Девочка в старом разрушенном городе жила не так как все другие люди. Строго говоря, не весь город был разрушен, а лишь его часть. Как в послевоенном городе, где не все улицы затронула война. Ее улицу затронула. Эта улица была как после бомбежки. Дом, в котором она жила, был большим, старинным, с величественными колонами и когда-то очень красивый. Импозантный, даже помпезный. Теперь от всего этого не осталось ни следа. Стены, потолки, перекрытия и колоны были по-прежнему крепкими, так уж раньше строили, на века. Снаружи весь фасад облупился, где-то сколот бомбами осколков, стекол в окнах не было и оставшиеся кое-где занавески развевались на ветру словно флаги уставшего воина. Лестницы раскрошились. Внутри было запустение, пустота, пыль, паутина, темнота. А в сердце жила безнадежность.
В паре десятков метров от ее дома, и в одну, и в другую сторону, начинались, пересекая ее улицу, другие улицы. От ее дома открывался вид вдаль, в одну и в другую сторону и там вдали, по обе стороны, была видна совсем другая жизнь. Светлая, теплая, уютная, живая. Там были люди. У них все было красиво, благоустроено, на их улицах никогда не было такой войны, там было шумно, весело и словно не было тяжести. Девочка иногда туда ходила, чтобы посмотреть, как там и что там, и возвращалась в свой дом. Потому что каким бы разрушенным он ни был, это был Дом. Ей не хотелось из него уезжать, ей хотелось, чтобы и ее разрушенный войной дом был снова красивым и уютным, теплым и живым. Первое время, она любила бывать одна, так ей было спокойнее, так она слышала себя и просто радовалась жизни, тому, что нет бомбежек над головой. Она садилась на искрошенные ступеньки своего разрушенного дома и просто грелась на солнышке, закрыв глаза и представляя в каком красивом доме она живет. Она жила в нем одна. И первое время ее это вполне устраивало. Первое время после войны, она не понимала, что ей делать, как ей жить дальше. Она пыталась сажать цветы, восстанавливать дом, где-то что-то чинила, ремонтировала, но тут же что-то ломалось в другом месте. Дом был слишком большой, чтобы починить его в одиночку. Радость жизни была, она никуда не делась, потому что мирное небо над головой это уже рай.
И она приняла решение не восстанавливать, а снести под ноль этот дом и построить новый. Стать Архитектором своей реальности. Может ее новый дом не будет таким большим как у тех, других людей, не будет таким идеальным или стильным, модным, богатым. Но это будет только ее дом. Где все будет так как она захочет, хоть ванна на потолке. Хотя это все-таки, наверное, весьма неудобно, ванна на потолке, если только инсталляцию с фонтаном из нее не делать))) Вот и идеи приходят) и каждую она записывала, какими бы бредовыми они ни были. И сердце откликнулось и появилась надежда.
Она по-прежнему в свой дом никого не приглашает. После войны она не доверяет людям. Она с удовольствием с ними общается. Но ее дом — это ее крепость, ее опора, ее сила, и источник вдохновения. И больше никому не позволено взрывать бомбы на ее счастливой улице.