— Когда же наконец этот миг настигнет нас?
Монотонный обмен ничего не значащими репликами наводил сонливость и раздражение одновременно. Закрыв книгу резким движением руки, Митрофан произнёс вслух, морщась:
— Ф-фу-у! Это не расследование преступлений, а лишь грязные интриги... Глупые страсти! Не стоит даже притрагиваться снова...
Не глядя больше на опостылевшие строки, отбросив бумаги прочь, он наблюдал, как листы медленно опускаются на паркет, словно сухие листья осени. Затем продолжил изучение первого произведения, куда таинственнее названного «Планета времени».
Прочитав вступление, он задумчиво покачал головой:
— Да-а, заманчиво звучит, однако принять решение будет непросто…
Слегка дрожащей рукой Митрофан осторожно поднял дымящуюся чашечку ароматного крепкого кофе и медленно поднёс её к своим тёплым губам. Напиток приятно согревал тело изнутри, пока взгляд скользнул к раскрытой книге на столе, уже привычно начавшей свою захватывающую историю.
Но едва успел Митрофан погрузиться в чтение первой строки романа Марка Винга «Планета Времени», повествующего о загадочной чужой планете, где секунды превращались в вечность, а каждое мгновение вмещало целую вселенную приключений и открытий, как внезапно внимание привлекло странное движение неподалёку. Его взгляд невольно метнулся к старинному кожаному дивану, заваленному пожелтевшими страницами старой рукописи «Колодец смерти».
Казалось, эти старые бумаги ожили сами собой, испуганно затрепетали и тихо перевернули страницу, словно невидимая рука прикоснулась к ним нежно и ласково. Не найдя вокруг ничего необычного, Митрофан вновь сосредоточился на романе Марка Винга. Книга увлекла его настолько глубоко, что сердце учащённо забилось от волнения, когда вдруг перед глазами возникла яркая картина бесконечных далей и необузданных просторов другой реальности.
«Да уж, пожалуй, почитаю ещё немного... — размышлял Митрофан, незаметно поглядывая на часы, — у меня впереди целая неделя, полная книг и авторов. После работы придётся написать целых три рецензии. И вот завтра мы ждём гостей с результатами конкурса… Как-то тревожно мне становится».
Однако мысли вскоре вернулись к роману Марка Винга. Время текло мимо почти незамеченным, лишь редкие взмахи тёмных ресниц прерывали монотонный ритм чтения. Перелистывая одну за другой изящные страницы книги, он вдруг поймал себя на мысли: «Вот эта история действительно хороша, гораздо лучше той пошлой романтики «Вышла замуж за босса», где персонажи носят нелепые имена вроде графа и графини. Что ни говори, видимо, дамочка совсем потеряла голову...»
С этими словами Митрофан небрежно отправил остатки нежнейшего пирожного прямо в рот, стряхнув крошки с коленей, снова вернулся к таинственным далям мира, погружённого в магическое течение иных времён.


Субботним вечером книжная ярмарка ожила сверканием огней и суматохой радостного волнения. Стены зала были украшены картинами известных художников, а воздух наполнен ароматами свежей типографской краски книг. Среди гостей мелькали лица знаменитостей, ярких деятелей культуры и искусства, знаменитых литераторов и участников конкурсов. Сегодня, в этот праздничный вечер, должен был состояться торжественный церемониал награждения лауреатов престижной номинации года.
В центре внимания находился сам Митрофан Березкин — человек, чье имя уже давно стало символом честности и непревзойденного вкуса в мире литературы. Когда объявили имена победителей, зал взорвался восторгом, но вскоре притих, ожидая появления самого главного героя вечера. Толпы телезвезд, фотографов и поклонников нетерпеливо теснились вокруг сцены, словно пчелы над медом, предвкушая встречу с кумиром.
И вот машина Митрофана остановилась возле входа, окна плавно опустились, и взгляд литературного критика скользнул сквозь прозрачное стекло на оживленную публику. Яркие вспышки фотокамер озаряли пространство яркими отблесками, освещая лица восторженных почитателей. Вскоре автора окружили журналисты и поклонники, образовав плотное кольцо любопытствующих лиц.
— Народ какой толпится, сколько жаждущих истины собралась… — задумчиво произнес Митрофан, чуть усмехнувшись. Увидев двух молодцеватых юношей, спешивших навстречу, дабы сопроводить своего кумира через море фанатов, он почувствовал облегчение.
Молодые парни ловко распутывали цепь репортеров, создавая проход своему покровителю. Один из помощников громко закричал:
— Расходитесь, уважаемые гости, дайте дорогу!
Освободившись наконец от людского столпотворения, Митрофан ступил на красную дорожку, приветливо помахав рукой многочисленным зрителям.
— Здравствуйте, друзья мои, дорогие читатели! — обратился он к публике мягким, проникновенным голосом.
Зал ответил восторженными возгласами и бурными аплодисментами, звучавшими столь искренне, будто на сцене появился великий государственный муж, хотя речь шла всего лишь о выдающемся критическом писателе современности.


«Приветствуем тебя, палач-критик!» — торжественно звучало среди взволнованных поклонников, почтительно встречавших своего кумира. Да, именно так прозвали они человека, чья суровая рука беспощадно карала дерзких литераторов, чаще всего новичков, но иной раз попадалось и известным мастерам пера, испытавшим огненное крещение критики. Под радостные возгласы и громкий шквал рукоплесканий в просторный холл ступил величественный Митрофан Архипович. Впереди уже ожидал тот самый человек, чей образ казался знакомым каждому сотруднику редакции: коренастый мужчина чуть старше сорока пяти, чьи густые серебрящиеся волосы контрастировали с живым взглядом глубоких карих глаз. Генеральный редактор журнала «Афоры», несмотря на заметную проседь, оставался притягательным для женского пола, словно магнитом привлекая молоденьких девушек, готовых услужливо кружить вокруг него, подобно преданным собачкам. Однако имя этого господина, Русакова Ивана Сергеевича, часто сопровождалось шёпотом разочарования: ибо обещал он редко, наслаждался чувствами дам легко и непринуждённо, но однажды использовав очередную любовь, оставлял её холодно, равнодушно, будто лишнюю вещицу, ставшую вдруг обременительной. Судьба этой семьи начиналась давно, задолго до крушения советского государства, когда книга перестала быть достоянием народа и перешла в заботливые руки частных владельцев. Предприимчивый родитель Ивана оказался дальновиднее многих коллег: почувствовав приближающийся ветер перемен, он ловко ухватился за открывшуюся возможность приватизации и стал полноправным владельцем собственного дела, называя новую компанию именем прекрасной гречанки Афины — покровительницы искусства и науки. Здесь издавалась литература всех возможных жанров: от сказок и весёлых рассказов до мистических историй и рассуждений о загадочных феноменах Вселенной. Благодаря стараниям родителей семейный бизнес процветал, обеспечивая комфорт и благополучие. Увы, спустя годы счастье оказалось хрупким, как тонкий хрусталь: конец девяностых годов принёс страшную утрату — отец семейства трагически погиб прямо перед домом в результате уличной драки. Теперь будущее фирмы зависело исключительно от молодого хозяина, сына погибшего предпринимателя.
— Приветствую, мой милый товарищ, искренне счастлив видеть тебя вновь здесь... Взгляни-ка вокруг, скольких гостей собралось сегодня под этими сводами, столькими писателями богат наш славный город, но кто же окажется достойнее остальных? Будем снова возводить талантливых избранников на пьедестал почёта, вознося до небес бесподобные имена, либо возьмём очередное серое создание, протолкнём бедолагу на страницы издательства, дабы затем с лёгкостью отбросить прочь, туда, где обретают забвение прочие неудачники?
На губах Ивана Сергеевича расплылась натянутая улыбка, похожая скорее на маску вежливости, нежели искреннюю радость встречи.
— Предположу, именно такова наша участь, коллега!
Сухо усмехнувшись, Митрофан согласился:
— Ты верно мыслишь, дружище. Сколько ныне книголюбов собралось кругом, сколько дарований скрывается среди наших авторов... Только какое нам дело до них? Деньги правят миром, а не пустые мечтания. Вознесём обычного графомана до уровня светила, дадим ему имя громкое, но недолго продлится сия слава, ибо спустя короткое время сбросим героя своего творения в пучину неизвестности. Не правда ли, заманчиво звучит эта игра?
Главред бросил взгляд поверх очков, хитро прищурившись.
— Признаюсь, готов согласиться с тобою, Митрофан Иванович, но коль потребуется, воспользуемся услугами истинно одарённого писателя, словно живым манекеном служащего нашим целям.
— Что говорить о новых птенцах творчества, оставшихся от девяностых и нулевых годов прошлого века... Ни сил душевных моих уже не хватит принять свеженькую поросль юных гениев, ни терпения всерьёз заниматься ими. И пусть иногда встречаются жемчужины посреди вороха обыденщины, боюсь, долго служить не сумеют они делу нашему общему, как не сумели бы когда-то мы сами. Куда проще взять среднего сочинителя, добавить немного блеска рекламы да грамотного пиара — и вот он уже знаменитость, повсюду слышится его имя. Зато прибыли никакой, одна морока, одни проблемы будут сопровождать нашего нового идола, пока с трудом извлекаем плоды труда такого творческого. Проще всего поднять рядового писателя, позволить публике насладиться мимолетностью его славы, собрать урожай похвал и забыть навсегда, оставив неприметным автором средних рассказов.
Негромко посмеявшись над собственными словами, Иван Сергеевич вопросительно покосился на собеседника:
— Думаешь, справедливо рассуждаю я сейчас?
Его пристальный взгляд остановился на лице Митрофана Ивановича, будто ожидая подтверждения собственных мыслей.
— Быть может, ты совершенно прав… Однако именно талант становится решающим фактором, — тихо проговорил Митрофан, словно бы вновь услышав голос охранника: «Да ведь он-то верно сказал!» Как давно не появлялось подлинной литературы! Всё заполонила грубая и никчёмная писанина, воспаряющая едва ли не до небесных высот лишь благодаря удачным знакомствам и звонким монетам. А ведь эта пустышка ни капли не стоила даже той бумаги, на которой была напечатана…
Митрофан ненадолго погрузился в размышления, вспоминая недавние речи охранника Андрея: «Верно, чёрт возьми, человек говорил правду».
Редактор тепло улыбнулся, отхлебнув глоток напитка:
— Что ж, хорошо сказано. Посмотрим-ка ещё раз внимательно, выбери достойнейших кандидатов на этот раз, истинных гениев своего дела, чьё имя будет светиться в номинации «Человек года». После минутного молчания слегка кивнул и молча вручил собеседнику изящный хрустальный фужер с игристым вином. Оба неспешно двинулись обратно в просторный концертный зал, откуда звучала тихая музыка и раздавались приглушённые голоса гостей.



4



Литературные конкурсы прошли на ура — все были довольны и пребывали в хорошем настроении. Однако, когда дело дошло до объявления победителей, ситуация изменилась. Выступление литературного критика должно было назвать имена триумфаторов. Возникла напряжённая пауза ожидания, переросшая в недовольство после выступления Митрофана.
Перед началом своего монолога Митрофан оказался в центре внимания. Как всегда дерзкий и гордый, подняв голову, он принял из рук посланника конверт с именами победителей. Взглянув на листок, критик начал свою речь.
— Сегодня самый важный день конкурса, однако важнее всего путь, пройденный вами к победе. Есть лишь одна оговорка: среди вас сегодня нет победителя. Ни один из трёх участников не вошёл в число финалистов. Я заявляю официально и заверяю всех присутствующих, что ни один из троих авторов не становится победителем нашего конкурса. У вас недостаточно знаний, ваши сюжетные линии разорваны.

Русаков почувствовал, как кровь отхлынула от лица, словно ледяной ветер пробежал по спине. Его фигура замерла, глаза широко раскрылись, впиваясь взглядом в оратора, чьи слова звучали совершенно незнакомо и необычно. Возмущённые авторы, сидящие вокруг, встрепенулись, будто стадо испуганных оленей перед хищником, недовольством заполняя пространство зала, словно чёрное облако накрыло тихое утро деревни после рассвета.
Несмотря на растущее волнение и враждебные взгляды, направленные на критикующего мастера словесности Митрофана Архиповича, тот невозмутимо продолжал своё выступление, завершив его резким заявлением, которое прозвучало подобно грому среди ясного неба: ни один из трёх соискателей премии не достоин занять первое место.
И тут тишину взорвал шквал эмоций. Отголоски споров взлетели над головами собравшихся, голоса смешались в хаотичном хоре возмущённых криков и обвинений. Мирное собрание писателей преобразилось в бурлящий котёл страстей и обид, точно громадный корабль оказался внезапно охвачен штормовыми ветрами.
— Фальсификация! — прорвался сквозь толпу злой мужской голос, разрывая ткань спокойствия.
— Скряга! — выплеснулся женский крик, усиливая общую сумятицу и гнев присутствующих.


Несмотря на всю силу бурлившего внутри негодования, Иван Сергеевич легко вскочил вслед за Митрофаном и едва слышно прошептал ему несколько горячих слов. Однако дерзкий критик, казалось, ничуть не испугался возможных последствий: он открыто заявил своему наставнику, что никакие писатели, даже самые именитые, теперь уже бессильны против него. Что могли они поделать, когда имя их давно потеряло всякий вес и влияние?
Друзья осторожно миновали скрипучие ступени и тихо выскользнули через узкую потайную дверь, скрытую от посторонних глаз тёмным старым занавесом. Сквозь портьеры доносился шум растревоженной толпы, словно стихия вырвалась наружу, превратив обещанный праздник литературы в нелепый цирковой балаган.
— Эх, ловко же я их всех огорошил сегодня! — воскликнул Митрофан весело, небрежно махнув рукой в сторону удаляющегося шума.
Иван Сергеевич неодобрительно покачал головой:
— Чрезвычайно рискованно поступил ты, друг мой, чрезвычайно. А помнится ли тебе, что ещё недавно мы говорили о возможности разделить первое место среди конкурсантов? Неужели действительно ни одна рукопись показалась тебе заслуживающей награды?
— О чём вы говорите?! — возмутился Митрофан. — Я прочитал каждую книгу внимательно и пришёл к единственному выводу: всё здесь серое и посредственное. Этот пресловутый роман ужасов «Колодец смерти» разве достоин какого-то особого признания? Или эти бесконечные мелодрамы, наполненные слащавостью и пошлостью? Да и фантастика нынче повсюду одинакова и невыразительна…
Иван задумчиво смотрел на молодого критика, стоящего перед ним в сумрачной тишине коридора:
— Так, значит, понимаешь свою ответственность, дружище? Завтра же весь город будет говорить лишь о твоём поступке…


— Чёрный пиар? Просто обожаю! — коротко бросил взрослый уже литературный критик, мужчина лет сорока, глаза которого сверкали огоньком задорного веселья.
И оба приятеля громко расхохотались, беззвучно исчезнув из зала заседаний, даже не подумав обернуться и поклониться собравшимся, будто давно освоили искусство ухода через таинственные проходы. Сегодня снова скрылись незаметно, оставляя лишь необычную пустоту — впервые за всё существование премии ни один писатель не удостоился победы, а сама награда растаяла подобно утреннему туману над волжским простором. Именно Митрофан Архипович своим решением вырвал надежду из рук всех претендентов, расставив беспощадную точку в конце долгого пути. Неведомо простым смертным было почувствовать эту горькую несправедливость, да и самому Митрофану, кажется, не было до неё дела — напротив, ликование наполняло сердце критика, ибо прошедшие дни отпуска сделали сегодняшний миг сладким торжеством, а впереди ждали ещё большие радости — заслуженная премия и одобрение собратьев по цеху. Рядом, в просторном автомобиле, расположился вернейший товарищ и главный редактор влиятельного журнала, чей взгляд светился особым блеском, будто он хранил великие тайны мироздания, а путь домой был лёгок и спокоен, словно течение широкой реки, увлекающей путников вдаль от сумятицы повседневности и к тёплым прелестям домашнего покоя.



Ночь была тихой и непроглядной, звезды казались крохотными искрами, замершими над городом. Только луна робко выглядывала сквозь густые облака, едва рассеивая мрак. Молодой мужчина по имени Митрофан лежал в своей комнате, уставившись в потолок широко раскрытыми глазами. Сон не шел к нему ни на минуту. Странные звуки проникали откуда-то из-за стены, будто чьи-то осторожные шаги неспешно простукивали паркет, создавая иллюзию присутствия кого-то постороннего. Тревога сжимала сердце мужчины тяжелым комком, мешая вздохнуть полной грудью.
Время тянулось медленно, будто вязкая смола стекала капля за каплей. Наконец, когда силы оставили тело совсем, настигла его короткая, прерывистая дремота. И тут же она исчезла — внезапный шум сорвал покой: кухонные шкафчики глухо стучали дверцами, посуда тревожно звякнула, шепот шагов снова пробежал мимо двери спальни.
Сердце бешено заколотилось, ноги сами понесли Митрофана на кухню. Холодный воздух заполнил легкие, оторвавшись от теплого одеяла, он осторожно приблизился к месту происшествия. Темнота окутывала помещение густой пеленой, тени прыгали на стенах, рождая призрачные образы чужих существ. Страх подавлял волю, дыхание перехватывало, пальцы дрожали, проверяя каждый угол, каждую щель, стараясь разгадать тайну звуков. Кухня оказалась пустынна, даже следы ничьи не нарушали гладкую поверхность пола.
«Что происходит?» — пульс зашкаливал, мысли путались, паника захлестывала мозг волнами страха. Стоило вернуться обратно в спальню, как приглушенный треск телевизионного аппарата вновь прорезал тишину. Сердце вздрогнуло сильнее прежнего. По коридору Митрофан поспешил в гостиную. Телевизионный экран мерцал зловеще тусклым светом, источая неясные очертания движущихся теней. Лес сменялся зеленым полем, поле вновь уступало место лесу, и посреди леса мрачно темнела заброшенная шахта старого деревянного колодца.
Точно кадры легендарного фильма ужасов, который пугает миллионы зрителей, здесь, сейчас, наяву разыгрывалась мистическая сцена. Черная бездна отверстия манила и пугала одновременно, затягивая взгляд в свою глубину. Митрофану чудилось, будто сама тьма смотрит на него холодным взглядом, поглощая разум постепенно, погружая его в собственную бесконечность.
Сознание мутилось, реальность начала распадаться на части. Казалось, тело теряет способность двигаться, плоть превращается в дым, растворяется в воздухе. Всё вокруг пропадает, оставляя лишь этот проклятый образ черной ямы. Она расширялась, захватывая пространство, лишая всякой надежды выбраться наружу. Не успел осознать происходящего, как понял — вот оно, мгновенье перехода через границу сна и яви. Голос, полный загадочной тайны, зазвучал из самой глубины этой страшной тьмы, зовя к себе необратимо.

«Теперь ты в моей власти...» — глухо прозвучал сверху зловещий голос незримого призрака или существа с гортанной хрипотой.
Митрофан застыл посреди ночи рядом с проклятым Колодцем смерти, словно прикованный невидимой цепью к этой черной бездне. Сердце учащенно билось, всплывало воспоминание о древнем предании, услышанном когда-то давно: именно здесь, поговаривали старожилы, сбросили некогда несчастного, объятого демонической силой человека, одержимого нечистой силой... Теперь же этот дух восстал из мрачных глубин, оживая всякий раз, едва лишь чья-нибудь душа приблизится к краю древнего колодца, прозванного народом «Колодцем смерти».
Трепеща от смутного ужаса, Митрофан испуганно отвел взгляд от кромешной тьмы водяного жерла, вспоминая финал страшной повести никому ныне не известного писателя. Вдруг ощутив резкий, колючий озноб вдоль спины, понял вдруг: позади кого-то есть. Затаив дыхание, осторожно обернулся...
И вздрогнул, охваченный смертельным ужасом.
Перед ним возвышалась фигура высокого мужчины, настолько бледного и худощавого, будто сам собой сотканного из мглы и сырости подземелья. Вся одежда была покрыта скользким зеленым мхом и пузырящимися болотными растениями, гнилью, источающей тошнотворный запах болота. Волосы прилепились влажными прядями к лицу, искаженному гротескной улыбкой. Но самое жуткое зрелище представляли его полыхающие огнем глаза, горящие кровавым пламенем ненависти и мести.
Смертельный страх сковал тело Митрофана, лишив возможности даже вскрикнуть. Чудовищный незнакомец молча протянул костлявую руку, железным хватом сдавливая шею жертвы, грубо рывком притягивая ближе к себе и неумолимо увлекая навстречу своему жуткому обиталищу — ледяной пучине черного колодезного дна.





5



Ранним утром послышался негромкий стук в дверь, от которого сердце Митрофана болезненно сжалось. Проснувшись от внезапного испуга, он обнаружил себя распростёртым на холодном полу рядом с потрескивающим экраном старого телевизора. Его взору предстала картина столь нелепая, словно её выписали кистью художника-сюрреалиста: тело было покрыто каким-то незнакомым растением, похожим на пузырьковую зеленоватую слизь, плотно прилепившуюся к голове, словно колючий венец позора. Комната наполнялась тошнотворным запахом болотистой гнили, заставляя ноздри морщиться от омерзения.
Собравшись с силами, Митрофан поднялся, стараясь сохранить равновесие, и медленно двинулся к источнику звука. За дверью стоял Андрей, дежуривший ночной страж, чья строгая фигура теперь казалась воплощением порядка среди хаоса этой комнаты. В руках охранника были аккуратно свёрнутые газеты, свежесть которых подчёркивала затхлость помещения.
— Дорогое доброе утро, Митрофан Архипович, — произнёс Андрей ровным голосом, слегка кивнув головой. — Взгляните-ка сюда, сегодня свежие вести появились в печати...
С сомнением приняв газету, Митрофан быстро пробежал взглядом первую страницу. Перед ним открылся зловещий портрет, запечатлевший вчерашнее событие, сопровождаемый броским заголовком: «ЛИТЕРАТУРНЫЙ КРИТИК ПОХИЩАЕТ ПРЕМИЮ ГОДА». Лицо его застыло, глаза недоумённо расширились.
— И что бы это значило? — глухо спросил он, чувствуя, как горечь поднимается к самому сердцу.
Андрей усмехнулся, демонстрируя ряд белоснежных зубов.
— Да вот говорят, будто вы вчера на конкурсе присудили премию себе любимому.
Митрофан поморщился, нервно теребя края газеты дрожащими пальцами.
— Какая чушь... Просто ни одна работа не заслужила первого места, вот и всё.
Охранник равнодушно пожал плечами, отвлекаясь от конкурса и переводя взгляд на окружающее пространство. Вода лужами стояла посреди зала, кое-где покрывшись тонким слоем скользкого зелёного мха.
— А здесь вообще что творится? Вы что, решили устроить подводный садик?
Митрофан вздохнул тяжело, устало проводя рукой по лбу.
— Это длинная история... Увы, приятель мой, кажется, некоторые вещи уже вышли из-под контроля.

Сам не ведаю! — Голос Митрофана звучал твердо и властно, когда он распорядился впустить гостя в просторный зал. Взяв старую ветхую тряпицу, юноша уверенно принялся стирать пролитые капли с блестящего паркетного пола, отчего комната сразу преобразилась.
— Похоже, дело мое сладилось именно так, как было задумано изначально, еще один пункт в копилочку славы моей, — произнес Митрофан довольным голосом.
Андрей был искренне поражён такой наглой самонадеянностью:
— Каково вам удается извлекать выгоду даже из такого пустячного происшествия?
— Неужели ты не понял? Я специально создаю вокруг себя шумиху, ведь обожаю находиться в эпицентре всеобщего внимания. Скоро наверняка пригласят меня вести телепередачи, тогда уж смогу стать признанным критиком литературы.
— Берегись, как бы потом самому от критики не поплохело, люди весьма мстительны и обид не прощают.
— Ну попробуй-ка хотя бы намекнуть такое вслух, посмей выступить против меня! — рассмеялся Митрофан, нисколько не сомневаясь в своей неуязвимости.
— Пойду уже, у меня сейчас занятие, придется немного повременить с нашей беседой. Вечером поговорим подробнее, после окончания рабочего дня.
— Договорились, пусть будет так, — ответил Митрофан, проводив Андрея до порога и закрыв дверь перед ним.
Но едва дверь захлопнулась, в помещении вновь послышались подозрительные шаги, словно чьи-то невидимые ноги мерили комнату быстрыми размеренными шагами. Так продолжалось целую неделю подряд — день за днем, ночь за ночью, будоража нервы несчастному хозяину квартиры.
А вот ещё одна странность: минувшей ночью Митрофану приснился кошмар, словно вырвавшийся прямо из книг ужасов, среди которых особенно запомнилось произведение под названием «Колодец смерти». Однако теперь герой чувствовал непонятную тревогу внутри, почти уверенность, что зря отказался признать книгу лучшей на конкурсе, когда вполне мог наградить её первым местом. Сон казался таким настоящим, будто всё происходило с ним самим, но стоило проснуться, как выяснилось, что вся эта буря эмоций была лишь плодом воображения, лишь ночной грезой...

Вечером Митрофан Архипович сидел в своем диване, погруженный в чтение новых книг и оценивая качество произведений. Ночь была глубокой, стрелки часов неумолимо приближались к полуночи. За окном царила тишина, нарушаемая лишь мерцанием уличных фонарей да далеким шумом машин, катящихся по ночному городу. Единственным источником света в комнате был экран телевизора, который показывал культовый хоррор «Рассвет мертвецов».
Герои фильма оказались заперты в торговом центре, спасаясь от толпы живых мертвецов, беспомощно бившихся о массивные двери. Казалось, еще немного — и нежить прорвётся внутрь, насылая ужас на последних выживших. Каждый раз, глядя на этот старый фильм, Митрофан вновь поражался простоте спецэффектов тех лет, ведь сейчас подобные сцены выглядели настолько наивными, что вызывали скорее улыбку, нежели страх.
— Какой нелепый фильм, — произносил он вслух, продолжая перелистывать страницы очередной рукописи, которую должен был оценить. Хотя ночной просмотр сопровождал его работу и создавал уютную атмосферу покоя, мысли писателя были далеки от происходящего на экране. Последние дни были наполнены необъяснимыми событиями, однако Митрофан старался игнорировать тревожащие признаки реальности, убеждая себя, что происходящее вокруг — всего лишь плод художественного вымысла.
Не веривший ни в какие загадки бытия, призраки и уж тем более оживших мертвецов, Митрофан вдруг почувствовал легкую дрожь. Телевизор внезапно переключился на неизвестный канал, словно сам собой. Перед глазами возникла мрачная лесная чаща, густо покрытая мраком. Из самой середины леса доносились глухие звуки — журчание воды, шуршание листвы и зловещий шепот, будто кто-то пел старую колыбельную песню.
Картинка приблизилась, открывая древний заброшенный колодец. Внутри чернела пустота, откуда слышалось тихое бульканье, сопровождающее пение незнакомого голоса. Голос становился громче, маняще завораживал своей загадочной мелодией, словно звал кого-то войти в таинственный мир неизведанного...


Тревожно напрягся Митрофан, слегка подняв взор, внимательно уставился на мерцающий огромный экран плоского телевизора. Там мелькнул образ давно знакомого колодца, будто проступив сквозь туман памяти. Сердце замерло от внезапного страха, сердце вновь охватила мучительная тревога, медленно заполняя каждую клеточку тела холодком беспокойства.
— Нет, невозможно, всё это лишь фантазия, — шептал себе он, отчаянно пытаясь успокоиться, зная, однако, что напрасна эта попытка убеждения самого себя.
Взглянул на настенные часы, надеялся увидеть Андрея, своего приятеля-охранника, который часто забегал посидеть, перекусить и обсудить последние события дня. Сегодня почему-то он задерживался, словно испугавшись нарушить привычный ход вещей, оставаясь в своей маленькой будочке внизу дома.
Слегка раздражённый одиночеством, Митрофан откладывает бумаги, встаёт и, потирая усталые веки, ощущает тяжесть усталости, готовящей тело ко сну. Медленно проходит мимо громадного экрана, отражающего тёмные тени комнаты, вдруг ловит краем сознания неясное движение рядом, будто чья-то рука пытается коснуться ног.
Но нет... Оборачивается резко — пустота. Успокаивая нервы, он входит на кухню, осторожно ставит кружку, наполняет её ароматным свежезаваренным кофе, кладёт любимое пирожное заварное на изящный фарфоровый подносик и возвращается назад в гостиную.
Однако едва переступив порог зала, почувствовал странную перемену вокруг. Тусклый сумрак комнатной обстановки внезапно преобразился в красновато-чёрный тон с загадочным оттенком зелени, напоминающим глубоководные топи. И вот оно — ощущение отвратительного запаха: едкого, гнилостного, будто затхлая вода древнего болота прорвалась сюда через незримые барьеры пространства-времени.
«Ох, ну и смрад!» — морщась, Митрофан оглянулся назад, ощутив нежданный порыв ветра с террасы. Дверца была чуть приотворена, едва колыхаясь от легчайшего дуновения, словно манила собой войти туда. Удивленно пробормотавший себе под нос, он аккуратно положил кофейную чашечку с кусочком хрустящего итальянского пирога на изящный прозрачный столик, сверкавший сквозь мягкий свет люстры своей итальянской простотой и красотой. Сделав несколько шагов, мужчина подошел ближе к двери, тихо прикрыв её, когда вдруг откуда-то послышалось странное эхо далекого шума, постепенно усиливающегося звоном падения какого-то предмета в соседней комнате. Осторожно проследовав обратно через просторный холл мимо роскошного мраморного пола, Митрофан ступил на пороге ванной комнаты и остановился, пораженный зрелищем: повсюду вокруг струилась грязная, мутная вода, грозящая перелиться через края ванны и затопить пол.
От ужаса сердце мужчины бешено застучало в груди, инстинктивно бросившись вперёд, он судорожно выхватил руками металлический вентиль крана и резко провернул его, перекрыв подачу воды. Когда шум стих, он облегчённо перевёл дыхание... но лишь на мгновение. Что-то заставило его резко обернуться — кто-то был здесь, за спиной. Страшный холод мгновенно прошёл по спине, чувствуя зловещее присутствие, Митрофан медленно развернулся и увидел стоящего прямо напротив себя старого человека. Старик выглядел жутко: спутанные седые пряди волос покрывали лицо густым покровом, извиваясь и свисая клочками по щекам и подбородку, словно лохмотья старой одежды. Его взгляд был ужасающе пугающим — глаза давно исчезли, остались лишь тёмные провалы глазниц, наполненные непроглядной тьмой. Из-за грязных растрёпанных одежд тянуло затхлым запахом гниющих болот и влажной земли, от него исходили неприятные испарения.
Сердце замерло, ноги приросли к полу, Митрофан понял, что попал в руки самого настоящего существа из мира теней. Трясясь от страха, он бессильно наблюдал, как призрак протянул руку и сдавил горло своими ледяными пальцами, лишая возможности дышать. Глаза умирающего начали слезиться, мысли метались хаотично, пытаясь найти выход из кошмара, но чудовище сжимало хватку сильнее и сильнее.
— Это наказание тебе за твою алчность, зависть и жестокость к конкурентам, жаждущим твоей славы, — хриплый голос прозвучал почти шёпотом, дрожа от злобы. — Такова твоя судьба!
Митрофан попытался произнести хотя бы слово, однако рот оказался забит воздухом, отчаянно борющимся за жизнь.
— Почему именно я? Я вас не знаю! — смог наконец выдавить несчастный.
Призрачная фигура негромко рассмеялась безумным смехом, похожим на вой ветров над заброшенными кладбищами.
— Потому что ты отверг мою книгу, мой труд, «Колодец смерти», теперь и ты должен умереть, — прошипело существо из мрачных глубин.
Словно очнувшись после долгого сна, Митрофан сделал последний рывок, попытавшись освободиться от цепких пальцев мертвеца.
— Откуда вы знаете про колодец?! — воскликнул он, понимая всю абсурдность ситуации.
Старик широко улыбнулся пустой, чёрной улыбкой.
— Именно оттуда, куда отправишься и ты скоро сам, — ответил тот и снова расхохотался своим потусторонним голосом.
И вот тут Митрофан узрел наконец истинное лицо таинственного старца из болотных топей. Захрипел было мужчина, пытаясь выбраться из цепких объятий незнакомца, однако тот неумолимо повлек пленника прочь от спасительного света дня, взмахнув сухонькой дланью над истлевшим полом, отчего мгновенно разверзлась перед ними зловещая пропасть, схожая очертаниями своими с вязким слоем древней трясины, и метнулся туда несчастный герой, утягиваемый невидимой силой.
— Теперь настало тебе время навсегда покинуть сей бренный мир, — прогремело проклятье старика, сурово нависшего над своей жертвой.
— Ради бога, пожалей меня, скажи хотя бы, почему именно я? — отчаянно молил Митрофан, тщась удержаться хоть за соломинку надежды.
Но лишь глухое хихиканье раздалось в ответ, холодное и злорадное одновременно.
— Ах, значит, помнишь мое имя, глупец, записанное некогда тобой в книге твоей судьбы... Однако же запоздали твои мольбы!
Радомир — ибо так именовался неживой дух болот — вскользь провел острием когтя своего мерзкого пальца по горлу героя, исторгнув струю алой крови, омывшей черно-зеленое дно неизведанной пучины. Даже возопить уже не смог молодой человек, едва успев прошептать свое последнее недоумение, растворившись навеки среди мрачных теней вечной тьмы. Радомир огляделся вокруг себя — ни круга с тёмной болотной жижей, ни жертвы уже не было, словно всё растворилось в дымке призрачной мглы. А мертвец из Колодца смерти вновь вернулся в своё мрачное жилище, оставив позади тихие звуки ночи и замершую комнату, лишённую своего обитателя.
И так завершились дни Митрофана, погружённые в мучительную гибель среди мрачных теней потустороннего мира. Теперь комната хранила лишь холодную тишину, подобно ледяной маске покоя, накрывшей дом глубоким покоем. Кофе медленно застыл в фарфоровой чашечке на изящном стеклянном столике, книга «Колодец смерти» тихо легла раскрытыми страницами на диван, словно продолжая читать сама себя, пока её листки сами собой шевелились и складывались, закрываясь навсегда.


Наутро Андрей вошёл в пустую квартиру, повсюду тщетно искал следы старого друга, Митрофана Архиповича Берёзкина, однако хозяин больше не являлся жильцом тех стен. Безуспешно провели розыски известного литературного критика, ведь куда могла деться душа столь надменного судии книг?
Время шло своим чередом, и однажды в книжный магазин поступили свежие поставки новинок, а продавец привычно стал распаковывать коробки, бережно извлекая одну книгу за другой. Среди множества изданий выделялась одна особенная книга — тот самый зловещий роман «Колодец смерти». Лицо главного героя показывало странное сходство с давно потерянным Митрофаном, будто из глубин колдовского рва доносился крик о спасении, наполненный отчаяньем и болью... Книга стояла теперь перед глазами покупателей, выставленная на самое заметное место, манящая всех таинственным призывом с её загадочной обложки.