Ложится пух серебряною нитью

Ложится пух серебряною нитью,
И белый шлейф окрасило вино.
Как сталь по плитке — к новому событью,
Луна надела тёмное пятно.

У месяца глаза побагровели,
О чём он яростно задумался сейчас?
О том, что пух лебяжий кружит в теле
И превращает звёзды в млечный Спас.

Он красным заревом скрывал луну под кожей,
Хотел он вечно любоваться ей одной!
А небо видело — и вовсе не от скуки,
Скрывало месяц, став для них стеной.

Парнишка тихо ласкал любимой руки,
Он с ней прощался в горький час войны.
Под старым вязом, в трепете разлуки,
Им не были обиды звёзд слышны.

Мир той войной был страшно обожжённый,
Но небо их хотело обогреть.
И свет надежды, в души занесённый,
Поможет им в разлуке не сгореть.

Ушёл парнишка в бой свой зарубежный,
Месяц затих и громко петь не смел.
В душе солдата, чистый и безбрежный,
Лишь лунный час навеки уцелел.