Бремя времени

Я разочарован в вас.
Мне мерзки ваши речи, лица,
Ваш мир, где каждый новый час
Гниёт, не смея завершиться.

И лишь презрительный, немой,
Холодный взгляд, как нож прощальный,
Я брошу вам — и за спиной
Оставлю ваш покой хрустальный.

Сквозь тернии— к мёртвым звёздам я пойду,
Где свет давно остыл во мраке.
Лишь только б вы не шли за мной,
Не оставляли след во прахе.

Пусть край бездонной пропасти
Под ногами дрожит и крошится —
Я долго жил во тьме,
Чтоб теперь её бояться.

Я смерть готов принять без слов,
Готов распасться и родиться,
Ведь только на проклятом льду
Кровь начинает ярче биться.

Лишь там, где трещины ползут,
Где каждый шаг подобен казни,
Жизнь обнажает чёрный вкус —
Вкус боли, ярости и страсти.

Я тот, кто рождён на стыке веков,
В разломе времени и стали,
Кому с рождения дано
Нести в груди осколок дали.

Мне подобает быть прочней
Железных жил, ночных металлов.
Я слишком долго ждал огня —
И потому теперь бросаю вызов.

Бросаю вызов этой жизни,
Её безжалостным законам,
Её холодной, мёртвой мысли,
Её истлевшим небосклонам.

Идут года — и вместе с ними я,
Но каждый год всё больше трупный.
Смотрите пристально в себя:
Внутри вас только страх и пусто.

Как время черепа источит,
Как с лиц стирает очертанья,
Как память в пепел обращает,
Как кости мелет мирозданье.

Как жернова людской поток
Без жалости и без остатка
В костяную муку превращают
Для новой мерзкой переплавки.

Оно циклично. Вечно. Бесконечно.
Оно безлико и бесстрастно.
Оно смеётся над живым
И всё живое гасит властно.

Оно течёт сквозь пальцы грязью,
Горит в зрачках последним дымом.
И на мой век легло не бременем —
А камнем тяжким над могилой.

Но я не встану на колени.
Не стану падалью для стаи.
Пускай ваш бог давно ослеп,
Пускай ваш мир себя сжирает.

Я видел страх в глазах живых,
Я слышал смех пустых и мёртвых,
Я проходил сквозь их ряды —
Среди покорных, слабых, стёртых.

Они шептали: «Стань как все».
Они тянули руки к горлу.
Но я рождён не для цепей,
Не для смирения и морга.

Пусть небо рухнет в чёрный зев,
Пусть солнце вытечет из раны,
Пусть ночь сомкнётся надо мной
Своими ржавыми зубами.

Пускай беспросветная мгла
Поглотит тебя и меня —
Я встречу гибель без проклятья,
Без сожаления и сна.

Без страха, дрожи и мольбы,
С разбитым сердцем, но живой,
Я буду биться до конца
С собой, судьбой и тьмой немой.

Не за венец. Не за прощенье.
Не ради славы и не за трон.
А за последнее моё владенье —
Свободу моего сознания.

И если даже в самом сердце
Останется один лишь лёд —
Пусть он не дрогнет и не треснет,
Пусть до конца меня ведёт.