* * * * *
Прощай, уходящее лето!
Теплом ты осталось во мне,
Сияньем небесного света,
Цветами в садовом окне.
Забудется всё, что плохого
И скорбного мир преподнёс.
Запомнится доброе слово,
И радостный лающий пёс,

Привет, наступившая осень!
Я радугу красок твоих –
Полей и лугов, лесных просек
Делю лишь с тобой на двоих.
Храню потаённо, глубоко,
Потом отпущу в мире грёз.
Её только доброе око
Увидит и радостный пёс.

Рассыплются пёстрые листья,
Земные невзгоды накрыв.
Разлечься на них бы, разлиться
И в звёздный сорваться обрыв.
Увидеть и лето земное,
И осень, и листья из грёз,
И как их вздымает за мною
Мой радостно лающий пёс.

Дом, поленница, да скамья.
Вот и кончилась жизнь моя.

Строят холмики муравьи.
Не поют давно соловьи.

Сосны, рыжики – радость дня,
Всё продолжится без меня.

После дождика будет зной.
Глина рыжая под ногой.

А под вечер с каких-то крыш
Спрыгнет кот мой по кличке Рыж.

Влезет на руки лапы греть,
И на рыжий закат смотреть.

Затеряемся в тишине –
На земле или в вышине.

А из леса под небеса
Выйдет рыженькая лиса.



* * * * *
Я иду по туманному краю
Среди сонных деревьев и трав.
Пробираюсь от рощи до рая,
Между ними себя потеряв.

Заблудился в осенних пределах,
Среди грёз или снов наяву,
Среди прядей волос твоих белых,
Чем дышу я, и где я живу.

Иногда пробуждается ветер,
Серой дымкой играя легко,
И мой ангел так радостно светел,
И до рая не так высоко…

По родному туманному краю,
Без раздумий о сне наяву,
Я иду и когда умираю,
И когда полной силой живу.



* * * * *
Вот и бредёшь ты один по аллее,
Сонной, туманной аллее времён.
Холодно здесь, но немного теплее,
Если надеть капюшон.
Ветер. Промозгло. Но нет ещё снега.
Рано для снега – исход сентября.
Быстро вращается наша планета,
Кружит как листик тебя.
Грустно хоть плач, одолели недуги,
Что за пригорком, никто там не ждёт?
Где-то отстали друзья и подруги,
Или умчались вперёд.
Долго ль идти? – а в округе всё немо, –
Студит дорожка и рта не разинь.
Видишь и сам, что ведёт она в небо,
В эту глубинную синь.
Ветер навстречу всё злее и злее,
Скоро стемнеет, чего ещё ждёшь?
Просто свернуть надо с этой аллеи
К дому и, может, уснёшь...



* * * * *
Жёлтые листья кружатся за мною –
Всё осыпаются прошлого дни.
Сколько же, сколько же их над землёю,
Где тот последний, что нас породнит?

Нет никаких в мире смыслов и истин,
Некуда вязкой дорогой идти!
Есть только листья, опавшие листья,
Что на земле или к ней на пути.

Осень, какая же ты затяжная!
Ветер утихший, давай, не дремли!
Прочь прогони эту жёлтую стаю,
Небо очисти и малость земли.


* * * * *
Было горестно, но горе – не беда!
Волга полностью свободна ото льда.
Я свободен от надуманной вины.
Небеса за облаками не видны.
Сколько лет уже над Волгою – Бог весть!
Я пытаюсь мир душе своей обресть.
Только всё – то не судьба, то не звезда.
Мимо движется спокойная вода.
Скоро выболит, и станет всё иным –
И простым, и невесомым, словно дым,
Сгинут тучи, только солнышко лови!
Запоют в дубовой роще соловьи.
И откроется та самая звезда.
Так случится! Так бывает иногда.


* * * * *

Снова радости покоя приземлённого –
Дома летнего, от солнца раскалённого,

Свежескошенной травы благоухание,
От реки широкой свежее дыхание,

Снова тишь на берегу закатом скрашена,
Купол храма вдалеке посёлка Машино,

Снова думается мне о нас, потерянных
Друг для друга навсегда, судьбе доверенных.

Только что-то нас судьба совсем не жалует.
Снова снятся мне глаза твои усталые,

Грустный взгляд, переведённый в поднебесие,
От которого теряешь равновесие.

И забудешь вдруг всю радость приземлённого –
И траву, и пляж, и крышу раскалённую.

Снова тучи грозовые в нас летящие,
Снова холод, снова капли леденящие.

И посыплет град – осколки счастья нашего.
Завтра к батюшке пойду в посёлок Машино.

(Без глаголов)
Через памяти-выси и чувства-разломы,
В непроглядную полночь и мутный рассвет,
По заснеженной тропке – к снесённому дому,
К занесённому дому, которого нет…
…На тропинке по выси, в заснеженном чувстве,
Без оглядки на тьму – к неземной тишине.
Вот он, дом. Вот крыльцо, вот моё захолустье.
И прозрачен рассвет. И не холодно мне.
Через высшие долы и памяти сгусток,
Весь в бреду и в снегу – на оставленный след.
Всюду мёртвая даль. Одиноко и пусто.
И в любой стороне – дом, которого нет…

Куда побреду по ноябрьскому снегу
С глазами, открытыми новой луне?
Иду к её тайному в небе ночлегу,
Где будет пристанище лунное мне.

Холодным сияньем согрев моё сердце,
Рассеется в мраке ночном над землёй.
И некуда скрыться, и некуда деться,
И снова бреду по Земле за Луной.

Во мраке ночном в необъятном просторе
Увижу когда-то потерянный свет.
И, может, взлечу – не сегодня, но вскоре,
Оставив земле нескончаемый след.



***
Уже который год
В саду моем живёт
Один и тот же крот,
Со мной копает землю.
В котором уж году
Поёт в моём саду,
Со мной в одном ладу,
Соловушка, не дремлет.

А солнышко зайдёт –
Приходит в свой черёд
Один и тот же кот,
С кошачьей смутной целью.
Он просто так придёт,
Изучит огород,
И запросто уйдёт
Заборной щелью.



***
Я плыву в небе вечном.
Но был воздух свежее
В моём прошлом заречном,
Где застрял я по шею.

Там высокие травы
В нескончаемом лете.
И церковные главы
На холме ловят ветер.

Пробежит шустрый дождик
По оврагам из охры.
Нарисует художник
Этот мир ещё мокрый.

Где цветёт жёлтый донник,
Под пчелою не гнётся,
Где в наличниках домик
Ждёт меня, не дождётся.

Я плыву в вечной речке,
\И не знаю об этом.
Дальний берег под вечер
Опалит алым светом.