Из чего я состою

Меня можно любить по оттенкам —
Не по главному цвету, а так:
Тёплой охрой на старых конвертах,
Серым шёлком в промокших садах.
Я себе не ищу алых флагов,
Пёстрых криков, кричащих «смотри».
Я люблю, когда бережно, шагом
Гасят свет от зари до зари.

Я рисую не кистью — дыханьем,
Обвожу тишину по краям.
И стихи — не по правилам, тайной —
Я крошу в разговор по слогам.
Я болтаю о вечном, о частном,
Обо всём, что летит в голове,
И порой в этом мире бесстрастном
Стать бы небом, забыв о земле.

Но меня, как ребёнка, обидит
Злая шутка, насмешка, обман.
И душа моя сразу увидит,
Кто из добрых, а кто — лишь туман.
Я шучу. Я умею. Но тонко.
И ценю, когда берегут смех.
Мне важнее, чем громко и звонко,
Чтобы голос дрожал — но про всех,
Про мороз на каблуках, про нежность,
Про внимательный, ласковый взгляд.

Я влюбляюсь в еде в неизбежность:
Тот же кофе, что годы назад,
Те же ноты корицы и мяты,
Ничего не меняю внутри.
Но в дороге — за новым закатом,
За ученьем до самой зари.
Мне б увидеть всё, вникнуть, потрогать,
Разобрать этот мир на куски,
И на кончиках пальцев — ей-богу —
Ощутить, как шаги нелегки
Превращаются в медленный танец,
Если кто-то их понял, сберёг.

И тогда понимаешь: не надо
Ни итогов, ни громких побед.
Если тот, кто увидел, как падал
Тихий свет, — не задул этот свет.
Мы не станем мозаикой, нет же,
Мы останемся охрой с письма.
Нелюбимым — всегда тяжелее.
А любимым — не вечно. Но я
Ни о чем не жалею. Ни капли.
Пусть в промокших садах тишина.
Меня можно любить не до капли,
А по капле. И это — без дна.