Часть 12Допрос

Вся атака и последовавшее за ней заметание следов заняли чуть более получаса. В итоге мы получили шестёрку коней, пять телег, огромный отрез ткани, который сняли с клетки, закрытой на магический замок. Приличный запас продовольствия и большое количество железного хлама, из которого я, на досуге, не сильно усердствуя, наделаю разной утвари. На обратном пути прикинемся торговцами. Будем в окрестных деревнях торговать, а заодно, что-нибудь полезное узнаем.
Оставался вопрос, что нам с храмовником делать и как распорядиться трофеем из клетки.
 
Для начала о трофее. Им оказалась молодая женщина, одетая в остатки некогда красивого одеяния жрицы. Интересно, чем же она провинилась? Помимо того, она была закована в магические кандалы, которые полностью блокировали её способности. По всему телу были видны следы побоев и издевательств. Грязная, оборванная, с давно немытым телом и волосами, она лежала на полу клетки и, если бы не изредка сла́бо вздымавшаяся грудь, её можно было бы посчитать мёртвой.
 
— Хорош валяться. – Ао пнул лежащего без сознания храмовника в бок. – просыпайся, разговаривать будем.
— Где я? – храмовник сделал вид, будто только что очнулся. Затем приняв грозный, по его мнению, вид потребовал: – А ну, быстро развяжите меня, остолопы. Вы что, совсем страх потеряли? Вы, сучьи дети, на кого напали? Да я на вас всех сейчас, гнев бога, нашего, Заппы обрушу!
При этом он так страшно вращал глазами, что Хорс, даже отвернулась, чтобы в голос не захохотать.
— Гуго, друг мой, – обратился ко мне Ао. – ты случайно не брал мой страх, из мешка.
— Чего? – я не ожидал такого вопроса, и моё удивление не было наигранным. – Ничего я не брал.
— Странно пробормотал он отвернувшись. – Значит, точно потерял. Представляешь, мне нестрашно.
 
Он повернулся к храмовнику, и тут я увидел, что в искусстве обращения, Ао взял новую ступень. На, вполне человеческом теле, красовалась уменьшенная копия его драконьей ипостаси. Вместо правой руки красовалась чешуйчатая, когтистая, четырёхпалая лапа.
Чёрный, изогнутый коготь упёрся храмовнику в грудь, а два жёлтых глаза с вертикальным разрезом зрачков, уставились в его глаза.
— А тебе не с-с-траш-ш-но? – шипящим шёпотом спросил Ао храмовника. При этом из его пасти вылетели язычки пламени, попавшие на одежду и волосы несчастного.
Ведро воды обрушилось на голову храмовника, сбивая пламя.
— Аккуратнее надо, Ао. – Док провёл по обожжённой плеши. – Мне кажется наш, гм, гость и сам нам расскажет, всё, о чём мы его не спросим. Ну вот хотя бы для примера.
Он указал рукой в сторону клетки.
— Это кто?
Храмовник скривился так, как будто ему в рот запихали что-то кислое.
— Настоятельница пятого храма этой мерзкой богини Йиххуу.
— Вот как, – Док изобразил живейший интерес. – и чем она так провинилась, что её в клетке везут, как зверя какого? И куда вы её везли?
— Вы что с неба свалились? Йиххуу – богиня счастливой случайности и случайного везения. Только глухой про неё не знает.
— Ну, мы некоторое время были заняты, и как-то не следили за ситуацией. А потому расскажи нам всё.
Толстяк посмотрел на нас с удивлённым недоверием, а потом стал говорить.
 
— В нашем мире всегда были два божества. Великий Заппа-дло и премерзкая Йиххуу. Что пустыми обещаниями и незаслуженными подарками сбивает истинно верующих с их пути. Одно время, оба культа сохраняли равновесное влияние. Но, со временем, Благословенный Заппа, так усилил своё влияние на сущее, что культ Йиххуу стал затухать. И тогда мы, недостойные служители вседобрейшего Заппы, смогли начать наш великий поход против мерзких еретиков.
— Ты сказал, что она настоятельница пятого храма. А сколько их всего?
— Изначально, у обоих божеств, в разных частях мира располагались по семь храмов. Шесть явных и седьмой – тайный. Сейчас, у этих еретиков, осталось только два. Первый и третий. Наши доблестные воины сейчас осаждают третий храм. И мы везли эту дрянь, – он кивнул в сторону клетки. – чтобы прилюдно предать её огню, на виду у всех защитников третьего храма. Ну и для того, чтобы простолюдины увидели, что ждёт всякого отступника.
— Понятно. – Док потёр руки. – А теперь милейший, поведай нам о вашем храме на горе. Расскажи нам всё. Мы люди любознательные, нам всё интересно. Как войти и как выйти из него. Кто и где живёт. Сколько служителей в храме и сколько охранников. Как ходят караулы, где какие комнаты. И где какие ловушки, тоже расскажи. Особенно подробно о ловушках и о настоятеле храма. А, также, где его искать.
— А не многого ли вы хотите, господа разбойники? Вам бы господа нашего Заппу, о пощаде молить, за то, что вы натворили. Вас ведь очень быстро найдут.
— Да мы-то, особо и не прячемся… – пожал плечами Мерлин. – А вот скажи милейший, ты можешь эту дверь открыть?
Мерлин кивнул в сторону клетки.
— Ха. Она только в одну сторону открывается. Туда. Оттуда только пепел вылетает.
— Как интересно. – Мерлин поднялся и посмотрел на Хорс. – Пойду попробую с заклятием разобраться. Поможешь?
— Но я же не маг. – Хорс посмотрела на Мерлина.
— Да, но ты представитель магических существ и твоё присутствие может оказаться необходимым фактором. Я уже мельком осмотрел этот запор и у меня есть кое-какие соображения.
 
Они ушли возиться с клеткой, а, Док снова повернулся к толстяку.
— Ну, так что, милейший? Мы вас внимательно слушаем.
— Ещё чего. Я вам больше ничего не скажу. Даже если пытать будете. Я боли не боюсь.
— Вот как? – Док зашёл ему за спину, а затем, как-то странно изогнув пальцы, ударил.
 
После чего отошёл немного в сторону.
 
Толстяк простоял ещё пару вздохов, а затем упал на землю и заорал. Его скрючивало и выгибало. Его желудок и мочевой пузырь освободились почти одновременно, и в воздухе повис противный запах. А толстяк всё продолжал вертеться. Спустя несколько мгновений из его носа пошла кровь вперемешку с соплями. А от крика он сорвал голос и только надсадно хрипел. Его зубы, клацая, прокусили губу, но он этого даже не заметил.
Когда кровь показалась в уголках его глаз, Док подошёл, сложил пальцы несжатой щепотью и снова ударил в область спины. Толстяк тут же затих и только тихонько скулил, свернувшись калачиком на земле.
 
Док подошёл и провёл рукой по его горлу, возвращая нормальное состояние его голосовым связкам.
 
— Ну что, милейший? Повторим или поговорим? Да и позволю себе лёгкий намёк. То, что вы сейчас испытали, это очень лёгкая форма воздействия. Есть и более сильные формы. И можете быть уверены, что я, незамедлительно готов их на вас применить. Умереть при этом я вам не дам, впрочем, как и сознание потерять. А это значит, что вы получите всю полноту ощущений. Так как?
— Я скажу, всё скажу – толстяк обречённо склонил голову. – Только не надо больше. Пожалуйста.
— Всё зависит от вас, друг мой. Мы вас внимательно слушаем. Но сперва вам сто́ит помыться, вот за теми кустами. А то ваш запах, уж очень раздражает. Но пытаться сбежать, я вам не рекомендую. Вы ещё часа три не сможете активно двигаться, а если попытаетесь покончить с собой, можете быть уверены, я вам, так просто, это сделать не дам.
 
Толстяк взял в руки ведро воды, стоявшее неподалёку, и достаточно резво потрусил в кусты. Вернулся он спустя пять минут. В мокрой рясе и без штанов. Но зато и без мерзких запахов. Он опустился на песок и стал рассказывать, подробно поясняя свои слова рисунками.
 
*  *  *
 
— Вот видишь Ао, – Док повернулся к дракону, уже вернувшего на место человеческую ипостась и теперь увлечённо обгладывающего копчёную ногу какого-то животного. – добрым словом можно добиться многого.
— Угу, – ответил тот, проглатывая очередной кусок. – Особенно если одновременно нож у горла держать. А уж если ещё причинное место, при этом слегка в кулаке сдавить, то и вообще чудеса творить можно.
 
Рассказ храмовника занял почти час. Зато теперь, мы знали во всех подробностях устройство не только самого́ храма, но и его подземных лабиринтов. Как снимать или обойти ловушки, и где живёт сам настоятель.
— Всё. – храмовник поднялся на ноги. — больше я ничего не знаю. А теперь, вы позволите мне к вам присоединиться? А то мне обратного хода больше нет.
— Отлично, – Ао, стоявший на шаг в стороне и смотревший на рисунки, вдруг сделал резкий взмах рукой.
Толстяк вздрогнул, а потом обмяк и повалился на песок. Из центра его лба торчал кончик метательной звёздочки. Глаза жреца, сошлись к переносице, будто пытаясь рассмотреть, что это за новая штуковина появилась в центре его лба.
Ао наклонился, а затем вытащил своё оружие и вытер его об не успевшую просохнуть рясу.
 
— Всё дело в том, что я тебе не доверяю. – сказал он и повернувшись пошёл к клетке, с которой возились Мерлин и Хорс.
— Ну ты даёшь. – Хорс покачала головой. – Изверг, ты. Нет в тебе ни капли человеческого.
— Ты даже не представляешь, дорогуша, насколько ты права. Во мне действительно нет ни капли человеческого.
Мерлин, возившийся около дверцы, хмыкнул, а потом сделал какой-то пасс руками и сказал.
— Всё. Какое классное плетение. Надо запомнить. Где-нибудь пригодится.
 
Стальная дверца со скрипом распахнулась. Мерлин вошёл внутрь и вынес девушку на руках.
Сюда же подтянулся и Док, безотлагательно приступая к лечению несчастной. Даже не дожидаясь, пока Мерлин снимет с неё кандалы.