Неблагодарное сердце

- Сердце у тебя неблагодарное, - сказала мама со слезами на глазах, развернулась и вышла из комнаты.

- Лида, может, надо было спросить у него, почему он так сделал? – услышал я голос отца из соседней комнаты.

- Коля, да что там разбираться то?
Голос матери дрожал и неприятно повизгивал.

- Мы с тобой три года корячимся без отпуска. Вот ты совсем серый, а у тебя язва, - уже перейдя на надрывный крик, говорила мать.

- Я сапоги второй год чиню, а что толку, всё равно протекают. И всё для кого? Для любимого сыночка. Чтобы отучился, чтобы человеком стал. И обучение ему оплачиваем и деньги на карманные расходы. Всё для него. Чтобы в будущем стал инженером, чтобы смог жену хорошую найти, да на работу устроился в столице. А он!

После этих слов, Лидия села на стул, обхватила голову руками и зарыдала в голос.

- Коля, ну в кого он такой? Бессердечный! Разве плохо мы его воспитывали? И профессию ему хорошую выбрали – престижную.

- Лид, может, всё- таки поговорим с ним? Может, есть объяснение его поступку?
Николай встал с дивана, пригладил ладонью челку и подошел к супруге.
-Ох, Николай! Мне когда сегодня позвонили из института и сказали, что нашего Павлика отчислили за прогулы, у меня земля из под ног ушла. Каменное у него сердце. Неблагодарный сын.
- Ты вспомни, сколько мне пришлось ходить к Вере Петровне, чтобы сына нашего приняли на инженерный факультет. Я еще тогда говорила, что неблагодарный он. Мы для него из кожи вон, а он лицо корытом.

- Помню, он тогда сказал мне: «Мама, а ты не хочешь спросить меня, хочу ли я быть инженером»?

- Вот я тогда смеялась от души. Мы за него всё сделали, всё решили, договорились. А он мне такие глупые вопросы задаёт. Мы с тобой сами не смогли, так хотели, чтобы сын человеком стал. Бессердечный он!
- Не доглядели мы, Николай, за сыном. Вот и пришла беда. Он же целый год уже не ходит в институт.

В комнату вошел Павел. В руках он держал какой-то небольшой сверток из газетной бумаги.

Лидия посмотрела на сына злыми глазами. Павел прошел в цент комнаты.

- Папа, мама, я хочу с вами объясниться.

- Иди с глаз моих долой, - проговорила Лидия, - Коля, скажи ему, чтобы не попадался на мои глаза.

- Подожди, Лида! – голос Николая был громкий и настоятельный.

Лидия с удивлением посмотрела на мужа и опустила глаза.

- Говори, сынок, мы тебя слушаем, - сказал Николай и сел на пустой стул.

Павел протянул отцу свёрток.

- Что это, Паша? – Николай вертел свёрток в руках.

- Это деньги.

- Какие деньги? – Лидия вытянула шею и пристально посмотрела на свёрток в руках у мужа.

- Это деньги, которые вы дали мне, чтобы я заплатил на учёбу в этом году. Я не заплатил. Я всё объясню.

- Мы слушаем тебя, сынок, - Николай выдвинул третий стул и жестом предложил сыну присесть.

Павел сел за стол, сложил руки на колени и начал рассказ.

- Я никогда не хотел быть инженером, я рисовал с пяти лет. Я ходил в школьный кружек, потом в художественную школу.

Мне это очень нравиться. Я люблю рисовать. У меня талант, как говорит мой педагог. Но вы решили, что для меня будет лучше стать инженером. Когда я сказал маме, что надо бы и моё мнение спросить, она только рассмеялась. И я, честно, пытался два года учиться и познавать науки. Но я был последним на курсе, я не испытывал ни капли желания учиться и ходил в институт, как на каторгу. Я два года пытался вам сказать, что это не моё. Но вы меня не хотели слушать. Мама вспомни, как ты мне говорила?

- Иди, учи. Ученье свет! Хватит уже малевать свою мазню.

- А это не мазня, мама. Это искусство! И я очень люблю этим заниматься. И мои картины висят в администрации города. И в институте я рисую плакаты и картины. За это меня и держали там, хотя, я с первого курса, был отстающим.

- А ты, отец, был всё время на работе. И мне было стыдно, что ты работаешь до зари ради моего обучения. И я пытался учиться и тянул эту лямку, как бурлак. А в душе страдал и сердце моё болело и ныло.

Я же живой человек!

Павел смахнул предательскую слезу.
Отец достал из кармана брюк пачку папирос, спички и закурил.

- Павел! – прокричала Лидия.

- Замолчи, - стальным голосом проговорил Николай.

- Продолжай, Паша.

- В начале этого года, я встретил своего педагога по рисованию, - продолжил рассказ Павел.

- Мы сели в парке на скамейку и долго- долго разговаривали. Потом он предложил мне зайти к ним в академию. Через три дня я пришел к нему, он повел меня в класс по рисованию. Его вызвали в деканат, а я взял кисти краски и с упоением стал рисовать. Не знаю, сколько прошло времени, но когда я закончил картину, в классе было много разных людей. Я растерялся и смутился.

- Самородок, - сказал пожилой мужчина в твидовом костюме.

Это был ректор академии. На следующий день я был зачислен на третий курс художественной академии, в которой, учусь по сей день.

- Еще я подрабатываю дизайнером оформителем в одной фирме. Все заработанные деньги в этом свётке.

Паша показал глазами на газетный пакет.
- Папа, мама, я вас очень люблю. И моё сердце очень болит, от того, что вы переживаете. Но я не бессердечный.

- Мама, ты не имеешь права так говорить!

- Ты хотела реализовать с помощью меня свои неосуществимые желания. Но я не хочу, и не буду этого делать. Я хочу прожить свою жизнь, со своими мечтами и желаниями. И это не значит, что я не люблю тебя и отца. Я вас очень люблю.

- У меня, как и у вас есть сердце. И оно большое, доброе и благодарное. Не забывайте об этом….